ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Магия утра. Как первый час дня определяет ваш успех
Дом минималиста. Комната за комнатой, путь от хаоса к осмысленной жизни
Как мы принимаем решения
Трое в карантине и другие неприятности
Формула отбора
Язык жизни. Ненасильственное общение
Большая книга самых удивительных и достоверных фактов
Администратор Instagram. Руководство по заработку
Romeo and Juliet. Othello / Ромео и Джульетта. Отелло

Джон Рональд Руэл Толкин

Властелин Колец. Трилогия. Том 3. Возвращение короля

© The Trustees of The J.R.R. Tolkien, 1967 Settlement, 1955, 1966

© Alan Lee illustrations, 1991

© Перевод. В. Муравьев, наследники, 2018

© Перевод. А. Кистяковский, наследники, 2018

© Перевод стихов. А. Кистяковский, наследники, 2018

© Издание на русском языке AST Publishers, 2019

Возвращение короля - i_001.png
Возвращение короля - i_002.png

Книга 5

Шесть тысяч копьеносцев
          мчались через Санлендинг
К могучей твердыне Мундбург
          у горы Миндоллуин,
К столице Государей, из-за Моря
          приплывших,
Теперь осажденной врагами
          и окруженной огнем.

Глава I

Минас-Тирит

Пин выглянул у Гэндальфа из-за пазухи – и не понял, проснулся он или спит по-прежнему, видит быстротечный сон, в который погрузился, когда Светозар ударил галопом. Пробегала мимо та же темень, и ветер гулко свистел в ушах. Виднелись одни лишь переливчатые звезды; справа заслоняли небеса темные громады. Он стал было сонно соображать, где они и сколько уже проехали, но память его мутилась и расплывалась.

Сперва, он помнил, мчались во весь опор; на рассвете блеснули тусклым золотом купола, и они приехали в какой-то тихий город, и огромный пустой дворец стоял на холме. Едва они там укрылись, как опять налетела крылатая тень, и люди растерялись от ужаса. Но потом Гэндальф с ним ласково говорил, а он спал где-то в уголочке, спал устало и беспокойно, и слышал сквозь сон, как ходили туда-сюда люди и Гэндальф отдавал приказы. А потом они снова мчались и мчались, скакали в ночи. Вторая это была – нет, уже третья ночь, как он заглянул в Камень. Он вспомнил этот ужас, вспомнил, проснулся и задрожал, а расшумевшийся ветер грозил на все голоса.

Небо вспыхнуло желтым сиянием из-за черных кряжей, а Пин съежился в комочек: куда это, в какие неведомые края завез его Гэндальф? Он протер глаза и увидел, что луна одолела восточные тени, почти что полная луна. Значит, ночь в самом начале, и долог еще путь под темным небом. Он шевельнулся и заговорил.

– Это мы где, Гэндальф? – спросил он.

– Заехали в пределы Гондора, – отвечал тот. – Пока что в Анориэне.

И дальше скакали молча, а потом Пин вскрикнул, дернув Гэндальфа за рукав:

– Смотри-ка, смотри! Огонь же, красный огонь! Тут что, драконы? А вон еще!

Вместо ответа Гэндальф воззвал к коню:

– Поспешим, Светозар! Близки последние сроки. Видишь, Гондор зажигает маяки, вестники бедствия. Война нагрянула. Вон зажегся Амон-Дин, вспыхнуло пламя на Эйленахе, и огни побежали к западу: Нардол, Эрелас, Мин-Риммон, Кэленхад, – а вот полыхнул Галифириэн у ристанийской границы!

Но Светозар перешел с галопа на шаг, поднял голову и звонко заржал. Послышалось ответное ржанье и перестук копыт: из темноты вынырнули три всадника, пронеслись на запад и исчезли, точно растаяли в лунном сиянии. А Светозар напрягся, прянул – и ночной ветер снова загудел в ушах.

Сквозь дремоту Пин краем уха слушал, что рассказывает Гэндальф о гондорских обычаях – о том, как наместник повелел воздвигнуть маяки по обоим отрогам горной цепи, а у маяков учредил подставы, где всегда держат наготове сменных лошадей для гонцов, отправленных на север, в Ристанию, или на юг, в Бельфалас.

– Давно уж северные маяки не зажигались, – сказал он, – а прежде-то Гондору в них и нужды не было, хватало Семи Каменьев.

Пин вздрогнул и заерзал.

– Спи себе, не пугайся! – велел ему Гэндальф. – Это Фродо надо идти в Мордор, а ты едешь в Минас-Тирит, в надежнейшую крепость: нынче надежней нигде нету. Если уж Гондор не устоит, если Враг завладеет Кольцом, то и в Хоббитании не укроешься.

