ЛитМир - Электронная Библиотека

Олег Маркелов

Любимчик Судьбы

Солдатская душа как пьедестал,
Где похоронены все розовые сны,
Где вольный ветер, женщины, мечты,
Упрятаны под монолит скалы.
Солдатская душа закалена клинком,
На слове надо, долге, и кровавых ранах,
Но потемневшая от крови сталь,
Сердца солдат скрывает в грубых шрамах.
Хелгмар

– Слишком все красиво, – фыркнул один из четырех сидящих за дальним столиком захолустного бара парней, выпуская к потолку струю сигаретного дыма. – Что-то мне не верится, что те, кто ворочает таким баблом, на деле оказываются такими лохами.

– Я вам говорю, дело верное, – возразил болезненно худощавый парень с бегающими блестящими глазками. – Информация самая точная, так что ты зря, Санчес, напрягаешься.

– Если бы он не напрягался, его давно бы уже на обед червям отправили, – вступил в беседу косматый как хиппи и огромный, словно борец или боксер-тяжеловес парень, который до этого все больше молчал, размышляя. – Мне, так тоже странно, что все так легко выглядит. Думаю, не мы одни готовы задницами рискнуть. Вокруг крутых парней в достатке. И если бы инкассаторы из супермаркетов деньги не на броневиках с пушками перевозили, а на магазинных тележках, их бы даже старухи потрошить начали.

– Но тут не тележки из супермаркета, – усмехнулся тощий, успевая при этом показать толстой потасканной жизнью официантке на пустую кружку пива.

– Послушай, Крыса, ты считаешь, что для перевозки миллиона кредитов команды в три человека без прикрытия достаточно? – невесело усмехнулся детина, оглядывая полупустой в столь раннее время зал. – По-моему, это и есть тележка из супермаркета. Скажи мне, почему тогда я не вижу на улице очереди из желающих опустить этих лохов. Ты не выглянешь наружу, Парк, спроси, кто крайний?

– Не вопрос, Майк, – согласился тот, кого назвали Парком, однако с места не двинулся. – Боюсь, придется писать номер очереди на ладони и приходить по утрам на перекличку, как за куревом и бухлом в прошлогодний кризис.

– Вот так и все думают, если кто и знает о том, что бабки так возят, – не сдавался тощий, переводя взгляд маленьких глаз с одного товарища на другого. Официантка поднесла ему полную кружку, и он сделал возбужденно большой глоток. – Да еще и сам факт, что это деньги дона Лагара, тоже многим кажется смертельной опасностью.

– А это, по-твоему, не смертельная опасность? – спросил детина, изумленно уставившись на тощего. – По-твоему, обчистить карманы дона Лагара плевое дело? Воскресный пикничок с телками? Ты часом по пути сюда не падал, головой не стукался?

– Я не говорил, что это плевое дело, – поднял руки тощий. – Но и нереальным его называть не стоит. Надо хорошенько подготовиться, все продумать, рассчитать. А потом очень быстро валить отсюда как можно дальше и навсегда. Но ты только подумай, по двести пятьдесят косых на нос. Да с таким баблом в столицу податься. Там не найдет никто. Представь, Майк, какая жизнь начнется. Мы станем хозяевами этой сраной жизни.

– Не дели шкуру неубитого медведя, – покачал головой Майкл, хмурясь своим опасениям. – Тебе-то с чего так рисковать, Крыса? Тебя папик твой регулярно спонсирует, хоть ты и свалил из отчего дома. А наша жизнь может и сраная, но, на встречу с Богом не бывает опоздания. Я не очень спешу, тем более, вряд ли нам уготовано место в Раю.

Крыса Рик взвился, но не найдя чем возразить, а, может, просто не решившись, обиженно умолк. Он вообще очень болезненно реагировал на такие упреки, хотя они и были чистой правдой. Рик никогда особо не нуждался, все свое детство, проведя в довольно благополучной семье где-то в успешных кварталах Вандера. А потом юношеский гонор и желание стать крутым направили этого недалекого тщедушного подростка прочь из дома. Тогда он и обосновался в бедных кварталах. Правда и тут он сделал себе поблажку – проинформировал свою убивающуюся маму о месте своего пребывания. И вскоре та, проведя работу с отцом, добилась того, что Рик стал получать от своей семьи периодические «стипендии». Именно благодаря им этот оболтус сумел переселиться в отдельный запущенный домик на окраине рабочего района и обзавестись неплохим моногравом с небольшим пробегом. А уже вследствие всех этих приобретений, Крыса Рик, втерся в доверие к своим теперешним товарищам, хоть так и не стал для них совершенно равным.

