ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
И ботаники делают бизнес 1+2. Удивительная история основателя «Додо Пиццы» Федора Овчинникова: от провала до миллиона
Не прощаюсь
45 татуировок менеджера. Правила российского руководителя
Думай медленно… Решай быстро
Срок твоей нелюбви
В нежных объятьях
Стань эффективным руководителем за 7 дней
Ты сильнее, чем ты думаешь. Гид по твоей самооценке
Очаровательный негодяй

– Твой братишка совсем меня не боится, – печально сообщил я Алексу.

– Это поправимо, – зловещим тоном заметил Алекс, – поводи его по зверь-траве.

Тони, кажется, поверил и заморгал, чтобы не заплакать. Я взъерошил ему волосы на голове: не воспринимай нас слишком всерьез.

В это время Лео закончил обрабатывать немногочисленные синяки Гвидо и Роберто и взялся за мою спину, не предупредив меня предварительно.

– А-у-у, предупреждать надо, – сдавленно взвыл я.

– Это тебе так и надо. Нечего ребенка пугать!

* * *

Утром мы были готовы к бою. В груди у меня дрожала туго натянутая струна: скорее бы все началось!

Я последним подошел регистрировать свою команду: шест я заявлю так, чтобы никто не смог этого повторить. Я скосил глаза на экран ловеревского ноутбука: да, всё читается, заявки не считаются тайной. И шест никто, кроме меня, не взял. Начальник лагеря был удивлен, даже очень. Стоявший рядом Бовес хитро улыбался.

– Удачи, Энрик! – сказал он мне. Ловере воззрился на него:

– Что это они задумали? – спросил он у сержанта.

– Прошу прощения, синьор капитан, я обещал молчать, – ответил Бовес.

Ловере недовольно покачал головой. Ждет от меня какого-нибудь подвоха? Зря. Играю я всегда честно.

Шары с номерами полос, которые всем предстоит сегодня пройти, вытаскивал Тони, как самый молодой участник соревнований. Вторая, седьмая (черт побери!), пятая и девятая. Не-е, Тони тоже плохо тянет жребий. Но, кажется, все следующие жребии никакого значения не имеют: какая разница, на каком по счету стенде стрелять?

Через минуту на большом голоэкране, спроецированном напротив маленьких трибун, появилось расписание для каждой команды. Седьмую полосу мы проходим последней. Не лучший вариант.

На второй и пятой полосах мы побили рекорды лагеря, один держался пять лет, а другой – семь, о чем всем зрителям и болельщикам немедленно сообщил ужасно ехидный комментатор лейтенант Дронеро:

– Оказывается, для того, чтобы побить рекорд, надо бегать помедленнее и таскать с собой разные неудобные вещи.

Вот я его сегодня боккэном! Он же мне дал за то, что вынужден был ловить меня ночью. А потом скажу, что ускорился рефлекторно, хотя он и так не спросит: такие вещи надо терпеть не жалуясь.

Но как мы устали! Не сколько от физических усилий, сколько от напряжения: нельзя ничего перепутать, а до автоматизма доводить было некогда.

В коротком перерыве Алекс просто рухнул на траву и лежал без движения, пока нас не вызвали на следующую полосу.

– Тебя отнести? – спросил я серьезно.

– Угу. И носить до конца, – ответил он, поднимаясь.

– Я тебя на пьедестал занесу, если выиграем, – обещал я. – Давай, половину работы мы уже сделали.

На девятой полосе мы рекордов не побили, но прошли ее на пять секунд быстрее, чем основные соперники.

Последнее усилие. Как мне нравится участвовать в соревнованиях, прямо как в бою: страшно, весело, в следующую секунду можно всё потерять или всё приобрести. Я с трудом успокоил быстро колотящееся сердце.

На старт. Внимание. Марш.

Проклятая седьмая полоса. Самое сложное место мы прошли без сучка без задоринки. А потом…

Перепрыгивая с шестом через широкий ров, Тони толкнулся чуть слабее, чем нужно, и шест встал вертикально на топком дне, а Тони, естественно, повис на нем наверху и начал медленно клониться в нужную сторону. Гомерический хохот зрителей сотряс окрестности. Сдержанность и меткость Лео оказалась выше всех похвал: перепрыгивая последним, он в полете ногой толкнул шест, и Тони упал в мои подставленные руки. Алекс чуть не забыл, что ему нужно делать, так ему было смешно, и Лео треснул его по заднице: бери шест – и вперед. Алекс хохотал на бегу, я тоже веселился, подхватывая Тони и Гвидо на следующей стенке.

– Уймитесь! – прохрипел Лео. – Проиграем!

