ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Из прессы

15.45. Глава боевиков Мовсар Бараев заявляет Политковской, что если до 6 утра субботы их требования не будут выполнены, они начнут расстрел заложников. Как сообщил корреспонденту «Газеты» представитель оперативного штаба ФСБ, террористы заставляют заложников падать на пол в порядке тренировки на случай возможного штурма здания.

15.55. Террористы вкатывают в зал ДК, где содержатся заложники, газовый баллон, обвязанный взрывчаткой. Они угрожают взорвать здание вмеcте с собой и заложниками.

Из переписки Сэнди и Светланы

3 июля 2002 г., 13.41

Привет, Персик!

Я получил твой e-mail с восторгами по поводу моего телефонного звонка. Спасибо! Я несколько раз звонил тебе примерно в 10 вечера по карагандинскому времени, но линия была занята, и я подумал, что ее опять размыло дождями. Но я все звонил, потому что хотел разыграть тебя, хотел, чтобы ты решила, что ты говоришь со мной по телефону во сне. Мне это удалось?

Какой почтой ты послала документы? DHL? Ты знаешь, что самолет DHL врезался над Германией в русский самолет с 50 детьми? Это ужасная трагедия. И еще я боюсь, что наши документы могли быть в этом самолете…

Нужны ли тебе деньги? Ведь экспресс-почта очень дорога. Я думаю, у тебя осталось не много денег после поездки в Москву.

Завтра утром, как только солнце осветит мой дом, я сфотографирую его цифровой камерой и сразу же пошлю тебе фото по электронной почте. У вас уже будет вечер.

Я люблю тебя и жду.

Твой Сэнди Большие Объятия и Крепкие Поцелуи.

3 июля 2002 г., 23.21

Привет, мой Любимый!

Я звонила тебе сегодня. Может быть, я неправильно сказала что-то по-английски, поэтому я повторяю: Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

Да, я знаю об аварии самолетов и огорчаюсь ужасно. Но документы я отправила EMS почтой.

Сэнди, я знаю, что нам предстоят большие расходы (казахстанская женщина – дорогая женщина?). Поэтому я трачу деньги экономно.

Погода не балует нас, и до 10 июля будут идти дожди. Я переживаю: у Саши скоро день рождения, и мы планировали провести его в водном парке. Если погода будет плохой, я должна придумать что-то другое.

А как ты? Как твой бизнес? Я читала, что Америка переживает экономический кризис.

Я люблю тебя,

Персик.

4 июля 2002 г., 2.20

Привет, мой Персик!

Вот фото нашего Ковчега. Я встал на стул и снял кровать с верхней точки.

Как видишь, справа от кровати есть дверь. Она открывается на плоскую крышу, которую я называю балконом и куда я выхожу с бокалом вина посмотреть на те звезды, которые видишь и ты. Со временем я могу сделать на этой крыше вторую ванную комнату, но я сохраню немного места и для балкона.

Надеюсь, погода исправится к Сашиному дню рождения.

Саша, поздравляю тебя!

Света, мне так нравится, когда ты пишешь: «Я люблю тебя». Эти слова греют мне сердце.

Следующие несколько месяцев ожидания будут так трудны! Но я постараюсь работать подольше и занимать себя делами, чтобы избежать чувства одиночества.

Завтра я пошлю тебе еще фотографии, но только при условии, что ты десять раз напишешь мне: «Я люблю Сэнди».

4 июля 2002 г., 18.51

Привет, Сэнди!

Я пользуюсь компьютером моего друга, потому что в моем компьютере вирус. И все-таки спешу написать:

Я люблю Сэнди!

Я люблю Сэнди!!

Я люблю Сэнди!!!

Я люблю Сэнди!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!!!!!

Я люблю Сэнди!!!!!!!!!!! (Одиннадцатый раз – дополнительно.)

Персик.

Из западной прессы

Газета «Индепендент»:

«Чеченцы теряют терпение и говорят, что расстреляют нас»

Напряжение нарастает, заложники испытывают нехватку воды и еды и умоляют силовые ведомства не штурмовать здание.

Русские расплачиваются за вранье о победе в чеченской войне.

