ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Кстати, не уходи от первоначального вопроса! Расскажи про то, что «до»…

– Злой ты. Сам не рассказываешь, а меня заставляешь!

– Я? Заставляю?! – Мельников аж привстал с места. – Ты смеёшься! Заставить тебя что-то сделать – не проще, чем библиотекаря приручить!

– Забавное сравнение… Ладно, так уж и быть. Эх, гитары нет, а то я сейчас под неё рассказала бы… В общем, что тут говорить… Жила я на Медведково, ещё домик был по Рублёвскому шоссе. Ну, машина, гараж – это само собой. Я до удара только-только кандидатскую диссертацию защитила по юриспрудеции. Юрист я бывший…

– Бывших юристов не бывает! – усмехнулся Мельник. – Извини, что перебил.

– Ничего. Так вот. Защитилась, собиралась на море уезжать, а тут – этот апокалипсис. Я не поняла сначала, что произошло. В метро ехала – домой. А тут – не выпускают. Я им и так, и по-другому, и слезами, и убеждением, и силой – говорю, у меня там сын и муж – нет, не пустили… Как я потом себя упрекала, что не вышла… – голос девушки дрогнул, но она продолжила, – а как поняла, что ничего у меня в жизни не осталось, кроме сумочки, с которой я в метро ехала, так и вообще наплевать на всё стало. Мужчин на станции мало было, да и район – хилый. Выходила я на поверхность – без костюма, без дозиметра, лекарства и еду из близлежащих магазинов доставала. Потом костюм нашла – на Рижской, и до Ашана несколько раз съездила. А дальше – передала всё энтузиастам-мужчинам и пошла на Проспект Мира, к местному коменданту. Он сначала смеялся надо мной, а потом… ну, в общем, принял как данность, что я у них останусь.

– То есть «как данность» – это потому, что он ничего не мог придумать, как от тебя избавиться, да? – засмеялся полковник.

– Ну, типа того… Дальше, когда народ оправился от первого шока и понял, что обустраиваться нужно, они начали заказы мне делать. Я принимала, ходила, приносила – всегда, даже если в окрестностях этого не было. Точно знаю, что на меня спорили и ставки делали – принесу или нет. Я оплату сначала брала как часть от добычи, а вскоре уже патронами начала – самая ценность ведь… Ну, и вот что получилось. Пришлось и кочевать по станциям, и скрываться, и много чего ещё. Зато теперь не жалею. У меня денег хватает, клиентов тоже, могу ни в чём себе не отказывать, да ещё и бизнес хочу свой открыть.

– Хм?! – удивился Мельников. – Какой бизнес? По-моему, в метро давным-давно уже всё поделено! Врачи – на Кузнецком Мосту, техники – за Курской, развлекаловки бандитские – за Октябрьской…

– Нет, я кое-что новое придумала. Точнее, не придумала, а скопировала. Это уже есть, просто мало кто знает и ещё меньше могут себе позволить…

– Заинтриговала! – полковнику и вправду стало интересно.

– На поверхности это называли «недвижимость». А здесь – даже не знаю… В общем, квартиры в метро.

– Это как?

– В перегонах и рядом со станциями есть бывшие технические помещения и переходы. Большинство из них уже приспособлено под различного рода производства, но некоторые ещё пустуют. Ими-то и занимаются. Выкупают, приспосабливают под жильё и продают. Бешеные деньги запрашивают!

– Ещё бы… И сколько таких дельцов?

– Пока одно агентство, мои знакомые с Китай-города открыли. Да там помещений так мало, что мне и с ними не разойтись…

– Бред какой-то! – пожал плечами Мельников. – Пустую конуру, без света, без кровати – продают за бешеные, как ты говоришь, деньги? Странно…

– Они за самую маленькую, на окраине, запрашивают пятнадцать штук! А уж центр – и говорить нечего, до трёхсот доходит! Прямо как в старые времена, когда квартиры на Чистых Прудах и около продавались по миллиону долларов! Но самое странное – их ведь покупают!

– Мда… И ты хочешь в это влезть?

– Хочу. Но у меня затея немного иная. Да, я буду выкупать помещения, и переделывать и всё такое. Но – туда можно свет подвести, я уже говорила с Альянсом, и можно обстановку кое-какую сделать. Конечно, за пять лет наверху мало что осталось, но ведь что-то есть. Столы, стулья, кровати, диваны, торшеры… посуда…! – глаза у девушки светились, видно было, что она говорит об идее, давно ею обдуманной и очень любимой.