– Хорош утешитель, – спросонья выговорил Пин. Но, и засыпая, все же увидел осиянные луной белые вершины, плывущие над облаками. И подумал: а где же все-таки Фродо, может, он уже в Мордоре или его в живых нет; откуда ему было знать, что тогда-то и Фродо глядел издалека на ту же самую предрассветную луну.

Возвращение короля - i_003.jpg

Голоса разбудили Пина. Вот и еще сутки прочь: день в укрытии, ночь на коне. Светало, стелился холодный туман. Поблескивали потные бока Светозара, но в горделивой его осанке не было ни признака усталости. Кругом стояли высокие люди в плащах до пят, а за ними виднелась полуразрушенная стена, которую, должно быть, поспешно отстраивали, и в этот ранний предрассветный час отовсюду слышался стук молотков, скрежет лопат и скрип колес. В мутной мгле пылали факелы, горели светильники. Гэндальф разговаривал с теми, кто преграждал им путь, и Пин, прислушавшись, понял, что речь идет о нем.

– Да нет, ты-то ладно, Митрандир, – говорил Главный, – тебя мы знаем. А ты знаешь заветные слова, и Семь Врат открыты перед тобой. Езжай себе. Но вот спутник твой – он кто? Гном, что ли, с северных гор? Нам, как бы сказать, нынче ни к чему чужестранцы, разве что придет мощная подмога – из тех, кого мы опять-таки знаем и кому верим.

– Я поручусь за него перед престолом Денэтора, – отвечал Гэндальф. – И не судите о нем по росту. Если хочешь знать, Ингольд, так и битв, и опасностей ему выпало на долю куда больше твоего, хоть он и вдвое тебя меньше; мы с ним приехали от Изенгарда, вы еще услышите, что там было. Устал он очень, а то бы я его разбудил. Зовут его Перегрин, и не всякий из вас равен доблестью этому мужу.

– Этому мужу? – изумился Ингольд, и остальные рассмеялись.

– Какому еще мужу! – воскликнул Пин, совсем проснувшись. – Скажет тоже, мужу! Я никакой не муж, а хоббит, и вовсе не доблестный, разве что иной раз не сплоховал. Чего вам Гэндальф голову морочит!

– Такие слова и впрямь под стать доблестному мужу, – задумчиво проговорил Ингольд. – А хоббит – это кто?

– Хоббит – это невысоклик, – объяснил Гэндальф. – Нет-нет, – прибавил он, окинув взглядом изумленные лица, – прорицанье было не о нем. Это не тот, но один из них.

– Хоть и не тот, но его спутник, – заявил Пин. – И Боромир из вашего города тоже был с нами, он спас меня в северных снегах, и как раз меня он защищал и отбивался от целого полчища, когда его застрелили.

– Будет! – вмешался Гэндальф. – Эту скорбную весть должен прежде услышать отец Боромира.

– Скорбная весть предугадана, – сказал Ингольд, – ибо недавно были диковинные знаменья. Езжайте же, спешите! Свидетелю участи наследника престола Минас-Тирита нет задержки – будь то человек или…

– Или хоббит, – докончил Пин. – Мало проку от моего свидетельства, я могу лишь поведать вашему властителю о доблести Боромира, я у него в долгу.

– Добро пожаловать! – сказал Ингольд, и люди расступились перед Светозаром: в стене был узкий проход. – Подай Денэтору и всем нам мудрый совет, Митрандир! – крикнул он вслед. – А то ведь говорят, будто ты не советчик, а горевестник, ибо вести твои всегда скорбные и грозные!

– Потому что являюсь я в годины бедствий, – отозвался Гэндальф, – являюсь, когда нужна моя помощь. Вам же совет мой таков: поздно уже чинить пеленнорскую стену. Буря вот-вот налетит, и надейтесь лишь на свою стойкость, а выстоите – будет вам и иная надежда. Не все мои вести – скорбные. Отложите лопаты и точите мечи!

– Да мы к вечеру управимся, – возразил Ингольд. – Стена вся отстроена, только здесь и осталось: мы же не ждем врагов со стороны Ристании. А что ристанийцы? Как думаешь, откликнутся, прискачут на зов?

1
{"b":"71250","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как устроена экономика
Взлом лица. Физиогномика в историях: деньги, секс и политика
Его несносная пастушка
Трое в машине времени, не считая пушистого Атома
Повелитель сновидений
Волшебные сказки о феях и эльфах
Трагедия 22 июня. Авторы и виновники
Водоворот
Древняя магия. От драконов и оборотней до зелий и защиты от темных сил