ЛитМир - Электронная Библиотека

Рассказывали, что один молодой человек родом с острова Марстранд в этом зале опустился на колено и сделал предложение девушке выше его по сословию и состоянию. К неудовольствию родителей и других гостей девушка ответила согласием. Рука об руку молодые люди вышли из Дома собраний, но поскользнулись на лестнице, упали и оба сломали шею. Пожилые официантки говорили, что у лестницы свои понятия о плохом и хорошем.

Арвид откинулся на спинку кресла на веранде и отпил шампанского. Легкий ветерок развевал флаги, в воздухе пахло морской солью и водорослями. Солнце садилось, окрашивая улочки у северной гавани Марстранда в золото. Был конец августа, но солнце не спешило уходить, и вечера радовали теплом. Деревянная яхта под четырьмя парусами плавно вошедшая в гавань, привлекла его внимание. Паруса неспешно спускали, замедляя ход судна. Яхта мягко причалила к мосткам у купальни. Арвид сложил ладони козырьком, чтобы лучше видеть против солнца. На борту был только один пассажир – молодая женщина, теперь спрыгнувшая на берег. От прыжка лодка закачалась, а юбка затанцевала вокруг стройных ног. В руках у нее была корзинка.

– Еще шампанского? – отвлекла его официантка, подошедшая подлить шампанского. Она нагнулась вперед, демонстрируя пышную грудь.

– Что желаете… покушать? – спросила она с соблазняющей улыбкой.

– Спасибо, пока ничего. Я подожду с заказом прихода остальных, – ответил Арвид, скрыв недовольство.

– Тогда я желаю господам хорошего вечера, моя смена на сегодня закончена, – ответила она и решительно направилась в сторону кухни.

Арвид снова вернулся к созерцанию. Яхта все еще стояла у причала, но женщины нигде не было видно. Тут на веранду ввалились его друзья.

– Милый, ты давно ждешь? – выдохнув табачный дым, Сири прижалась к его щеке поцелуем и потом уселась рядом. Сигарету в мундштуке из слоновьей кости она положила прямо на льняную скатерть. Арвид поспешил поднять ее, чтобы на гладкой ткани не осталось следов.

– Густав рассказал нам такую смешную историю, – она вырвала сигарету у Арвида и показала на мужчину из компании, жестом прося повторить историю.

К ним подошла официантка. Она бросила взгляд на лодку, а потом обвела взглядом оживленную компанию и повернулась к Арвиду.

– Мы совсем забыли про клубнику к шампанскому, – сказала официантка теплым, как ее улыбка, голосом. Светлые волосы были убраны наверх, только один локон вырвался и ласкал загорелую шею. В тонких руках стеклянное блюдо с клубникой. Это была она – девушка с яхты. Она приняла заказ с вежливостью и тактом, которые Арвид редко наблюдал у обслуги. Сири вырвала его из задумчивости толчком в бок.

– Ты скучал по мне, Арвид?

Он чувствовал аромат ее парфюма, слишком терпкий для него. Официантка поставила перед ним тарелку. Арвид отметил ее легкую поступь и то, что в ее лице было что-то знакомое. Он представил, каково было бы держать ее за талию и кружить в вальсе. Сири продемонстрировала свое неудовольствие, взяв его за руку.

– Дорогой Арвид, если ты собираешься разглядывать других женщин, пожалуйста, не в моем присутствии.

Было очевидно, что она имеет в виду официантку. Арвид отечески похлопал Сири по руке и отстранился. Официантка ушла, а Арвид все не мог выбросить ее из головы. Ее красота и безыскусность его околдовали. Он думал о том, как изящно она управляла лодкой. Солнце делало последние золотые мазки на морской глади, и внутри Арвида разливалось тепло.

2

Вся потная и в бешенстве, Карин втащила корзину с бельем из стирки в прихожую. Ворот куртки прилип к шее, она убрала со лба мокрую прядь. Душ бы ей сейчас не помешал, а еще лучше ванна. Карин стянула куртку и повесила в шкаф. Дверь не хотела закрываться, Карин надавила, и, содержимое коробки со стиральным порошком, которая мешала двери закрыться, все оказалось на полу.

Она беззвучно выругалась.

– Привет, – крикнул Йоран с дивана. В руках у него была брошюра.

