ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Начальник мастерской довольно заулыбался:

– Ты же знаешь мои связи! Все уже крутится. – Выпитый спирт начинал действовать. – Все правильно, Серега, ты всегда был большим умницей. Или умником, а? А я зато стены могу прошибать! Давай говори свое желание, поиграем в золотую рыбку.

– Так у нее их три штуки было.

– Ха! А у нас лампа Аладдина! В виде этой зоны с баржи: пока она у нас находится, сколько угодно желаний исполняется. Ты на подводные лодки обратно хотел? Считай, уже там. Или давай переведем тебя в Питер военпредом каким-нибудь? У тебя проблем с жильем не будет, ты сам ленинградец.

«Черт возьми! А ведь это и в самом деле заманчиво. Главное – вполне реально», – мечты Сергея определенно могли осуществиться.

– Ты давай, Михалыч, говори, а я в Техупр звонить буду, все и решим сразу. – Сердюк вновь обрел былую уверенность. Вот это надо было прекращать сразу и резко.

– Леха, почему на стержнях импортная маркировка? – Пока это был единственный факт в руках Редина, хотя и козырной. – Сам же знаешь, такие вещи мы на Западе пока еще не закупаем.

– Ты чего, ты чего? – начальник мастерской даже слегка протрезвел, – какая маркировка, откуда ты стержни мог видеть?

– Да у тебя, Леха, с головой совсем плохо. «Недоразумение в твоей смене… молодец…» Мы же стерженечек-то кувалдой вручную выпрямляли! С такого расстояния можно увидеть, как блошки трахаются.

– Ничего не было! Тебе показалось! Там обычная маркировка, ГОСТ был с цифрами и все. – Алексей уже кричал. – Понял?! Обычный ГОСТ!!

– Не ори! Что ты задергался? Решил все-таки меня за шестерку держать, карась? Глотай сам свою сказку про «ледокольную зону». – Сергей тут блефовал: рассказ был очень правдоподобен. Если бы не выпитое шило и необходимость давать молниеносный ответ, Сердюк вполне мог выдать какую-нибудь достоверную версию, типа «это же гражданские, может, они и стержни импортируют для себя». Крыть было бы абсолютно нечем. Однако Леха дрогнул. – Хочешь, чтобы все было честно между нами, рассказывай, что знаешь. Тогда и с запросами определимся. А то ведь и продешевить можно.

– Не лезь ты не в свое дело, – голос Алексея понизился тона на два, и лицо его, несмотря на пьяно блестящие глаза, приняло серьезное и тревожное выражение, – работу обычную сделаем, прошвырнемся с инспекцией на Новую Землю…

– Ага, помалкивай только, – перебил его Сергей. – Дозу я хватанул очень приличную. Это, не выходя официально, из очередного отпуска. Во, здорово получается: меня просто нет, никто не отвечает. А что еще впереди?

– Да мы все тебе компенсируем, я же сказал.

– Во-первых, кто это «мы»? А, во-вторых, я повторяю, рассказывай, как на духу. Ты знаешь, я втемную и в преферанс не играю. И еще, – Сергей не давал Алексею вставить слово, – я сам докопаюсь до всего в конечном итоге, но уж тогда…

– Я тебе все сказал. Даже в десять раз больше, чем надо. Хочешь спокойно и сытно жить – выполняй мои приказы, и точка. – Алексей обрел недостающую уверенность в очередном стакане, выпитом залпом.

– Значит, вот как… – Редин выпил тоже, – мы еще поговорим об этом. Совсем скоро.

«Хватит, – почувствовал Сергей, – надо брать тайм-аут. Что-то должно быть у него еще, чтобы диктовать условия, разговаривать с позиции силы. Или прессинг чересчур жесткий. Тогда надо выходить на организаторов этого прессинга. А что им предъявить? Пусто в рукаве!» Плохо, что Редин пока не знал, что это и где его взять. Прямо царевна-лягушка какая-то: пойди туда, не знаю, куда; принеси то, не знаю что! Или это царь-батюшка так говорил? Что ж, успокоим Леху, опять же, насущными проблемами. Забот-то полон рот. А сами – в засаду!

