ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И вскоре они действительно появились: вышли из-за угла высокой тисовой изгороди. Он не поддерживал ее под локоть, между ними было даже некоторое расстояние. Самое удивительное, что они не разговаривали, что для Марселя было совершенно нетипично. Завидев нас, Марсель тут же ускорил шаг и устремился нам навстречу, как будто даже обрадовавшись. Он весело и сердечно нас поприветствовал, впрочем, возможно, это была лишь игра, чтобы успокоить Урсулу.

- Привет!- крикнул он.- А вас как сюда занесло?- Он подбежал к Урсуле и, бесцеремонно схватив ее за руку, потащил прочь от меня. И тут же к нему вернулось все его красноречие. Урсула поначалу холодно отвечала на его вопросы, но я видел, что скоро она растает, не устоит перед его озорным ерничаньем и простодушием: видимо, ему и в голову не могло прийти, что кто-то может на него обижаться. Не успели они отойти всего на несколько ярдов, как Урсула уже беспечно хохотала.

- Ты погляди, как им весело, пусть дальше идут одни?- предложил я Эвелин.

Мы стояли неподалеку от лесенки, ведущей к пруду. Эвелин молчала.

- Давай спустимся и посидим немного. Пруд, наверное, отлично смотрится при лунном свете.

Я никак не мог пережить ее "измену" с Марселем, но у меня хватило ума ни единым словом не выдать своего недовольства. Я уже понял, что Эвелин очень гордое существо и вряд ли потерпит, чтобы какой-то едва знакомый тип диктовал ей свои правила. Я старался придать своему голосу ту же нежность, что и днем, но в нем проскальзывали жесткие нотки, поскольку моя собственная гордость была, безусловно, уязвлена, хотя и не очень сильно.

- Думаешь, стоит?- усталым голосом спросила она.- А может, лучше догоним их?

Я расхохотался, однако довольно натужно.

- Вряд ли им это понравится,- скептически заметил я.- Мне показалось, что они были рады от нас избавиться.- И тут у меня все-таки вырвалось: - А что вы с Марселем делали ночью в саду? Он рассказывал тебе о своем последнем приключении?

Эвелин молчала, и я почувствовал, что веду себя глупее некуда, но, как все ревнивцы, не мог остановиться и продолжал нести всякую чушь:

- У тебя же хватило сил разгуливать ночью по всем этим дорожкам... Неужели так трудно просто посидеть со мной у пруда? Только несколько минут?

- Ну хорошо,- вздохнула Эвелин, я услышал в ее голосе усталую покорность, но и это меня не остановило. Схватив ее за руку, я начал спускаться по чуть выщербленным ступенькам, пытаясь совладать со своим нелепым раздражением.

- Идем!- бросил я ей через плечо.- Вот увидишь, пруд наверняка выглядит потрясающе при лунном свете.

Он действительно выглядел потрясающе: на черной воде дрожали сверкающие, как бриллианты, лунные блики. Поразительно! Даже дренаж дна, проведенный полицией, почти не нарушил первозданной прелести этого уголка. На углах стен, окружавших пруд были статуи купидонов, четверо кудрявых шалунишек нацелили свои стрелы на середину пруда, словно хотели прострелить какую-нибудь рыбешку или бутон лилии. При лунном свете можно было увидеть лишь силуэты лучников, а их хитрые рожицы разглядеть было невозможно. Засунув руки в карманы, я спускался дальше, напевая себе под нос какую-то прилипчивую песенку. Эвелин шла следом за мной.

Вокруг было тихо, только знакомое уханье совы вдалеке нарушало это безмолвие. Урсула и Марсель тоже были уже далеко, их не было слышно. Однако что-то заставило меня внезапно остановиться и оглядеться по сторонам. И почему-то расхотелось идти дальше. Я подумал, что это из-за Эвелин, ее явное нежелание побыть со мной вдвоем разрушило романтическую атмосферу. И к тому же от всей этой чарующей красоты веяло холодом и даже некоторой жутью. Окончательно приуныв, я уже готов был развернуться к отправиться наверх, как вдруг обратил внимание на некую странную деталь... В углу, между серовато-желтых сейчас стен что-то темнело. Я напряг глаза и пригляделся: там кто-то сидел, прислонившись к стене и вытянув перед собой ногу. Тусклый лунный свет выхватил из тьмы кончик начищенного лакированного ботинка.

Я совершенно отчетливо почувствовал, как мои волосы встали дыбом.