Мы постарались уняться. На следующей колючке шест с треском сломался в двух местах почти сразу после того, как Гвидо и Алекс его приподняли, и сетка хлопнула Роберто по плечам. Он сдержанно взвыл и рванулся вперед, насаживая себя на шипы.

– Стой! – рявкнул я, я еще не успел оказаться под проволокой. – Сдай назад! Еще.

Роберто сделал, что ему было велено. На его белой футболке, быстро сливаясь в красную полосу, проступили капли крови. Я отцепил его от острых шипов.

– Молодец, а теперь вперед, аккуратно.

Я перебросил обломок на ту сторону препятствия:

– Гвидо, забери, их надо тащить! – крикнул я и полез под проволоку: раньше мне казалось, что она висит повыше.

Эту колючку мы прошли за рекордно большое время: черепаха проползла бы быстрее. А впереди стенка, длинное бревно и еще один ров.

Мы потеряли с таким трудом отвоеванную минуту.

На финише Роберто уже ждал врач. Алекс рухнул на землю – отдышаться, остальные последовали его примеру.

Я сел на траву, испачканную кровью из всех содранных сегодня коленок, опустил голову и закрыл лицо руками. Кретин! Кто мешал мне менять шест после каждой полосы?! Только собственная глупость. Это же бамбук, а не титановый сплав. А тут еще Тони на нем повисел, и Лео по нему треснул, но если бы шест был новый, ничего бы не случилось.

– Энрик Галларате очень расстроен, – услышал я по трансляции уже не ехидный голос Дронеро. – Его можно понять, команда проявила такую изобретательность, такую волю к победе… Это настоящая сенсация сегодняшних соревнований.

Я оторвал ладони от лица: вот еще, со мной все в порядке.

– Но, может быть, он зря огорчается, – продолжил лейтенант. – Они так хорошо прошли три первые полосы, что, возможно, отставание на последней не скажется на результате…

Не скажется? Дожидайся. Мы имели резерв секунд сорок. А потеряли не меньше минуты.

– …Соревнования закончатся минут через десять, и тогда мы узнаем окончательные итоги.

Лео сел рядом и обнял меня за плечи:

– Откуда у тебя кровь на щеке?

– Не знаю… А-а-а, руку поранил.

Я слишком сильно схватился за проволоку, когда отцеплял Роберто, и в пылу состязания не заметил.

– Вчера утром ты, помнится, планировал пятое место в лучшем случае и не собирался из-за этого умирать от горя.

– Я и сейчас не умираю, – ответил я хрипло.

– Если ты не хочешь, чтобы сюда прибежал Бовес с платочком, встань, – произнес Лео сурово.

Я поднял глаза и посмотрел на него: а ведь Лео тоже дико огорчен, но никто, кроме самых близких друзей, ни за что не догадается.

Я встал и уставился на большой экран, как будто мог его загипнотизировать или заставить отвернуться. Через несколько минут на нем появились черные строчки:

1. Э. Пеллегрино 27.16

2. Э. Галларате 27.17

3. В. Скандиано 27.43

Дальше я уже не смотрел. Мы отстали на одну секунду! Я покрепче сжал зубы, чтобы не взвыть от досады. В двадцати метрах громко кричали «Ура»: там стояли, точнее, прыгали от радости ребята из команды Эрнесто. Я сделал несколько глубоких вдохов и пошел поздравлять победивших соперников.

Когда я подошел, то обнаружил, что Гвидо меня опередил: он яростно доказывал Эрнесто, что мы проиграли, а они, соответственно, победили случайно. Я чуть было не открыл рот, чтобы присоединить свой голос к его аргументам, но вовремя остановился: «неизбежные на море случайности» были у всех. Или могли быть. Поэтому я тыльной стороной ладони (она почти чистая) приподнял подбородок Гвидо, чтобы он заткнулся. Он скосил глаза и посмотрел на меня с удивлением.

– Они победили, потому что они лучшие, – ответил я на невысказанный вопрос. – Поздравляю, – я протянул руку Эрнесто, и он ее пожал.

– Но вы круты, – утешил он меня. – Вчера вас никто выше шестого места не ставил. Изобретатели!

– Это все Энрик! – сказал справедливый Гвидо.

– Не выдавай командных тайн, – велел я, пожимая руки всем ребятам из команды победителей.

Чуть позже к нам подошел Бовес, кажется, он собирался меня утешать, но, увидев, что я не рыдаю, просто поздравил нас с призовым местом.

20
{"b":"70","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Где валяются поцелуи. Венеция
С жизнью наедине
Смертный приговор
Авантюра с последствиями, или Отличницу вызывали?
Популярная риторика
Любовь на троих. Очень личный дневник
Опасные игры
Не дареный подарок. Кася