– Вернемся к нашим баранам. Ты тут всю организацию перегрузочных работ годкам на откупа отдал. Я, как помощник командира, хотя и нештатный, займусь организацией работы смен; а ты отдай распоряжение, чтобы ни малейших задержек с КЗМ, ватниками, сапогами не было, чтобы людей из состава смен без моего личного разрешения никуда не задействовали. Вахты корабельные я откорректирую. На кране будут пока вдвоем управляться: мичман Витя Попов и старшина Фирсов.

Ты, Леха, сам-то когда последний раз в зону наведывался? Что, должность и живот уже не позволяют? Как тебе тогда вышестоящее начальство такую ответственную работу могло доверить?! В общем, после обеда в зоне и на барже надо разгрузку приостановить… – увидев недовольный жест Сердюка, Редин продолжал твердо, не давая себя перебить, – …и объявить аврал! Всех на дезактивацию бросить, а потом – большая приборка по всем заведованиям. А в восемнадцать часов я с боцманом и Дроновым все лично проверю. Тебе доложу, кого еще на пару часов оставить надо. Ты согласен, начальник, с таким раскладом?

– Ну вот, Серега, я же знал, что именно тебя мне не хватает, – примирительно забасил Сердюк, – работы у меня, веришь – невпроворот, а положиться не на кого. Генка с Женечкой? Тьфу! Нет, они, конечно, все сделают, но не могу же я сам обо всем беспокоиться. Ты от моего имени все приказы отдавай. А поговорим мы еще обязательно. Все нормально будет!

Вот в этом-то как раз Сергей очень сомневался. Но и он даже отдаленно пока не представлял себе всех масштабов этой ненормальности.

Глава 3

Версия, которую начальник мастерской предложил Сергею о ледокольном происхождении таинственной зоны, была вполне добротная и правдоподобная. Просто Редин в запале пошел в чисто психологическую атаку и, не рассматривая никаких аргументов, с ходу отверг привлекательную идею. Впрочем, расчет у Сергея был, но лежал он не в области технических возможностей подобной перегрузки и утилизации, а, опять же, в сфере психологической.

Если Сердюк всему личному составу рассказал о новой сверхсекретной подводной лодке, а в первой же беседе с Сергеем выдвинул вторую версию, то последняя, как правило, тоже оказывалась ложью, используемой, чтобы прикрыть первую. Такими же окажутся и третий, и четвертый варианты. Настаивать бесполезно.

Интересно другое: знал ли Алексей истину или предпочитал пережевывать то, чем его кормили со стороны. И что это за сторона? Еще несколько лет назад Сергей с уверенностью мог бы сказать, что подобное возможно провернуть лишь на очень высоком уровне. А теперь, пожалуй, склонялся к тому, что среднее звено – где-то на уровне Технического управления флота – вполне могло бы само все организовать, пользуясь практически полной вседозволенностью, бесконтрольностью и безнаказанностью. Но все равно, контакт с Управлением по ядерной безопасности в Москве обязателен. И конечно, должна быть соответствующая «крыша». По логике выходило, что «крыша» не могла быть ниже правительственного уровня. Кроме того, и это весьма настораживало, какое же сколько-нибудь значимое событие в нашей стране происходило без ведома, контроля, вмешательства или прямого руководства «соответствующих органов»?

Так, пожалуй, с направляющей силой определились, исполнители – налицо, теперь полицейский вопрос: кому это надо? А зачем здесь находится эта объединенновражеская экспертно-наблюдательно-зеленая комиссия? Значит, будем знакомиться!

И тут Сергей поймал себя на мысли здравой и практичной: а на хрена тебе-то это нужно, сыщик доморощенный? Сергей Пуаро и Шерлок Редин! Мистер Марпл! Делай свою работу, как будто ничего не случилось и не пытайся затевать всякие «игры патриотов». Расхожая в свое время фраза из кинофильма «Белое солнце пустыни»: «…за державу обидно!» давно утратила свою актуальность. А о самом Верещагине, произносившем ее, можно сказать словами другого известного героя: «Он плохо кончил!»

Ему же выпал случай изменить свою судьбу. Стоп! Здесь концы с концами не сходятся: почему кто-то станет прилагать определенные усилия, устраивая судьбу какого-то капитана-лейтенанта, и неминуемо раскрывая себя, если уже понятно, что их хотят использовать втемную? Хотя, его перевод на новое место службы не так и трудно организовать. Захотят ли они это делать? Опять «они»!

10
{"b":"698334","o":1}