ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- У меня такое чувство, Зе, что ты мне что-то не договариваешь.

Пальцы капитана полиции сжали тонкий конверт. Письмо пришло сегодня утром из Салвадора-де-Баия и было адресовано в отдел управление безопасности министерства иностранных дел, и пройдя по всем инстанциям бюрократической машины, легло к нему на рабочий стол за несклько минут до его ухода на обед. Письмо было написано торопливой рукой мелким почерком. Ни даты, ни подписи. Текст был в высшей степени понятным:

Хуан Доркас будет убит на предстоящей конференции

ОАГ. Решайте сами, какая страна получит наибольшую выгоду от этого убийства.

Да Силва внимательно смотрел приятелю в лицо.

- Мне кажется, у многих из нас есть что скрывать друг от друга - и он резко повернулся к стоящему рядом официанту, который терпеливо ожидал заказа.

Глава 3.

В последние годы Х!Х века центр общественно-политической активности тогда небольшого ещё городка Рио-де-Жанейро располагался близ живописных арок в кварталах Лапы, на пересечении Риашуэло, Мем де Са и множества маленьких улочек, что подобно паутине исчертили Лапу в поисках убежища в дружелюбной атмосфере веселой площади. В те дни многих обитателей этого района, кто не хотел покидать обжитые места, природный рельеф местности вынуждал строить свои двухэтажные дома на скалистых террасах, уступами ползущих вверх по горному склону, причем зачастую им приходилось связывать свои жилища со змеящейся внизу руа Риачуэло переулочками-лестницами, по чьим гранитным ступеням не могли вскарабкаться ни фиакры и двуколки того времени, ни даже велосипеды с огромными колесами, которые постепеннно начали завоевывать популярность среди богатых горожан.

В наши же дни уроженец Рио, побуждаемый стремлением жить только там, куда можно доехать на автомобиле или на омнибусе, оставил эти узенькие крутые ущелья тем бедолагам, которые не могут позволить себе иметь механические средства передвижения, либо же тем эстетам, которые убеждены, будто низкая квартплата и прекрасный ландшафт с лихвой компенсирует труднодоступность их обиталища. Ну и, разумеется, есть и не попадающие ни в одну из этих категорий жители этого района, ибо непрошенные гости - ну, скажем, полиция - очень редко решатся полезть на такую верхотуру, задыхаясь и сбивая себе ноги.

Насио Мадейра Мендес, с трудом преодолевая скользкие ступеньки крутой ладейры Портофино, уже давно махнул рукой на дождь, из-за которого он вымок до костей в ту самую минуту, как выпрыгнул из санитарного фургона. Он надеялся лищь на то, что Сабастьян окажется дома и у него найдется сухая смена одежды, как и бутылочка чего-нибудь горячительного - коньяка или даже пинги**. Потоки воды бешено низвергались по гранитным ступенькам, ударялись о его стоптанные башмаки, грозя сбить с ног. Он остановился перевести дыхание и собраться с силами для борьбы с водяным потоком. Оглядевшись, он обтер лицо ладонью скорее по привычке, чем из желания смахнуть воду. Внизу под ним весело поблескивали мокрые черепичные крыши домиков, а ещё дальше в сером тумане и пелене дождя терялись небоскребы центра Рио.

Насио покачал головой. Вопреки надеждам он почему-то не испытывал радости от возвращения в родной Рио после трехлетнего отсутствия. В его мечтах возвращение рисоваось ему в ясный жаркий день, когда яркое солнце будет отсвечивать от голубой поверхности океана, а теплый бриз трепать большие листья пальм, которые гостеприимно помашут ему в знак приветствия. Не то что бы он забыл, какие дожди могут идут в Рио - Боже ты мой, какие же тут бывают ливни! - но просто он был уверен, что в день его возвращения погода будет отменная, так что теперь он чувствовал себя обманутым. И даже слабая радость оттого, что ему удалось перехитрить всех, найти выход из почти безнадежной ситуации и сбежать с "Санта Эужении" уже не вызывало удовлетворения, теплившегося в его сердце с тех пор, как вертолет стал снижаться на летное поле аэропорта Галеао и он наконец-то уверился, что эта дребезжащая механическая птица не рухнет в океан. И уж если можно было испытывать радость по поводу удачного исхода всех происшествий этого тревожного утра, так от того, что ему удалось покинуть фургон - и то он это сделал от страха, что они вот-вот врежутся в фонарный столб и разобьются в лепешку.

