ЛитМир - Электронная Библиотека

Книга первая

Предисловие

О, народ мой, кайсак – казахи.

по грекам – скифы, по азиатам – саки!

Скифы – саки, гунны, тюрки,

вы дали миру не только муки,

Не только звуки летящих стрел,

номадов познания кочевых дел…

Вас знали народы за тысячи верст,

не только как злато имеющих горсть,

а чтивших обычаи и мертвых покой,

семейные узы и очаг свой родной!

О, народ мой, кайсак – казахи,

По грекам – скифы, по азиатам – саки!

Скифы – саки, гунны, тюрки,

вы дали миру не только муки,

не только легенды и устный фольклор,

степные мотивы и курганный собор…

Связь тысячелетий не зрит слепец,

не внимает глупец, но знает мудрец:

Она проста и стоит на века -

Чашкой кумыса из кобыльего молока,

Казаном по край вяленой конины,

Ароматом варенной конской солонины.

О, народ мой, кайсак – казахи,

по грекам – скифы, по азиатам – саки!

Скифы – саки, гунны, тюрки,

вы дали миру не только муки,

не только разящий булатный клинок,

юрту, сапожки, уздцы и седло…

Божественные горы молитву вели,

Духовную жизнь зародили в степи,

Закон и порядок, степные уклады

Без скрытой тревоги, излишней бравады!

О, народ мой, кайсак – казахи,

по грекам – скифы, по азиатам – саки!

Скифы – саки, гунны, тюрки,

вы дали миру не только муки,

не только мустангов, послушных седлу,

батыров приемы, отводящих беду,

клич боевой «Ура-ур-аяма»1,

герб родовой – тамгу из клейма…

Познали сигналы вы и знаки природы,

скрижали оставили на скальной породе,

А в «тайных» сказаниях разных народов

Вам не внимают, вы словно без рода…

Формулы кровные, генные нормы,

Они, заблуждаясь, находят фантомы -

Мудрые, знающие, ученые, клерки…

Кто бы вы ни были, не тревожьте скелеты,

Тайна сокрыта, оставлена в прошлом,

в курганах найдете ответы возможно…

Пролог. Гибель батыра

Конец весны, 5 век до н. э. вблизи горного хребта Тарбагатай2 назревала ожесточенная и решающая битва. В центре скифских войск выстраивалась тяжелая конница из тысячи батыров3. По флангам располагались всадники-лучники. А в резерве в одном шакырыме4 стояла личная гвардия царя и его телохранители, блистая такими же золотыми доспехами, как у каесара5. В ослепляющем глаза строю сложно было определить местонахождение царя. Только гвардия и личные телохранители знали местонахождение предводителя скифского воинства. Аргымаки6 поднимались на дыбы и бряцали доспехами. Тела боевых коней были надежно защищены от стрел: у одних – бронзовыми, у других – золотыми или болатными7 пластинами.

Воинам становилось все тяжелее удерживать аргымаков, натянутые поводья скользили меж пальцев, обтирая кожаные пятипалые рукавицы. Аргымаки так же, как и их всадники, с нетерпением ждали сигнала начала атаки, роя землю копытами и хрипя от напряжения.

Наконец, загремели барабаны. К раздирающему слух ржанию коней присоединились боевые кличи, исходящие от воинов и батыров. Они били свои круглые щиты акинаками8 в такт, подавая сигнал готовности к слаженным действиям и атаке.

С первым сигналом атаки лучники пустили тысячи стрел, на мгновение затмившие небо. Стрелы вонзались в неприятеля, но строй не редел, а наоборот превращался в неприступную стену, пополнявшуюся десятками тысяч воинов авангарда противника. Сила натяжения тетивы из скифского лука давала непостижимую другому оружию скорость и дальность полета стрелы. Острые наконечники стрел, выплавленные из железной руды, достигая цели, пробивали любое защитное снаряжение тапкашей9, племен-собирателей, населявших территории южнее горной цепи Тан-Жан10.

