ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Юрий Поляков

В зоне риска. Интервью 2014–2020

2014

Мы способны на многое!

Сегодня гость «Вечерней Москвы» – писатель Юрий Поляков. Он существует в русской культуре в разных измерениях: популярный прозаик, драматург, публицист, главный редактор «Литературной газеты», общественный деятель, член Изборского клуба. А ещё Юрий Поляков – очень точный социальный диагност. В своих произведениях он описывал дедовщину в армии, разложение верхушки комсомола и партии, продажность реформаторов и вороватость новых русских. И не просто описывал, а «бил тревогу», указывая на пагубность этих явлений. Прозу и публицистику Юрия Полякова отличает афористичность. Недавно увидела свет книга «Бахрома жизни», где собраны крылатые выражения из его статей, романов, повестей, пьес и записных книжек. Читается на одном дыхании. Книгу открывают два афоризма: «В России власть и народ похожи на давно охладевших супругов: спят в одной постели, но грезят каждый о своём» и «В России две проблемы: патриотизм, принявший форму идиотизма, и либерализм, принявший форму аморализма». Мы попросили Юрия Полякова поделиться своими наблюдениями о процессах, которые происходят в нашей стране. Разговор получился интересный.

– Юрий Михайлович, какие тенденции в обществе вызывают у вас беспокойство?

– Многие тенденции. Начнём с того, что мы с вами современники нового великого переселения народов. Выходцы с бывших советских окраин перебираются на жительство в центральную Россию. Этот процесс типичен для всех империй. Причём слово «империя» я использую в нейтральном смысле – как многонациональное и многоконфессиональное государство. Наша империя – и Российская, и Советская – была названа одним английским исследователем «империей наоборот». Если Великобритания или Франция высасывали богатства из колоний, то Россия, напротив, отрывала ресурсы от метрополии и направляла на окраины. Не случайно в конце Советской эпохи была принята программа подъёма Нечерноземья, то есть «Малой России», собственно Руси. Уж слишком опустили. Не то что центральная Франция! Но почти ничего не успели: СССР рухнул. Уверен, нынешний приток мигрантов должен регулироваться государством. Необходимо учитывать интересы, обычаи и жизненный уклад коренного населения. В основном – русских. Хотя та же проблема существует и в Татарстане, и в Башкирии, и в Удмуртии, куда приезжают гастарбайтеры, а порой и гастнахлебники. Противоречия незаметно накапливаются, густеют, а потом вырываются наружу, чаще всего, когда происходит какое-нибудь криминальное происшествие – например, выходец с Кавказа или из Средней Азии убивает русского парня или насилует русскую женщину. И заметьте, за преступника сразу вступается вся национальная община, которая хорошо организована и коррупционно связана с местной администрацией. А кто защищает русских? Власть. Как правило, неохотно или неуклюже. По-моему, тут в дело должны вступать русские общины. Государство, покуда возможно, пусть остаётся арбитром. Парадокс: у нас нет русских общин и почти нет правозащитных организаций, которые отстаивали бы интересы коренного населения. А ведь оно во многих местах оказалось или в кабале, или в криминальных тисках, которые сжимают приезжие. Гастарбайтеры – люди, более сплочённые и нацеленные на успех, чем местные. Такова эмигрантская психология. Они уехали из родных мест, выпали из своих обычаев, а в поле наших традиций не попали. Отстаивать интересы русских в ситуации наплыва мигрантов должны русские общины. Не заменяя государство и законы, а помогая им! Зачатки этого есть в казачьих областях. У казаков испокон была чёткая, военная организация. У них самозащита в генах. А вот в центральной России этого качества не хватает. Но от самоорганизации русских мы никуда не денемся, если хотим сохранить свою цивилизацию.

– Многих сегодня раздражает, что элита слишком далека от простых людей. Вы согласны?