– Знаешь, Майки, а Рик, похоже, прав, – неожиданно поддержал тощего Санчес. – Я вот подумал… Если все прокатит мы просто в шоколаде будем.

– Скорее в цинке, – набычился гигант, туша в пепельнице окурок и про себя опасаясь, как бы товарищи не подумали, что он просто боится. – Ладно, парни, что попусту мозоли на языках набивать. Надо подумать, посмотреть, проверить. А если все реально, как Крыса говорит, без подготовки соваться глупо. Какими бы лохами они не были, а отправить на тот свет такую босоту, как мы, для людей дона Лагара будет в удовольствие. Так что не будем сами лохами, подготовимся, а там и поглядим…

– Конечно. Посмотри. Подумай, – закивал Крыса Рик, радостно скалясь. – Я ведь не зову прямо сегодня. Тем более они деньги каждую неделю возят. Все проверим, а когда будем готовы, все обделаем в лучшем виде. И только нас и видели. Дело верное…

– Заткнись, Рик, – оборвал тощего Парк, соглашаясь с решением детины, который по своему статусу был в этой компании явным лидером. – Майк ведь ясно сказал, поживем – увидим. Не мельтеши, все будет тип-топ. Тут ко мне Плешивый подходил. Предлагает нам небольшой заработок.

– И что ему от нас надо? Он же, вроде, скупкой занимается, да деньги ссужает, – удивился Санчес, вспоминая все, что слышал раньше о Плешивом.

Особо много вспомнить ему не удалось, как, впрочем, и всем остальным. Общеизвестно было лишь одно – Плешивый, как звали парня неопределенного возраста с шишковатой головой и растущими на ней клочьями волос, был человеком довольно неприятным в общении. Именно из-за этого с ним и общались только по крайней необходимости. К тому же сам Плешивый водился с людьми совсем уж «плохими» – ворами, грабителями, да еще теми, кто оказался в полной заднице, и готов был одолжить денег хоть у дьявола.

– Он предлагает обычную работу, – пожал плечами Парк. – Там ему кто-то бабла задолжал. Не то, что бы много и давно. Короче, серьезных ребят напрягать, что бы мочить должников еще резона нет, но напомнить о долге уже пора.

– А нас он считает несерьезными? – обиженно насупился Санчес.

– Не придирайся к словам, брат, – успокоил его Майкл. – У нас за плечами еще ни серьезных дел, ни серьезных людей. И всем плевать, на что мы сами по себе способны. До той поры, пока не докажем обратное, мы так и будем мелюзгой.

– Правильно Майк сказал, – согласился Парк. – Нам мелкую работу предлагают. Просто пойти и начистить нюх неплательщикам. Вот опустим дона Лагара, тогда и станем достаточно серьезными.

– Угомонись, Парк, – нахмурился гигант. – Мы закрыли на сегодня эту тему. Чего зря языки чесать. Так кому там надо мозги вправить?

– Парни, которые задолжали Плешивому, обитают в квартале оптовиков Нью-Сити, – начал рассказывать Парк. – Там у них небольшой офис. Вот туда-то нам и надо наведаться. Пугануть всех, кто будет в офисе, а одному, которого зовут Линкер, хорошенько бока намять. Только не переборщить, что бы он сумел потом самостоятельно долг принести.

– Сколько Плешивый за это нам обещает? – уточнил Майкл.

– Я сказал, что нас четверо, – довольно ухмыльнулся Парк. – Так он пообещал, что если все будет чики-чики, то он по сотне кредитов на нос отстегнет.

– Странно что-то, – покачал головой Майкл, не разделяя веселости друга. – А что это он так расщедрился? За четыре сотни ему этих ребят нафаршируют и в консервах привезут. Что-то не просто там, наверное.

1
{"b":"68","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Битва за воздух свободы
Моя жизнь в его лапах. Удивительная история Теда – самой заботливой собаки в мире
Дух любви
Кровные узы
Я люблю дракона
Магическая академия строгого режима
Свидание напоказ
Правила жизни Брюса Ли. Слова мудрости на каждый день