– Мы были записаны в прачечную, – отрезала она. – И теперь у нас куча мокрой одежды и еще куча нестираной. И тетка Сведберг в ярости, потому что была записана после нас.

Карин чувствовала, как нарастает раздражение. Почему именно она должна все делать по дому, а он только валяется на диване.

– Я купил DVD-проигрыватель. Иди посмотри! – махнул он пультом.

– Ты слышал, что я сказала?

Пульс у Карин участился, ее бросило в жар.

– Зачем злиться? Можно же перезаписаться.

Не удостоив его ответом, Карин вышла в кухню и открыла дверцу холодильника. Кусочек сыра, выжатый тюбик с тресковой икрой, тарелка с остатками еды с прошлой недели.

Карин взяла тарелку и соскребла ножом остатки, бросив их в мусор. Йоран не выносил звук, с которым нож скреб по стеклу, но ей было плевать. Она добавила тарелку к груде грязной посуды. В животе заурчало. Она крикнула в гостиную:

– Думала, ты купишь продукты.

Йоран вышел в кухню и обнял ее.

– Я решил сходить завтра.

Она высвободилась из его объятий и разочарованно спросила:

– А что мы будем есть сегодня и завтра утром? Только не говори, что пиццу. Кто завтракает пиццей?

– Почему ты злишься? – удивился он.

– Потому что ты никогда не покупаешь продукты, не стираешь, не готовишь и даже не задумываешься об этом. Притом что ты в отпуске шесть недель, и мог бы найти время на дела по дому.

– Я тяжело работаю все остальное время. Неужели мне нельзя отдохнуть у себя дома? – возмутился Йоран, решив, что лучшая защита – нападение.

– Разумеется, отдыхай. У меня нет сейчас сил на споры. Мне нужно идти за продуктами.

Карин сдернула куртку с вешалки и вылетела из квартиры, хлопнув дверью. Эхо разнеслось по подъезду.

Йоран работал посменно, капитаном на торговом судне. Шесть недель в море, шесть на суше. Они встречались уже пять лет. В начале Йоран говорил, что его работа мешает их отношениям и что он будет искать работу на суше. Но ни одна работа ему так и не приглянулась. Карин, много раз бывавшая на борту судна, знала, что эта работа прекрасно ему подходит. Матросы и остальная команда уважали молодого капитана. Не только потому, что его семье принадлежало судно, но и потому, что он с жил морем и не считал зазорным помочь матросам или коку на кухне. Йоран умело управлял огромным судном и обожал встречать рассвет на капитанском мостике. Было бы жестоко требовать от него сменить работу, но его длительное отсутствие сказывалось на их отношениях. Было сложно включать и выключать любовь каждые шесть недель и закрывать глаза на то, что с каждым разом чувства становились все слабее.

В те шесть недель, когда Карин жила одна, в холодильнике всегда была еда, и белье было выстирано. Казалось, жизнь с Йораном обещала быть легче, потому что двое могли хлопотать по хозяйству, но почему-то получалось наоборот. Карин привыкла по утрам пить чай с молоком, но, открыв холодильник, выясняла, что всё молоко выпил Йоран, а о покупке нового не подумал. Или, придя домой, понимала, что Йоран не купил продуктов, хотя обещал. Как сегодня, например.

Молодая женщина дернула на себя тележку, но слишком поздно, та уже врезалась в стеллаж с картошкой. Наверное, у нее тоже сегодня было плохое настроение. Пожилая дама, внимательно изучавшая апельсины, прежде чем положить в пакет, недовольно окинула женщину взглядом. Карин набирала картошки, когда в магазине появился Йоран.

– Ты больше не злишься? Я пришел тебе помочь, – сообщил он.

Но его помощь обычно заключалась в том, что она набирала товары в тележку, а он плелся следом, как собачонка. Карин устало посмотрела на партнёра. Он серьезно? – подумала она.

– Я могу помочь. Что нам нужно? Что принести?

Это было все равно что ходить за продуктами с ребенком.

Карин подумала было попросить его выбрать продукты для ужина, но решила, что у нее нет сил снова спорить. Проще самой что-нибудь придумать, чем спрашивать совета у Йорана, который всегда отвечал «что-нибудь вкусное».

2
{"b":"708711","o":1}