ЛитМир - Электронная Библиотека

В четыре часа пополудни Генрих изъявил желание прогуляться и приказал заложить экипаж. Он был намерен навестить Сюлли, который приболел. Но потом неожиданно поменял первоначальный план и решил ехать к банкиру Поле, точнее — к его рыжеволосой красавице-дочери. Погода стояла солнечная, теплая, и король попросил раздвинуть кожаные занавеси на окнах кареты. Экипаж, в котором помимо короля находились месье де Монбазон и герцог д’Эпернон, неспешно двигался по узким улочкам. За беседой король и его спутники не заметили, что за ними быстрым шагом неотступно следует закутанный в плащ человек. На одном из перекрестков карета короля приостановилась. В этот момент ее дверца внезапно распахнулась, и Генрих IV получил удар кинжалом, нанесенный вскочившим на ступеньку неизвестным.

«Я ранен!» — вскричал король и инстинктивно поднял левую руку, защищаясь от нападения. Этот жест оказался для него роковым. Преступник молниеносно нанес второй удар. На этот раз кинжал пронзил сердце. Король умер на месте. Убийца пытался скрыться, но его схватили и жестоко избили.

Герцог д’Эпернон, опомнившись от шока, накрыл тело короля своим плащом и приказал немедленно следовать в Лувр. На этот раз карета мчалась по улицам, разгоняя прохожих. Д’Эпернон выкрикивал одну и ту же фразу: «Король ранен! Король ранен!..» Наконец карета с грохотом въехала во двор Лувра.

Королева в это время пыталась унять приступ мигрени беседой с мадам де Монпансье, своей компаньонкой. Услышав крики, она поначалу подумала, что что-то случилось с ее старшим сыном, и оцепенела от ужаса. Мадам де Монпансье, посланная узнать, что произошло, по возвращении сказала: «Это не ваш сын, это король». Мигрень у Марии Медичи перешла в истерику, завершившуюся тяжелыми рыданиями. Королева беспрерывно повторяла: «Король умер…»

Очевидцы рассказывали, что канцлер Брюлар де Силлери учтиво возразил ей, указав жестом на спешно приведенного дофина: «Пусть ваше величество меня извинит, но во Франции короли не умирают. Да здравствует король!»

Убийца был скоро опознан. Им оказался некий Франсуа Равальяк, фанатичный католик, давний ненавистник короля. Следствие пришло к выводу, что Равальяк — сумасшедший одиночка. Позднее у историков возникло предположение, что он мог быть агентом иезуитов. Высказывалось мнение, что к убийству могла быть причастна ревнивая супруга Мария Медичи, но эта точка зрения не нашла подтверждения.

Так или иначе, но 14 мая 1610 года закончилось правление «доброго короля Анри». Франция стояла на пороге нового смутного времени — эпохи регентства Марии Медичи.

Королева-регентша Мария Медичи

Правители Франции XVII-XVIII века - i_006.png

В истории французской монархии нет, пожалуй, другого примера, когда королева-мать на протяжении четверти века оспаривала бы власть у собственного сына-короля. Такой уникальный пример дала Мария Медичи, вдова Генриха IV, мать Людовика XIII, завершившая свою жизнь в добровольном изгнании, оставленная всеми, кто прежде искал ее расположения и покровительства.

Знал бы Генрих IV, как распорядится его супруга наследием, которое он старательно и скрупулезно собирал на протяжении полутора десятилетий, что занимал французский престол, трижды подумал бы прежде чем просить ее руки у великого герцога Тосканского…

Будущая королева Франции родилась 26 апреля 1575 года во Флоренции, которой с 1574 года управлял ее отец, великий герцог Тосканский Франциск I Медичи. По матери, эрцгерцогине Иоанне Австрийской, Мария Медичи приходилась внучкой императору Священной Римской империи Фердинанду I.

Рано проявившийся у нее интерес к изящным искусствам и естественным наукам Мария, по-видимому, унаследовала от отца, который в ущерб государственным делам отдавал время научным занятиям, увлечению архитектурой и тому, что впоследствии назовут дизайном. Герцог был и страстным почитателем алхимии, что также передалось Марии, его шестой по счету дочери от первого брака.

