ЛитМир - Электронная Библиотека

– У тебя получится, – сказала мать. – Получилось в первый раз, получится и во второй.

Папа улыбнулся ей едва заметно, но Далеина увидела его улыбку, пока забиралась в корзину вместе с мамой и Айрин.

– Мы всегда знали, ты особенная, – сказал он.

Айрин надула губы.

– Я тоже особенная.

– Конечно, Айрин. – Он улыбнулся и ей, на этот раз настоящей улыбкой, когда Айрин залезла следом, а затем мать начала опускать корзину, и его улыбка исчезла.

Из корзины стало видно, что из двадцати домов, из которых состояла деревня, остался только один. Все остальные сорваны с веток, разбиты на части и разбросаны по земле. Кухонные столы, кладовки, еда, тарелки, чашки… кровати, сундуки, игрушки, простыни, одежда… все содержимое двух десятков домов перемешалось внизу. Далеина увидела прачечную, смятую одежду, которая принадлежала пожилой госпоже Хамби. А потом увидела саму госпожу Хамби: ее тело сломано тем, что однажды служило дверью. Ее глаза широко открыты. У нее нет руки, а в груди… Далеина отвернулась. Корзина опускалась, и она увидела больше.

Ноги. Руки. Лица. Лица – самое худшее.

– Не смотри, – сказал папа, но было поздно.

Росаси. Дорогая, добрая, не любящая работать Росаси, которая рассказывала такие замечательные истории. Ее горло походило на алый цветок. Руки все еще сжимали клубок пряжи.

Она увидела своих друзей: Джу-джу, Сабрин… Не видела Мину. И не хотела. Но не могла перестать смотреть, глаза сами метались по разрушенной деревне, пока не остановились на человеке в темно-зеленой одежде, живом, идущем навстречу им.

Рядом с ним шли двое мужчин и женщина, один в белом, двое в черном – лекарь и двое стражей. Мужчина в зеленом держал меч. Его взгляд пробежал по верхним веткам, пока остальные глядели по сторонам.

– Здесь! – крикнул папа и помахал им.

Когда незнакомцы подошли, мужчина в белой мантии поспешил к папе и начал проверять раны. Двое стражей встали рядом, защищая. А мужчина в зеленом осмотрел их и нетронутый дом.

– У кого из вас связь с духами? – спросил он.

Мама с папой оба указали на Далеину.

– У нашей дочери, сэр, – сказал папа. – Но мы не знали до сегодняшнего дня.

Мужчина в зеленом посмотрел на Далеину, и Далеине показалось, он смотрит сквозь ее кожу, изучая кости. Его глаза были бледно-голубого цвета, а на лице – шрам под черной бородой. Он все еще сжимал меч, и Далеина видела на его лезвии густой сок деревьев и красную ржавчину.

– Ее необходимо обучить. – Не дожидаясь ответа, он махнул стражникам. – Заберите их к остальным выжившим.

– О, слава королеве, есть другие! – сказала мама.

Лекарь положил руку ей на плечо.

– Боюсь, не так много.

– Тогда мы не должны выражать благодарность, – сказала Айрин, держа Далеину за руку. Ее пухлые пальчики стали липкими от пота, но Далеина сжала их. – Королева нам не помогла. Мы не должны ее благодарить.

– Замолчи, Айрин, – сказал папа.

– Далеина должна быть королевой, – сказала Айрин. – Она спасла нас.

Мама зажала рот Айрин рукой.

– Айрин! Тихо! Это чемпион!

Далеина уставилась на мужчину в зеленом: она никогда не видела чемпиона прежде. Их было несколько: они обучали преемниц и защищали королеву. Она не думала, что один из них придет в деревню (или то, что осталось от деревни).

На секунду Далеина представила, что он ее заберет, увезет в столицу и назовет своим избранным кандидатом. Так случается в сказках – чемпион приходит в крошечную деревеньку, испытывает силы детей и выбирает одного, который станет преемником, а преемники становятся легендами, создают новые деревни, оберегают границы, защищают людей от духов вместе с королевой. Она представила себя во дворце, с венцом из золотых листьев на голове, со своей семьей рядом, в безопасности благодаря ее силам. Больше не нужно бояться и прятаться в хижине среди деревьев.

