ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Убедившись, что Танг лишил его всякого шанса на побег, вор развернулся и схватил, наконец, меч, намереваясь ударить Гончего Пса Хаоса наотмашь.

Ничего не вышло.

От стойки отделилась тонкая рука, которая обвилась вокруг запястья Маска. Он попытался высвободиться, уменьшившись в размерах, но чем тоньше он делал свою руку, тем крепче сжимались охватившие ее пальцы.

Мистра!

Не успел Маск прошипеть имя богини, как Гончий Пес Хаоса вцепился ему в ногу и оторвал ее у самого бедра. В комнату ворвался порыв черного ветра, разметав створки ширмы и прижав мебель к стенам.

Песий яд проник в вены Повелителя Теней, наполнив его обжигающей слабостью, которая начала пожирать его изнутри. Он почувствовал, как его голова съеживается, превращаясь в сморщенную оболочку, а руки и ноги усыхают, как поникшие стебли, и душа рвется наружу из порванных вен. В эту секунду он осознал, какая это глупость – злить богиню Магии.

Повелитель Теней встряхнул головой, чтобы прийти в себя, и увидел над собой огромную морду Кезефа. Из слюнявых челюстей пса свешивалась оторванная нога, но пес, тем не менее, не предпринимал новой попытки наброситься на жертву. Вместо этого он приклеился злющими глазами к мечу и почуял волшебство лезвия, а также его предназначение и поэтому стал осторожен. Маек оглянулся на руку, выросшую из полированной деревянной стойки Танга.

– Мистра, погоди! – взмолился Повелитель Теней. Все мечи, кроме заколдованного, с грохотом посыпались на пол. – Позволь мне спастись, и я велю Темпосу отозвать обвинение.

– Слишком поздно. – Аватара Мистры выплыла из оружейной стойки и материализовалась рядом с Маском. В одной руке она продолжала сжимать запястье вороватого бога, а в другой – держала меч принца Танга. – После того, что ты совершил, тебе не откупиться от меня никакими благодеяниями!

– Мне казалось, ты именно этого хотела!

– Больше не хочу.

Одним движением руки Мистра высвободила заколдованный меч из пожен, и тот сразу наполнил комнату алым свечением. Тело Маска тут же перестало быть таковым, превратившись в темную лужицу на полу, над которой богиня занесла руку для удара.

Меч опустился вниз, но удар не достиг цели, так как в последнюю секунду запястье Мистры перехватила стальная крага. Богиня закричала, а тут появилась вторая крага и вырвала у нее меч.

– Вот, значит, каково твое слово?

Громогласный голос так сотряс спальню, что кровать принца заплясала на полу. В следующее мгновение перед богиней, не имевшей возможности даже шевельнуться из-за двух бестелесных стальных перчаток, появился крепко сбитый однорукий воин. Его глаза вспыхнули яростным стальным огнем и сразу померкли, превратившись в черные пустые глазницы. Никогда, даже во сне, принц Танг не мог представить, что его посетят такие гости! Между Мистрой и Гончим Псом Хаоса теперь стоял Тир Безглазый и указывал культей на богиню.

– Ты же обещала не вмешиваться в правосудие.

– Маск ни разу не посетил Зал Полярной звезды, – парировала Мистра, безуспешно пытаясь вырваться из цепкой хватки бестелесных перчаток.

– Мне не нужны твои оправдания, богиня Магии!

В голосе Тира слышался такой гнев, что Кезеф выронил ногу Маска и раболепно потупился.

– Я все видел, – продолжал Тир. – Темпос предупредил тебя, что призовет Маска в свидетели, а ты все равно так поступила!

Безглазый махнул в сторону темной дрожащей лужи на полу. Воспользовавшись моментом, когда на него никто не смотрел, Кезеф подхватил остатки ноги и, забившись в тень, исчез из комнаты.

– Но Маск убил моего патриарха!

– Я знаю, что сделал Маск, даже лучше тебя. – Тир обратил безглазый взор на пустое пространство рядом с богиней и отдал приказ: – Стереги богиню до суда. Никто не должен видеть ее или говорить с ней.