Противники скифов не ожидали такого напора и были неприятно удивлены возможностями применяемого оружия. Но вместо убитых воинов тапкашей их место занимали другие, восстанавливая стену, которая волшебным образом складывалась вновь и вновь и действительно казалась неприступной. Тяжелая конница скифов медленно двигалась в направлении врага, постепенно ускоряя шаг и на ходу выстраиваясь в клин. Задрожала земля от тяжелого шага, почва проваливалась под копытами тысячи коней. От этого поднималась пыль и, словно темное облако, уносилась ветром, еле касаясь земли, а затем рассеивалась, как утренний туман.

Батыры подстегнули своих коней и, выкрикивая боевой клич, ринулись на врага. Как нож в масло, конница легко вонзилась в строй врага, рассекая ряды авангарда противника. Пробив брешь в стене, батыры скифского воинства, сметая все на своем пути, упорно продвигались к ставке предводителя тапкашей. В глазах воинов читалась надежда на скорую победу, проносились радостные мысли о скорой встрече с родными и близкими.

Атаку с флангов поддерживали отряды всадников-лучников. Совершая короткие набеги, они, как голодные хищники, раздирали противника. Царь скифов – Ишпакай, пророча близкую победу, нетерпеливо вступил в бой, направляя свою гвардию в гущу сражения. Они пристроились к хвосту тяжелой конницы и стали свидетелями того, как ее клин вонзился в многочисленный строй рядов врага и оказался в опасной близости от ставки противника.

Но все изменилось мгновенно, и происходящее оказалось непоправимым. Никто не ожидал такого поворота событий. Сражения минувших лет, проводимые обеими сторонами по правилам чести, остались в прошлом, происходящее станет ярким примером недостаточной оценки противника и бесценным уроком последующим поколениям скифов…

Ставка противника оказалась ложной, основные силы укрывались за складками местности. Предводитель врага управлял многочисленными отрядами из глубины тыла, он, как подобает осторожному и коварному стратегу, опасался излишнего риска. В отрядах его представителями были командиры, могущие принимать решения самостоятельно. Конница скифов продолжала натиск и в пылу атаки угодила в замаскированный ров шириною в половину шакырыма. Батыры не смогли удержать своих аргымаков, их тела, один за другим проваливаясь в ров, натыкались на колья и погибали в диком ужасе. Зрелище кровавое и жуткое. В этом сражении и погиб батыр Анаркай – первый десяти тысячник, который был на самом острие клина и вел конницу на врага. Смерть была мгновенной и неоправданной. От увиденного ужаса оставшиеся в живых воины были растеряны и сломлены.

Стена противника смыкалась, подступили его отряды из засады, победа ускользала от скифов. Царю Ишпакаю везло меньше других: от вонзившегося в него копья он не мог передвигаться и держаться в седле, личная гвардия и телохранители, защищая своего предводителя, обеспечили прорыв и безопасный отход в тыл.

После битвы осталась гора мертвых, живых увели в плен.

Скифы не смогли отвоевать просторы степи, принадлежащие им испокон веков, они по-прежнему оставались у захватчиков. Царю скифов было тяжело осознавать поражение его воинства. С болью в сердце он направлялся к месту, где может укрыть свое оставшееся войско от преследований. Придя в себя, Ишпакай послал телохранителей и сотню из личной гвардии найти живых и почтить павших. В числе телохранителей, начавших поиск живых, был друг детства, погибшего Анаркая – Колаксай. Он, не зная о трагедии, пытался отыскать друга живым, но нашел его во рве с торчащим из тела острием кола. «Какая жуткая и коварная смерть недостойная батыра постигла моего друга», – горестно подумал Колаксай.

вернуться

1

Рази, не щади!

вернуться

2

Тесный (густой) сад (лес) создателя. Дословно: Тар – тесный, густой; баг – сад, лес; атай – создатель, предок.

вернуться

3

Лучшие воины царства.

вернуться

4

500 шагов, расстояние слышимости зова.

вернуться

5

Царь, предводитель.

вернуться

6

«Летучие» кони.

вернуться

7

Изделия из железной руды.

вернуться

8

Рубящий и колющий меч.

вернуться

9

Дословно: найти и убежать.

вернуться

10

Утренний рассвет

1
{"b":"680661","o":1}