- Что случилось?- услышал я голосок Эвелин; так и не дождавшись моего ответа, она снова спросила: - Джейк, что случилось?- и вот она уже подошла и схватила меня за руку.- Ты там что-то увидел?

- Да,- невозмутимым тоном произнес я. И, сохраняя полное присутствие духа, преодолел последние две ступеньки и направился по выложенной плитами дорожке к странной тени. Вскоре я уверился в том, что ботинок мне не примерещился, я уже мог разглядеть и ногу. Обогнув пруд, я оказался у того угла и остановился у распростершейся там на скамье темной фигуры. Лица я не увидел, оно было повернуто в сторону. Одна рука бессильно свисала с каменного сиденья, другая покоилась на перилах ближайшей к этому углу лесенки. Взяв поникшую голову за подбородок, я развернул ее, уже заранее зная, чье лицо сейчас увижу. Это был Хилари Пармур. Глаза и рот были открыты. Он был мертв, но смерть настигла его совсем недавно. Лицо было еще теплым. На белой рубашке темнело пятно, от которого пахло порохом. Внизу, прямо у моих ног что-то блестело. Револьвер, сообразил я. Видимо, он совсем недавно выпал из правой руки Пармура.

- О боже!- тихо воскликнул я.- Он застрелился! Значит, наверное, он и есть тот, кто...

Я не успел докончить фразу и даже обернуться. Сзади раздался глухой стук. Эвелин лежала на каменных плитах в глубоком обмороке.

Глава 19

Я не знал, как быть. Оставить Эвелин одну, да еще рядом с трупом, я не мог, и в то же время мне хотелось как можно скорее всех оповестить, избавиться от тяжкой ноши этого кошмарного открытия. Отнести Эвелин домой на руках я тоже не мог - слишком уж далеко. Взбешенный, я зачерпнул из пруда воды и побрызгал ей в лицо, ни на минуту не забывая о трупе, мне казалось, что он смотрит на меня... Я тряс ее за плечи, я звал ее:

- Эвелин! Эвелин!

В эту минуту я не испытывал ни нежности, ни даже сочувствия, только раздражение. Она не шевелилась. Осмотревшись по сторонам, я подумал, что придется все-таки оставить ее одну, другого выхода нет... И тут я услышал голоса. Марсель и Урсула! Сначала на верхней ступеньке я увидел его, а потом уже его голос прорвался сквозь мешанину мыслей в моей голове:

- Эй!- участливо крикнул он.- В чем дело? Что-нибудь случилось?- Он обернулся и бросил через плечо Урсуле: - Что-то с Эвелин.

Быстро спустившись, он наклонился над нею.

- Что такое? Она потеряла сознание?

Я начал свирепо размахивать руками, призывая его увести Урсулу, но Марсель, разумеется, ничего не понял. Он пока еще не увидел темную фигуру в углу и поблескивающий в лунном свете ботинок, да, теперь луна освещала не только мысок, но весь ботинок полностью... А Урсула уже спускалась, медленно, но неотвратимо приближаясь к этому кошмарному месту.

- Ты расстегнул ей ворот?- поинтересовалась она, не Делая, однако, никаких попыток помочь.- Думаю, это нужно сделать в первую очередь,- сказав это, она посмотрела на лежащую Эвелин и увидела...

Она сразу поняла, кто это и что произошло. Услышав судорожный вздох, я тут же вскочил, заранее приготовившись подхватить ее. Но Урсула в обморок не упала, она лишь немного покачнулась.

- Хилари!- громко прошептала она, потом посмотрела на меня.- Ты нашел его здесь. Поэтому она... да?

Я кивнул и протянул руку, чтобы поддержать ее. Марсель поднял голову и тоже посмотрел в тот угол.

- Боже мой!

Итак, мы теперь втроем стояли над бесчувственной Эвелин, но смотрели не на нее, а на Хилари. Никто из нас не решался к нему приблизиться. Прошла примерно минута, когда я все-таки нарушил это гробовое молчание:

- Я должен позвонить в полицию. Вы побудете с ней? Через пару минут она очнется.- Я обернулся к Марселю.- Давай отнесем ее наверх.

Мы вдвоем потащили Эвелин на площадку перед лесенкой. Она была гораздо тяжелее, чем я представлял. Она всегда казалась мне невероятно хрупкой. И теперь я был несколько ошарашен тем, что такое воздушное создание очень даже весомо. Как только мы снова положили Эвелин на каменные плиты, она слегка пошевелилась и застонала. Я торопливо попросил:

41
{"b":"71600","o":1}