– Небезынтересно! – признал полковник. – Но, по-моему, небезопасно и трудоёмко.

– Естественно! А какой кайф заниматься тем, что безопасно и просто? Это каждый дурак может! Ты вот доберись до «Ашана» или «Громады», возьми там вещей, вернись, дезактивируй, собери и поставь! Зато какое самоудовлетворение! – Рысь с наслаждением потянулась и уселась у костра поудобнее.

– Ну, тогда тебе и цены нужно назначать соответствующие, на порядок выше, чем у них.

– А смысл? Нет, цены должны быть такими же, а условия – лучше. Тогда народ будет приходить ко мне, а они вскоре будут вынуждены продать мне бизнес…

– Они проще тебя пристрелят где-нибудь в переходе.

– Вряд ли. Они хоть и бандиты, но не беспредельщики. Убить меня – это скандал всеметровского масштаба, их просто перебьют после такого.

– Тебе-то уже будет всё равно!

– А я говорю – не будут они этого делать… Ладно, фигня. Да и если убьют – какая разница? У меня здесь никаких обязательств, ничто и никто не держит…

Мельник промолчал в ответ, хотя ясно чувствовал – девушка очень хотела услышать опровержение своих слов. Несмотря на то, что она редко показывала свои положительные эмоции и иногда казалась каким-то непроницаемым изваянием, наделённым возможностью ходить и разговаривать, полковник знал – непонятно откуда – что это всё по большей части напускное. Реальной была её вспыльчивость, а всё остальное – агрессия, желание решать большинство проблем силовыми методами, грубость – было лишь способом выжить в мире метро, так называемая «профессиональная деформация»…

Глава 16. Существа

77.

Внезапно в темноте тоннеля явственно послышался какой-то посторонний звук. Рысь замерла, прислушалась; Мельников тоже напрягся, поднял автомат, готовый в любой момент отразить нападение. Стук. Шаги. Ещё шаги. Тишина. Дробь падающих капель воды. Потрескивание костра. Стук.

– Что за чёрт?! – прошептал полковник.

– Не накликай! – зло отозвалась Рысь. – Сколько времени?

– Откуда мне знать? Должно быть, около полуночи!

– Какое число сегодня наверху? Случайно не…

– Шестое июля.

– Иван Купала! – прошептала девушка, не отрывая взгляда от темноты тоннеля. – Ну, Серёга, держись…

– Ты что, веришь во всю эту мистику?! Это же глу… – полковник осёкся, вспомнив одну из зим и обескровленное тело сталкера на ступенях кладбищенской часовни. Девушка насмешливо посмотрела на него, но затем взгляд её стал серьёзным:

– Не просто верю. Я – знаю, а это хуже.

– Откуда…?

– Выживем – расскажу. Не выживем – сам узнаешь, – пожала она плечами.

Шаги послышались ближе. Затем – голос, тихий-тихий, бубнящий непонятно что. Рысь включила фонарь – шаги и голос прекратились. Выключила – и снова шаги, но теперь уже их, казалось, стало гораздо больше, да и ближе.

– Матьйих! – девушка заметно нервничала. – Хорошо бы они – если это они – только по мою душу пришли…

– Да что за нах…?! – внезапно обозлился полковник. – Объясни ты толком, а то я сейчас пойду и сам всё выясню!

– Нет! – Рысь вцепилась в него, словно бульдог. – Не смей! Не ходи туда – превратишься в такого же! – девушку била дрожь.

– Не иду, не иду. Сижу. – успокоил её Мельник. Сам же он напряжённо думал. Что за существа таятся там, в темноте? Кто сумел так напугать Рысь, сталкера, которая славилась своим презрительно-насмешливым отношением к любым опасностям? Он не верил в привидений и бесов – а вот она, похоже, всерьёз считала, что именно потусторонние силы пытаются пробиться в метро, и почему-то именно здесь, на Спортивной… Мысль оборвалась. Девушка внезапно вздрогнула, дрожь, которая била её, мгновенно прекратилась. Мельников взглянул на неё – на секунду ему показалось, что глаза девушки вспыхнули багрово-красным отсветом, тем самым, который он видел в звёздах Кремля; однако он быстро убедил себя в том, что это просто блики костра создали такую причудливую иллюзию. Рысь вытащила из ботинка нож, вскочила и быстро обвела костёр и сидящего Мельника большим кругом.

34
{"b":"702","o":1}