Ее история должна была начаться именно в тот момент. Судьба решила, что ее силы проявят себя во время деревенской трагедии, а воля случая привела к ним чемпиона как раз тогда, когда атаковали духи, слишком поздно, чтобы спасти деревню, но вовремя, чтобы встретить Далеину. Так полагалось начаться легенде – в момент, когда он увидел в ней потенциал, а она приняла свое будущее с распростертыми объятиями.

Но все не так.

Чемпион отвернулся, глядя на разрушенную деревню и мертвые тела.

– Только лучшая может стать королевой. И это не она. – Его слова будто дали Далеине пощечину, а затем он добавил еще одну фразу: – Если бы была лучшей, эти люди остались бы живыми.

Глава 2

Чемпион Вен склонился над тем, что осталось от деревни. Рассматривая обломки, он вытащил сломанную куклу: ее розовое платье измазалось в грязи, а фарфоровое личико треснуло.

Везде сломанные куклы.

Почему везде должны быть эти чертовы куклы?

Остальные вещи его не интересовали – разбитая посуда, простыни, одежда, все признаки того, что здесь когда-то жили люди, но теперь перестали – а куклы привлекали его внимание всегда. Когда-то он их собирал, в начале череды этих трагедий, приносил куклу мастеру игрушек, чтобы ту починили, а потом отдавал детям ближайшей деревни. Через какое-то время, однако, Вен решил, что это странное хобби.

Он отбросил куклу в сторону. На этот раз осталось не так много выживших. Двое детей. Несколько взрослых. Их отвезут в другую деревню, дадут новые дома, новые жизни. Старшую девочку обучат, и, может, однажды она станет ведуньей в какой-нибудь деревушке. Если ей повезет, она больше никогда не станет очевидцем подобного. Но ночные кошмары останутся с ней на всю жизнь.

Вен хорошо знаком с ночными кошмарами. Он ненавидел сон. Но в дни вроде этого ему не очень-то нравилось и бодрствовать. Он поднялся на ноги, придя к выводу, что выживших больше искать нет смысла, а духи вряд ли вернутся, чтобы получить взбучку.

Вен хотел бы иметь возможность выследить тех, кто виновен в случившемся, заставить расплатиться или хотя бы раскаяться… Но духи никогда не поймут, что сотворенное ими неправильно, а уничтожение духов только нанесет ущерб лесу, из-за чего еще большее количество людей останутся без домов.

– Чемпион Вен? – Это была одна из стражниц. Вен забыл ее имя. Она предпочитала топор и во время сражений оставляла свою правую сторону незащищенной на долю секунды. А еще неплохо метала ножи и чутко спала, часто просыпаясь, чтобы осмотреть лагерь. Они путешествовали вместе пять дней. И до сих пор Вен не запомнил ее имени. – Выжившие хотят похоронить мертвых.

Он покачал головой.

– Королева позаботится об этом, – возразил он. Королева прикажет духам земли забрать деревню и очистит место с помощью духов воды.

Стражница пнула ногой обломок дерева. Под тем оказалась рука, серая и обескровленная, уже загрубевшая.

– Так же как заботилась о них, когда они были живы?

Вен вскинул бровь, уставившись на нее. Он знал: этот его взгляд мог утихомирить большинство людей. Стражница, однако, была не так проста, иначе бы при виде того, что духи сотворили с деревней, уже кричала бы от страха и даже не обратила бы внимания на его гневное выражение лица. Эта деревня (как она называлась? Грейтри?), может, и считалась окраиной, но была на территории Аратея. Здесь должно было быть безопасно.

В ответ стражница уверенно посмотрела Вену в глаза.

– Она мертва?

Он вздрогнул от этих слов, представив израненное тело королевы, как тела жителей этой деревни, но вопрос справедливый – после смерти королевы духи всегда начинают сходить с ума, пока не коронуют преемницу и та не заберет у духов силу.

– Я не слышал звона колоколов. – Три удара, означающие смерть королевы, звенящие по всему лесу. – Даже если бы она была мертва, у нее много сильных преемниц. – Если королева Фара умрет, проведут церемонию коронации, и один из них продолжит дело королевы. В этом и есть смысл назначения преемниц и чемпионов: чемпионы находят и обучают потенциальных преемниц, чтобы в Аратее всегда была королева, а духи всегда оставались под контролем.

4
{"b":"689464","o":1}