Побег из фургона "скорой помощи" оказалось осуществить куда легче, чем он мог предположить. Он сидел в заднем отсеке - ибо когда с него сняли ремни, он уже просто не мог оставаться в лежачем положении, - с трудом сдерживая искушение постучать в перегородку и попросить этих двух маньяков остановиться, как вдруг фургон пристроился в конец длинной вереницы автомобилей на Фрей Канека, попавших в пробку из-за аварии омнибуса где-то впереди. К счастью водитель фургона вовремя дал по тормозам и предовратил столкновение фургона с хвостовым грузовиком. Еще более резво водитель выпрыгнул из кабины, чтобы ответить шоферу грузовика на его комментарий по адресу своих родственников по материнской линии. К водителю "скорой" тут же присоединился его напарник-санитар, кторый терпеть не мог грузовики и их шоферов, поскольку считал, что из-за них фургон не может набрать ноебходимую скорость на улицах города. Во время их спора Насио просто открыл заднюю дверцу и улизнул, забежав за угол ближайшего дома. Никто не заметил его бегства. Немногие прохожие бежали мимо с низко опущенными головами, укрывая лица от дождя, и не замечали вокруг себя ничего кроме собственных башмаков да выбоин в тротуаре.

Насио вздохнул, и его взгляд скользнул вверх по бесконечным каменным ступенькам, которые ему ещё предстояло преодолеть, и продолжи свое скорбное восхождение. Одно было несомненно: работа, которую должен ему предложить Себастьян, компенсирует все пережитые им неудобства и тревоги. Он думал, само собой разумеется, о вознагражднии, а вовсе не о самом задании, которое было достаточно подробно обговорено ещё в Лиссабоне, В любом случае, кто бы ни прибегал к услугам Насио Мадейры Мендеса, делал это исключительно с единственной целью воспользоваться его уникальным талантом. В Бразилии, ни среди горожан, ни среди сельского населения, не было человека, лучше него управлявшегося с крупнокалиберной винтовкой, и меньше него равнодушного к тому, на какую мишень нацелен его ствол.

По мере приближения конца пути каменные ступеньки сужались, точно строители устали отволакивать гигантские глыбы вверх по склону горы, решив, что на такой высоте им уже не было необходимости проявлять излишне усердие. Насио одолел последние ступеньки и устало повернул под козырек входной двери последнего дома по левой стороне. За его спиной высокая горная гряда, поросшая лесом, заканчивалась острым отрогом и растоворялась в клубящемся тумане ливня.

Насио несколько раз подергал за колокольчик у двери, как вдруг отчетливо увидел, что в доме темно. Его голова резко дернулась, точно у дикого зверя, когда его охватила вдруг тревога, что Себастьяна, возможно, нет дома и его долгое карабканье сюда оказалось напрасным. Но потом он заметил язычок пламени свечи за занавеской в окне соседнего дома и вздохнул с облегчением. Просто произошел обычный для Рио сбой в работе городской электрической компании, наверное, вызыванный бурей, или какой-нибудь бестолковый инженер дернул не за тот тумблер. Почему-то осозание того факта, что в родном городе за время его долгого отсутствия ничего не изменилось, успокоило его. Он отдернул ладонь от кнопки звонка и замолотил кулаком в дверь, обратив свои затаенные страхи и переживания на деревянные панели.

В окошке сверху чуть отдернули занавеску и через несколько секунд дверь приоткрылась, насколько позволяла дверная цепочка. Из-за двери показалось привлекательное лицо молодой женщины лет двадцати семи, одну руку она держала за спиной, точно намекая на решимость в случае чего применить оружие. Взгляд её больших черных глаз упал на вымокшего незнакомца и скользнул по каменным ступенькам ладейры, прежде чем снова вернуться к лицу гостя. Удостоверившись, что гость не представляет опасности, она отбросила густые волосы с лица назад и инстинктивно кокетливым жестом подперла рукой бок. У неё был низкий мелодичный голос, в котором сквозила опаска. Визитеры в этих местах появлялись нечасто.

8
{"b":"71550","o":1}