– Острейшая проблема – опасный разрыв и в материальном уровне, но, что ещё хуже, в нравственном и ментальном смыслах. Обратившись к истории, мы увидим: и в 1812 году, и в Крымскую кампанию дворянская элита, говорившая на французском языке, в большей степени ощущала себя частью народа, была более патриотична, чем нынешняя, вроде бы доморощенная. Прежних западников увлекал Шопенгауэр, нынешних – шопинг на Елисейских полях. На слуху история с Пермским губернатором Олегом Чиркуновым. Нажился на своих должностях, ушёл в отставку и теперь со словами: «Прощай, немытая Россия» отправился на незаслуженный отдых во Францию. Не слабо? За этим частным случаем целое явление – отчуждение элиты от народа. Она работает только на свой карман, жертвуя интересами Державы, а то и продавая их ради личной выгоды.

Многие правильные инициативы Кремля не реализуются именно из-за того, что изрядной части чиновников безразлично укрепление, развитие и процветание России. Они воспринимают страну как вахтовый посёлок, куда приехали заработать, а потом уедут «на юга». Была такая установка, когда отстраивались Севера, Сибирь. Люди там работали десятилетиями, но знали, что вторую половину жизни проведут, если пожелают, в Крыму или на Черноморском побережье Кавказа. Но тогда была единая страна. А теперь вырос целый класс, который в России жить не собирается. Их дети тоже не собираются. В будущем страны они не заинтересованы. Многие сбои в нашей государственной практике связаны именно с этим.

– Мы живём в эпоху, когда стабильность внутри стран пытаются раскачивать при помощи «майданов». Такая опасность для России сохраняется?

– Да, болотные события показали, что в стране есть немногочисленные, но достаточно активные и энергичные группы, которые хотят опять превратить Россию в одну большую баррикаду. Не дай бог! Эти силы имеют связи во властных структурах. Мы уже видели эту баррикаду в 1991 году. Тогда всё закончилось крушением Советского Союза. От нас отпали не только земли, которые исторически «не срослись» с основной территорией, но и те, что даже не помышляли об отделении. Кто-то убежал, боясь смуты в Москве. Кого-то просто оттолкнули, потому что советниками по межнациональным вопросам были персонажи типа Старовойтовой, Урнова и Бурбулиса. Тогда страна на 10 лет впала в полуобморочное состояние. Представьте, что Олимпиаду надо было провести в 1994—96 году, а? Мы бы ничего не смогли, не успели. Ни-че-го! Страна была полностью разорена, дезорганизована. Кремль превратился в корчму. При всех недостатках, которые налицо сегодня, поступательное движение тоже очевидно. Назад, в разруху, никто не хочет, кроме ватаги сытых и благополучных «болотников». На что они рассчитывают? Видимо, их греет пример экс-губернатора Перми Чиркунова, занявшегося виноградарством в теплой Франции.

– Есть и СМИ, которые рады раскачивать лодку, как, например, одиозный канал «Дождь», прославившийся скандальным утверждением, что, мол, блокадный Ленинград надо было сдать фашистам. Что вас больше всего возмутило в этой истории?

– Самое любопытное, что определённые люди во власти, имена которых скрываются, жёстко навязывали «Дождь» провайдерам, выкручивали руки, заставляя транслировать этот канал бесплатно. Хорош рынок! А ведь другие каналы, например, канал «Комсомольской правды», платит за трансляцию немалые деньги. «Дождь» меж тем почти даром инструктировал тех, кто «хочет бури». Я понимаю, если бы финансирование шло из-за рубежа – шагали бы тайные караваны верблюдов, гружёных свежеотпечатанными долларами. Но когда влиятельные люди из властных верхов бесплатно всовывали «Дождь» во все пакеты – это заставляет серьёзно задуматься. Российскую империю во многом погубила именно пятая колонна во власти. Например, польские тайные общества, куда входили весьма влиятельные чиновники. То же самое и с Советским Союзом. Прорабы перестройки в основном вышли из журнала «Вопросы мира и социализма» – якобы элитарного интеллектуального штаба социалистического содружества. Он выходил в Праге. Я встретил зрелость на дымящихся развалинах страны. И я бы не хотел старость встретить на баррикадах.

1
{"b":"698153","o":1}