После таких слов Безглазого одна крага, что вцепилась в запястье Мистры, грубо отвела руку богини за спину. Вторая крага бросила на пол меч, потом вцепилась в другое запястье, и вот уже обе руки Мистры оказались заломлены за спину. Вот теперь мучитель богини показался ей на глаза; он мог появиться только как пустые доспехи, ибо другим обликом Бдительный Хельм не обладал. Хотя бог Стражей не был таким могущественным, как остальные божества, он отличался постоянством и бессердечием и по этой причине служил тюремщиком бессмертных. Стоило какому-то божеству попасть под его опеку, как оно уже не могло ни избежать его забот, ни убедить его забыть о долге, ни побороть его каким-либо образом.

Хельм кивнул в знак того, что понял приказ Тира, и подтолкнул Мистру к разгромленной кровати, на которой все еще лежал принц Танг – ни жив, ни мертв от страха. Богиня Магии даже не попыталась сопротивляться. Когда-то давно, во Времена Бедствий, Великий Страж на ее глазах уничтожил предыдущую богиню Магии. Теперь она знала, что он ни минуты не колеблясь убьет и ее.

Она повернулась в последний раз, взывая к Тиру:

– Как ты можешь так поступать, Тир? Маск больше меня мешал правосудию!

– Это мне решать.

– Но магическая материя…

– Ты сама виновата, – сказал Тир. – И в том, что случится с магической материей, тоже будешь повинна ты.

Хельм толкнул богиню на кровать Танга, едва дав охваченному благоговейным страхом принцу время, чтобы скатиться на пол. В ту же секунду разломанную ширму заменили четыре призрачные стены. Балдахин превратился в потолок из тьмы, а матрас стал мягкой пустотой. Мистра оказалась в безвоздушной ловушке, откуда не было спасения.

Хельм снял пурпурный шнур с горла служанки и привязал его к ножке кровати. Один конец он взял в руку и исчез из комнаты, утянув клетку Мистры за собой.

Тир обратил свой безглазый взор на дрожащую лужицу, в которую превратился Маск.

– Прекрати дрожать, Повелитель Теней. Пес ушел.

Темная капля приняла вид одноногого человека.

– Почему ты медлил? Кезеф чуть меня не сожрал!

Тир покачал головой:

– Тебе повезло, что я вообще появился. Если бы Мистра не пошла в нападение, я бы позволил Кезефу закончить трапезу.

С этими словами Безглазый растаял без следа, а Маск начал кое-как лепить себе новое тело. Повелитель Теней снова растаял в бесформенную массу и принялся кататься по полу. Сначала он превратился в орка с тремя руками, но без ног, затем стал гномом с тремя ногами, но без рук, и, наконец, пауком со щупальцами вместо ног.

Из-за опрокинутого дивана выглянул Танг и увидел на полу рядом с темным меняющимся сгустком меч, излучавший красное сияние. Принц метнулся через всю комнату, чтобы схватить оружие.

Но стоило ему дотронуться до драгоценного эфеса, как из лужи выстрелил темный холодный протуберанец и обмотался вокруг его запястья.

– Даже не думай, принц! – прошипел Маск. – Я лишился ноги ради этого меча!

33

У каждого шпиона найдется место, где он избегает показываться, а для Рухи таким местом был Вунлар. Городок располагался к северу от Дейла, где дорога раздваивалась, ведя к Зентильской Твердыне и Тешьуэйву, – именно здесь ведьма впервые вмешалась в чужие дела. Когда-то давно Арфисты послали ее служить в таверну «Звон Мечей», где ей предстояло быть связной другого агента и шпионить за зентиларами, приходившими туда на встречи. Эта роль заставила ее переодеться в нескромный наряд служанки, а именно открыть лицо и почти всю грудь, а ведь она была хорошенькой и притягивала взгляды мужчин. Не прошло и нескольких дней, как подпольный работорговец посеребрил ей ладонь монетой, которую она приняла с благодарностью.

Правда заключалась в том, что Руха совсем недавно покинула пустыню и до нее не дошел смысл подобного вознаграждения. Тем не менее, сделка есть сделка, и она не имела никакого права отказать в оплаченных услугах. Работорговец разозлился, достал кинжал и наверняка зарезал бы ее, если бы его собственный слуга, по чистой случайности оказавшийся тем самым шпионом, которому Руха должна была помогать, не встал на ее защиту. Руха и этот агент были вынуждены с боем пробиваться из города, предоставив работорговцу одному продавать сотню несчастных душ в рабство. С тех пор Арфисты называли тот случай «вунларское фиаско».

56
{"b":"6888","o":1}