ЛитМир - Электронная Библиотека

Он вошел. Задернул штору. Не включая свет, тщательно закрыл дверь. Щелкнул замок.

Вагон-ресторан был полон, почти все столики были заняты. В воздухе стоял устойчивый запах еды и крепкого алкоголя. Несмотря на ранний вечер, кое-где уже заказывали водку.

Фирменным блюдом в вагоне-ресторане были котлеты «Особые», которые любой дотошный посетитель без труда опознал бы как котлеты под названием «Школьные» из самой простецкой столовой. Делали их из хлеба и ингредиентов совершенно непонятного происхождения. Да оно и к лучшему: после знакомства с этими ингредиентами любой бы потерял аппетит. Поэтому в столовых стоили такие котлеты дешево, в отличие от вагона-ресторана поезда, где тройная наценка превращала средний продукт советского пищепрома в настоящий деликатес.

За одним из ближних к выходу столиков бабушка уговаривала внука лет шести съесть эту самую котлету с картофельным пюре. Впрочем, безуспешно. Внук капризничал, отодвигал тарелку от себя, фыркал и плевался. Раскрасневшись, бабушка с усилием пыталась всунуть в него хоть ложку, безнадежно размазывая картофельное пюре по щекам ребенка.

Дверь отворилась, пропуская мужчину в рабочей одежде с деревянным ящиком для строительных инструментов, в котором можно было разглядеть молоток, пилу, коробку с большими гвоздями, мотки веревки, какие-то другие приспособления… Он остановился, с сожалением рассматривая переполненный ресторан. Все столики были заняты, кроме одного – с бабушкой и внуком, там оставалось еще два свободных места: было очевидно, что никто не хочет соседствовать с капризным и шумным ребенком.

Мужчина подошел к столику и вежливо спросил:

– Вы позволите присесть к вам, мадам?

– Ах, да садитесь вже, вэйз мир! – в сердцах ответила бабушка.

Мужчина поставил рядом ящик с инструментами. Тот звякнул. Ребенок от неожиданности уставился на соседа, и бабушка, не растерявшись, умудрилась мгновенно всунуть целую ложку пюре в раскрытый от удивления рот. Поняв, что выплевывать уже поздно, застигнутый врасплох таким натиском, мальчик принялся жевать и глотать, при этом зло посматривая на бабушку и явно соображая: зареветь или не зареветь.

Подмигнув ему, мужчина ушел делать заказ и через какое-то время вернулся с тарелкой такого же картофельного пюре и дежурной котлетой. Как-то удивительно грациозно присел за столик и, достав из кармана льняную салфетку, расстелил на коленях. У бабушки округлились глаза.

– Вы из Одессы едете, мадам? – улыбнулся он, увидев ее явное недоумение.

– Из нее… А вы за куда? – Бабушка была рада поддержать разговор, ведь с появлением соседа за столиком внук хоть немного угомонился.

– А я работаю здесь, в поезде, – ответил мужчина, – слесарем. Вот, вызвали починить двери купе в последнем вагоне. Сломалось что-то там.

– Как интересно! Никогда бы не подумала за то, что в поездах в комплекте слесарь!

– Это же фирменный поезд, а внутри вечно что-то ломается, – доброжелательно отозвался мужчина, принимаясь за котлету.

– За вас такие манеры… – не выдержала бабушка. – Маневр ще тот! Невже вы слесарь? Не смешите мои тапочки, как за то говорят! Вы – сплошная картина маслом!

– Вы правы, мадам, – грустно вздохнул сосед. – До революции и войны служил в мужской гимназии. Потом родители уехали. Я один остался. И покатилась дорожка… Я мастерству по дереву в гимназии учил. И вот, стал и слесарем, и плотником. Каждый выживает, как может.

Почувствовав, что интерес к нему явно потерян, мальчишка прямо на скатерть вывернул кусок котлеты и тут же попытался зареветь во весь голос.

– Ах ты ж гойкин шлимазл! – покраснела бабушка. – Вот, женился мой халамидник на гойке-голодранке, и шо получилось…

– Подождите! – улыбнулся сосед. Он достал из сундука какие-то инструменты, небольшую деревянную дощечку и два гвоздя. – Давай-ка попробуем с тобой вырезать елочку… Вот так… – обратился он к ребенку.

Острие заскользило по дереву, как по маслу. Мальчишка тут же прекратил реветь, схватился за удивительные предметы и даже не заметил, как остатки пюре с котлетой оказались у него во рту.