Более 600 заложников, включая 75 иностранцев, остаются в захваченном здании. Среди иностранцев три американца, два англичанина, а также датчане, австралийцы, австрийцы и немцы.

Российские телестанции круглосуточно ведут репортаж с места захвата, тема войны в Чечне стала ведущей в публичных дискуссиях. Но от постоянных телефонных звонков заложников из зала захваченного театра мороз проходит по коже. «Пожалуйста, не штурмуйте театр, они убьют всех нас! – сказала заложница Татьяна Солнышкина, позвонив по мобильному телефону на НТВ. – Они обвешаны взрывчаткой и взорвут нас!»

Газета «Вашингтон пост»:

Бесконечная маленькая война Владимира Путина

Конфликт, который стал экзаменом его президентства

Он полагал, что это будет маленькая и быстрая война, всего несколько недель: просто выбросить бандитов из их гнезда.

Но три года спустя Путин оказался лицом к лицу с последствиями этой не столь быстрой и не такой уж маленькой войны, которая сделала его президентом. Захват чеченцами театра с заложниками неподалеку от Кремля стал проверкой и экзаменом: будет ли Путин и дальше пользоваться доверием и даже обожанием русских или его руководство политическим истеблишментом будет уничтожено?

В зале

Марат Абдрахимов:

Один чеченец сказал: «Вас всех взорвут вмеcте с нами. Назначат обязательно штурм, а штурм закончится тем, что мы просто нажмем эту кнопку». И мы больше всего боялись штурма.

Катя Стародубец:

Я постоянно бегала за лекарством маме. Одна из чеченок, Света, мне заявила: «Чего ты здесь бегаешь?» «Вот мама умрет, – говорю, – перестану…» А она: «Нечего мне на совесть давить! Еще увижу – застрелю!» Она была самая агрессивная. Я слышала, как они говорили, что скоро начнут показательные расстрелы. И Света сказала, что хочет принять участие.

Тут Бараев влетает в зал: «Ваши не хотят вас освобождать!» Все чеченцы клацают автоматами, встают в позу. И весь зал, как по команде, падает под кресла. А он орет: «Всем сесть! А то будем кидать гранаты!»

Одной молодой женщине позвонила на мобильник четырехлетняя дочка. А он был в руках боевика. Мама перепугалась. «Что ты волнуешься? – засмеялся боевик. – На, поговори с дочкой перед смертью!» У нее глаза округлились. А он смеется: «Не волнуйся, сначала мы будем расстреливать мужчин…»

Александр Сталь:

У одного паренька нашли сотовый телефон. К этому времени все уже отдали свои телефоны, звонки были запрещены, за них грозили расстрелом. Вину парня усугубляло то, что он разделся до майки (было очень душно), а боевики по какой-то своей логике считали это то ли вызовом, то ли признаком неуважения к женщинам. Его вывели в фойе, сказали, что расстреляют. Раздалось несколько выстрелов, потом парень вернулся. Мы его не расспрашивали, а он сам не рассказывал. Думаю, что несколько раз выстрелили над головой.

Потом избили паренька, пытавшегося спрятаться в оркестровой яме.

Анастасия Нахабина:

Его били ногами, ужасно. Я, честно говоря, так и не поняла, за что. А мой сосед смотрел и все кулаки кусал – просто до крови. Я говорю: «Что ты дергаешься? А он уже потом объяснил. «Понимаешь, – говорит, – когда человеку при рождении дают имя, это имя определяет его судьбу. Я Виктор, то есть победитель. И я всю жизнь был таким – в школе отличник, на всех олимпиадах – первое место, плаваю за сборную нашего института. А тут я ничто, пешка, тряпка, об которую эти звери ноги вытрут…» И я еще похвалила себя, думаю: правильно я к нему подсела, хороший выбор, только надо мне его успокоить как-то. Взяла его руку, положила себе на коленку и стала гладить. Слышу: он даже выдохнул так облегченно, как будто с него гирю сняли. Посмотрел на меня и говорит: «Расскажи про себя. Только правду». Я подумала: наверное его кто-то сильно обманул, – и стала рассказывать. Может быть, потому что мы могли вот-вот взорваться или нас могли расстрелять, но я стала рассказывать ему о себе действительно правду.

43
{"b":"71579","o":1}