В апреле 1578 года очередными родами умирает тридцатилетняя Иоанна Австрийская. Четыре месяца спустя овдовевший герцог вступает в брак со своей давней любовницей Бьянкой Капелло, принадлежавшей к знатному венецианскому роду.

Раннее детство осиротевшей в три года Марии, проходившее во дворце Питти, было скорее безрадостным. Она, как ее сестры и единственный брат, лишившись материнской любви и заботы, не нашла их у мачехи, которая интересовалась только собственным сыном, рожденным еще до ее брака с герцогом.

В двенадцать лет Мария потеряла и отца, умершего от малярии в возрасте сорока шести лет. После смерти в 1582 году пятилетнего Филиппо, единственного сына Франциска I, тосканский престол унаследовал брат герцога Фердинанд I, который взял на себя попечение над племянницами.

Фердинанд был женат на Кристине Лотарингской — любимой внучке Екатерины Медичи, королевы Франции. В отличие от недоброжелательной к девочкам-сироткам Бьянки Капелло Кристина сострадала племянницам и искренне заботилась о них. С ней возникла первая ниточка, которая впоследствии приведет Марию Медичи в Париж.

Вопреки существовавшему до недавнего времени мнению о невежественности Марии Медичи она, как и ее сестры, получила неплохое образование и надлежащее принцессам воспитание. Большой интерес Мария проявляла к точным и естественным наукам, в особенности к химии и минералогии. Она могла часами рассматривать и изучать драгоценные камни, знала в них толк. Другими ее страстными увлечениями были музыка, танцы и уроки рисования под руководством Жакопо Лигоцци, известного флорентийского художника и гравера. Мария неплохо играла на гитаре и лютне, с удовольствием исполняла вокальные партии, участвовала в театрализованных постановках.

Впоследствии, когда она станет королевой Франции, Мария Медичи будет играть важную роль в культурной жизни Парижа. Она возьмет под свое покровительство людей искусства — музыкантов, архитекторов и художников. В круг ее друзей входили Гвидо Рени, художник болонской школы, и фламандский художник Питер Пауль Рубенс, который создаст для нее 24 живописных полотна (так называемый цикл Марии Медичи), хранящиеся ныне в Лувре. Ее стараниями в 1615–1631 годах в самом центре Парижа будет построен Люксембургский дворец, красивейший архитектурный ансамбль французской столицы. Он станет личной резиденцией Марии Медичи, а впоследствии — резиденцией сената.

При всей любви к искусству Мария Медичи с молодых лет не отличалась большим умом и самостоятельностью суждений, чему способствовало чрезмерное религиозное воспитание, сделавшее ее подверженной внешним влияниям. Ближайшее окружение девушки-подростка ограничивалось ее старшей (на двенадцать лет) сестрой Элеонорой и камеристкой Леонорой Дори (Галигай). Когда Элеонора выйдет замуж за герцога Мантуанского и навсегда покинет Флоренцию, Леонора, несмотря на разделявшую их пропасть в социальном положении, останется единственной подругой и конфиденткой Марии Медичи. Сближало их и то, что обе они были выкормлены одной кормилицей и считали себя молочными сестрами.

К двадцати годам Мария превратится в рослую, склонную к полноте, но с прекрасной осанкой, привлекательную белолицую шатенку. Единственный недостаток — слишком маленькие при внушительном росте и фигуре глаза. По характеру она была законченным меланхоликом — апатичной, равнодушной ко всему, что не входило в круг ее интересов, ленивой, но при этом, как со временем выяснится, властолюбивой и болезненно ревнивой особой.

Накопленные поколениями рода Медичи богатства вывели тосканскую принцессу в первый ряд завидных европейских невест. Фердинанду I, ее дяде и опекуну, было из кого выбирать. В результате серьезных размышлений он сделал выбор в пользу графа Франсуа де Водемона[5], младшего брата своей супруги герцогини Кристины Тосканской.

вернуться

5

В 1625 году ему суждено будет ненадолго стать герцогом Лотарингским и Барским Франциском II.

6
{"b":"677236","o":1}