ЛитМир - Электронная Библиотека

И мы сразу же окунулись в атмосферу всеобщей суеты и спешки. Просторные коридоры, ярко освещенные потолочными плитами, встретили толпами студентов. Ребята волочили неподъемные чемоданы и тюки с вещами, искали свои комнаты и приветствовали друг друга. Новички еще плохо ориентировались в общежитии, а с третьего года обучения адептов переселяли в отдельные покои. Однокурсники оборачивались, приветствовали. Кто-то загорел, кто-то похудел, кто-то поправился. Я мысленно отмечала эти изменения, радуясь началу нового учебного года. До зачетов и экзаменов еще далеко, а значит, можно расслабиться, пообщаться со сверстниками, поделиться впечатлениями и новостями, привезенными с разных концов Леринии.

Наше с Веей жилище располагалась почти в центре общежития, рядом с перекрестьем двух коридоров.

Комната как комната. В академии все равны: дети советников, что руководят страной, высокородных дворян, менее богатых и знатных семей вроде моей и даже обычных селян. Еда, жилье и форма у всех одинаковые.

Наша с Веей комната, наполненная солнечным светом, выглядела просторной и уютной. Две широкие кровати, пара тумбочек, два шкафа-солдатика вместо гардероба – все из белого дерева. В углу притаилась дверь, ведущая в ванную.

Помню, я радовалась, что в ЛВА есть настоящие ванны, а не только душевые кабинки, как в учебных заведениях попроще. Все-таки столица, тут все на широкую ногу.

Я оставила чемодан возле тумбочки и вслед за Веей отправилась на общую кухню. Там уже дымился кувшин с ягодно-травяным напитком, стояли две загодя приготовленные чашки – подруга явно готовилась к моему приезду. Пока я устраивалась, Вея налила нам напиток и придвинула ко мне чашку. Блюдо с румяными булочками наполнило помещение ароматом ванили.

Мы присели на стулья с высокими спинками, наскоро перекусили и заторопились по делам. До начала занятий столько всего надо успеть: получить расписание и необходимую литературу на учебный год, отгладить форму и собрать писчие принадлежности. Да еще собрание нельзя пропустить!

Расписание выдавалось как раз неподалеку от библиотеки. В квадратном тупике суетился народ. Мы с Веей принялись пробираться сквозь толпу, на ходу приветствуя сокурсников и коротко отвечая на вопросы «как провели каникулы».

Прямо из стены выходила рратара – гигантская перламутровая труба. Она переливалась и мерцала в солнечных лучах. Каждый прикладывал руку – и спустя несколько секунд получал туго скрученный пергамент с личным расписанием.

Мы с Веей дожидались своей очереди, попутно беседуя с сестрами Имрати – двойняшками из богатой провинции Лертос, похожими как две капли воды. Беленькими, сероглазыми и весьма миниатюрными даже для девчонок. Зато хорошего настроения им было не занимать. Кажется, сестрички никогда не унывали, даже если отправлялись на переэкзаменовку, что случалось с непоседами не так уж и редко.

Этим летом сестры Имрати ездили на морское побережье. «Плавали как русалки, веселились как безумные и флиртовали как неприличные женщины». Так они это описали. Мэгри – еще одна высокородная лерийка, как и Вея, провела лето в своем особняке среди таких же «леди и джентльменов».

Неподалеку Кейн – высоченный русоволосый верзила из нашего потока бурно обсуждал с друзьями не меньших габаритов, как ездил с отцом на площадку для тренировки боевых магов. Его родители участвовали в войне с терхами и имели допуски на секретные полигоны для испытания боевых заклятий и артефактов. Ох уж мне эти мальчики и их опасные игрушки. Азартнее этого они обсуждают только любовные победы.

В общем, кому что досталось.

Наконец подошла наша очередь. Я коснулась ладонью теплой поверхности трубы, убрала руку и едва успела поймать вылетевшее расписание. Вея получила свое следующей.