– Ух! – Бабушка вытерла пот, скормив ему последнюю ложку. – Умеете вы обращаться с детьми! У самого, небось, несколько?

– Нет, – мужчина перестал улыбаться, – детей у меня нет. Да я и женат не был никогда.

– А шо так?

– Судьба – дорога такая по жизни. Раньше некогда было, а теперь… Бродяга я и есть бродяга! – Он махнул рукой.

– Ой, вы такой интересный мужчина! – разулыбалась бабушка. – Шо вы за то говорите? Вот у меня девочка на примете есть… Такие приличные родители…

– Благодарю, мадам! Как-нибудь в другой раз, – резко оборвал он ее.

И, оставив ребенку дощечку, мужчина собрал свои инструменты, снова грациозно поклонился и исчез в дверях вагона-ресторана.

5 января 1930 года, Одесса

Привычную ночную тишину разорвал стук в дверь. Чертыхнувшись, следователь Петренко потянулся к часам, лежавшим на тумбочке рядом со стаканом с водой – оставлять его на ночь было его многолетней привычкой, а откуда она взялась, он и сам не знал.

Поднявшись, он щелкнул выключателем лампы. Тусклый свет ночной лампы осветил привычную домашнюю обстановку. И конечно Петренко, встав, тут же опрокинул стакан с водой на себя.

Чертыхаясь и отплевываясь, он стащил с себя мокрую майку и с раздражением отшвырнул ее в угол. Лампа освещала часы, висящие на стене. Было начало четвертого утра. Если совсем точно – семь минут четвертого.

Стук продолжался. Петренко распахнул двери. На пороге стоял заместитель начальника всего Угрозыска города.

– Велели срочно тебя привезти, – не здороваясь, произнес он. – ЧП у нас. Продолжение вчерашнего. Так что одевайся и выходи вниз. В машине жду.

Продолжение вчерашнего… Сон сняло как рукой. Метнувшись в комнату, куда и сон девался, Петренко быстро стал надевать форму. Проверил пистолет, щелкнув затвором. Из ящика письменного стола достал патроны. Потушив лампу и даже не оглядываясь на раскрытую постель, пулей вылетел из квартиры.

Этой ночью Петренко добрался до своей квартиры лишь после полуночи и, едва успев раздеться, рухнул на кровать. Он смертельно устал и почти мгновенно провалился в черную бездну из всяких сновидений, которые преследовали его в последние дни.

Но даже такая бездна усталости вместо сна, похожая на прижатую к лицу пышную подушку, не принесла облегчения, и особенно в эту ночь, когда в начале четвертого утра он был уже на ногах.

Целый день до самого вечера Владимир Петренко провел вместе со следственной бригадой в небольшом поселке Фонтанка под Одессой. Там в море местные рыбаки нашли труп… Но не простой.

Несмотря на то что стоял январь, море не замерзло – сильных морозов не было. Оно было спокойным, и рыбаки рискнули выйти на улов. Недалеко от берега спустили якорь. Он за что-то зацепился. Когда стали поднимать, вытащили то, что поставило на уши весь уголовный розыск Одессы и Петренко лично – как начальника отдела по борьбе с бандитизмом, ведь подобные дела были его прямой профессиональной обязанностью.

Это был труп молодого мужчины, не старше 30 лет. Он был почти голым, из одежды на нем были только черные трусы без всяких штампов и меток.

Ноги мужчины были поставлены в металлический тазик и залиты цементом. В таком виде его и опустили на дно. Всплыть он не мог и заживо захлебнулся, наглотавшись морской воды. По словам эксперта, тело пробыло в воде меньше суток и оно не успело серьезно пострадать, поскольку с момента смерти до его обнаружения прошло не так много времени.

На левом плече мужчины и на руке Петренко обнаружил несколько наколок, свидетельствующих о его тюремном прошлом. А присмотревшись повнимательней, не мог сдержать удивленного восклицания:

– Да я ж его знаю! Это же Сидор Блондин!

Действительно, у мужчины были светлые волосы. Обсохнув, они стали стремительно светлеть.

– Поясни, – нахмурился начальник уголовного розыска.

– Сидор Блондин – налетчик из банды Червя, – начал объяснять Петренко. – В последнее время у нас в работе налет Червя на кассу взаимопомощи при автомобильном тресте. По моим сведениям, Сидор Блондин тоже участвовал в этом налете. Он – бык, пацан Червя. Ну, в смысле, его приближенный каратель, если перевести на обычный язык. Налетчик, исполнитель приговоров. Две ходки в лагеря. Не понимаю…

2
{"b":"670347","o":1}