Мы выскользнули из пестрой толпы учащихся. Пока форму никто не надевал, разница в происхождении студентов остро бросалась в глаза. Тут тебе и платья с костюмами из дорогих тканей изысканных расцветок, и простенькие туники с брюками. И обувь из тончайшей кожи с причудливым орнаментом, и та, которую семейство Веи даже на слугах не потерпит.

Пока толпа шумела и гудела, мы с Сельвеей, Мэгри и близняшками пристроились у окна, изучая расписание.

Первыми в списке шли общие предметы, необходимые каждому образованному лерийцу, после значились основы магии разной направленности. На втором году обучения специализации еще не предполагалось, так что ничего специфического нам не преподавали.

За болтовней о море, скучных приемах Мэгри, грядущих занятиях и собрании время пролетело мгновенно. Сокурсники прибывали, здоровались, делились впечатлениями.

Вскоре округлые часы на стене пробили без четверти полдень, и мы поспешили на собрание, радостные и воодушевленные, даже не подозревая, насколько шокирующие новости нас ожидают.

* * *

Большая академическая аудитория поистине имела право называться Большой. Здесь могли разместиться практически все преподаватели и адепты, что работали и учились в ЛВА. Правда, студенты частично толпились в проходах и на галерке. Но нам повезло. Мы с подругами пришли достаточно рано, чтобы занять сидячие места, пусть и пришлось потесниться на длинной скамье.

Толпа адептов гудела и волновалась, со всех концов огромной аудитории летели предположения, одно нелепее другого. Но стоило на высоком постаменте появиться ректору, как студенты мгновенно смолкли и обратились в слух.

Ректора мне приходилось видеть не так часто. Первое наше знакомство произошло на вручении студенческого билета в мой самый первый день в академии. А дальше я наблюдала нашего Верховного, как в шутку называли его адепты, лишь мельком. На различных мероприятиях и изредка в коридорах академии.

Грегори иль Артан был мужчиной представительным. Высокий, статный, поддерживающий себя в весьма неплохой физической форме для собственного отнюдь не юношеского возраста. На висках ректора и аккуратно постриженной бородке серебрилась благородная седина. Темно-серый идеально выглаженный костюм из дорогой ткани подчеркивал не только высокий статус мужчины, но и его происхождение.

– Рад приветствовать всех собравшихся адептов и моих коллег в этом зале, – начал ректор, но вопреки словам выражение лица у него было отнюдь не радостное. Господин Артан выглядел собранным и сосредоточенным. И мне отчего-то стало неуютно.

– Дабы не задерживать вас дольше необходимого и не плодить излишние кривотолки, сразу перейду к вопросу, ради которого мы собрались. Все вы знаете, что еще в конце прошлого года между Леринией и империей Тейзарх было заключено мирное соглашение.

Конечно, еще б мы не знали! Это событие почти полугодовой давности всколыхнуло страну не меньше, чем Гриорский прорыв, случившийся десятилетие назад и унесший не одну лерийскую жизнь, не считая утраченных нами территорий. Тогда терхи в жестокой битве захватили золотоносные рудники на границе наших государств и удерживают эти спорные территории по сегодняшний день. Казалось, после произошедшего ни о каком мирном соглашении и речи быть не может. Но прошли жалкие десять лет, и наш Совет без веских на то причин вдруг решил заключить перемирие с этими варварами.

Стоит ли говорить, насколько шокировала эта новость простых лерийцев? Митинги несогласных буквально наводнили страну. И даже в моем родном Ульме, где никто и никогда не интересовался политикой, собралась целая коалиция противников решения Совета.

– Так вот, – продолжил ректор, не обращая внимания на прокатившуюся по залу волну возмущения – среди учащихся академии равнодушных к решению совета уж точно не было. – Дабы наладить взаимоотношения между народами и преодолеть вековую неприязнь, правительства наших государств запустили повсеместную программу сотрудничества. И я с гордостью объявляю вам, что наша академия примет самое непосредственное участие в этой программе.

Вот теперь гул сотен голосов усилился до той самой степени, когда его нельзя было игнорировать. Иль Артан выждал несколько секунд, а после поднял руку, призывая учащихся к тишине.

2
{"b":"702793","o":1}