ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Полагаю, вы должны знать, уважаемые, что произошло,- очень спокойно и чинно, без какого-либо нажима произнес сэр Фредерик.- Смерть снова нас посетила. На этот раз она забрала одного из обитателей этого дома.- Он откашлялся, хотя голос его звучал вполне нормально, и с ударением на первом слове добавил: - По-видимому, он погиб от своей собственной руки.- Он умолк и, улыбнувшись, стал раскачивать на шнурке свой монокль.

Тетя Сюзан при слове "смерть" сразу сложила свой веер из карт, теперь же, когда сэр Фредерик умолк, она резко швырнула стопку карт на обитую зеленым сукном столешницу.

- Кто?- спросила она.- Кто же он?- по-моему, ей так и хотелось добавить: "Отвечай же своей хозяйке!", но она не могла себе этого позволить.

- Ради всего святого, кто же он?- словно эхо отозвался Биддолф страдальческим тоном и, разумеется, глядя на тетю Сюзан.

Сэр Фредерик еще некоторое время держал паузу, но потом смилостивился.

- На этот раз жертвой пал... доктор Пармур.

За нашими спинами как раз снова раздался глухой звук дротика, но через секунду Джим уже стоял перед нами.

- Так вы говорите, что Пармур застрелился?- яростно выпалил он, как будто мы были повинны в случившемся, поскольку посмели явиться с такой неприятной вестью.

- По-видимому,- снова повторил сэр Фредерик с особым ударением.

- Ничего удивительного!- Джим пожал плечами.- Так все складывалось, что для него это был наилучший выход.- А где он? Тут, в доме? Вы уверены, что он мертв? А в полицию вы сообщили?

- А что можно было ожидать от человека с такими привычками?- тетя Сюзан сурово покачала головой и посмотрела на мужа.- Пьяница и бездельник, привыкший жить за чужой счет.- Она взяла со стола свои карты и снова тщательно расправила их наподобие веера.- И очень хорошо, наконец избавились!

- Помилуйте, мадам!- не выдержал сэр Фредерик.- Думаю, очень немногие из нас посмели бы сказать такое о своем ближнем, только при крайне серьезных претензиях!

Джим ухмыльнулся:

- Он был абсолютно бездарным врачом! Жил у нас практически постоянно, но так и не смог поставить отцу верный диагноз!- Он нагло уставился на сэра Фредерика: - А вы-то сами тоже...- Несмотря на весь свой гонор, продолжить он не решился. Его взгляд скользнул вниз, остановившись на раскачивающемся стеклышке монокля.

- Я сам тоже не лучше, не смог вашего отца вылечить. Вы ведь это хотели сказать?- спросил сэр Фредерик.- Да, вынужден признать: врачу не всегда подвластны злые умыслы природы... и человека.

Спрятав в кармашек свой монокль, он развернулся и направился к двери.

Я поспешил за ним. Как только мы покинул холл, сэр Фредерик замедлил шаг, поджидая меня, потом по-дружески сжал мое плечо.

- Ну и дела, Сиборн,- со вздохом произнес он,- теперь затеют еще одно полицейское расследование, еще одно дознание и прочие прелести. Слава богу, ко второму происшествию я не имею никакого отношения. В отличие от вас. Ведь тело обнаружили опять вы. Черт возьми, у вас просто какой-то нюх на покойников!- Он шутливо похлопал меня по плечу.

- Да уж,- удрученно пробормотал я.

- Но ничего,- успокоил меня он,- у вас еще не кончились каникулы, и к тому же я заметил, что вы успели обрести сердечных друзей,- он явно надо мной подтрунивал.- Поэтому почему бы вам еще тут не погостить? А я после завтрашнего дознания должен немедленно отбыть, работы, как говорится, выше головы! Ну да ладно, из-за последней сенсации завтрашнее дознание будет почти формальной процедурой. Полиция наверняка попытается найти связь между первой и второй смертью, а для этого им нужно провести новые опросы, на это требуется время, знаете ли. Надеюсь, сумею попасть на дневной поезд. Не сомневаюсь, что могу на вас положиться: постарайтесь по мере возможности поддержать этих невезучих горемык - особенно Урсулу. Да, я понимаю, вас гораздо больше интересует мисс Эвелин Росс, но не забывайте, как тяжело сейчас Урсуле.

- Я думаю,- угрюмо пробормотал я,- что ее лучше всех мог бы утешить Марсель.

Возможно, я несколько переусердствовал, изображая нежелание тут оставаться - на самом деле я страстно этого хотел!- но я не мог допустить, чтобы он возомнил, будто я готов снова ему угождать.

- Ох-хо-хо!- сэр Фредерик покачал головой.- Разве Марсель способен кого-то утешить? Он умеет тешить только себя!

С этими словами он энергичным шагом направился к лестнице и стал подниматься, а я стоял и тупо смотрел ему вслед. Постояв, я тоже покачал головой и тоже стал подниматься, только гораздо медленнее.

Глава 21

Прибыла полиция. В служебной машине Маллет с доктором и со своим сержантом, в санитарной машине - трое полицейских. Снова холл наполнился рослыми мужчинами с военной выправкой и важными строгими голосами. Снова все мы почувствовали себя виновными, если не в самой смерти доктора, то в дурном с ним обращении или, по меньше мере, в равнодушии. Я проводил полицейских к пруду и, встав в сторонке, наблюдал за тем, как тело фотографировали с разных ракурсов, затем положили на носилки и запихнули в машину. До утра больше никаких полагающихся процедур делать было невозможно, и, задав несколько общих вопросов, полицейские отбыли, поставив у пруда своего стражника. Мы с облегчением вздохнули.

По своим комнатам все разошлись уже после полуночи. Женщин для опроса вообще не приглашали. Сэр Фредерик сказал, что при их теперешнем душевном состоянии вряд ли можно рассчитывать на какой-либо конструктивный разговор. Маллет согласился: лучше до утра их не беспокоить. Наверх мы поднимались вместе с Марселем. Он молчал, думая о чем-то своем. Ну а я... мы так давно с ним не общались, по крайней мере мне так казалось, что я все никак не мог найти подходящую тему. Собственно говоря, именно мое замешательство и заставило меня начать эти расспросы...

- Ну и что ты обо всем этом думаешь?- спросил я.- Когда мы все проходили мимо пруда, там, наверху, Пармур, возможно, был еще живым. Кстати, сам ты с какой стороны подошел? Странно, что ты не слышал выстрела.

- Но я его слышал!

- Что-что?- я даже остановился - на полпути к лестничной площадке, где лестница разделялась на два крыла.

- Я слышал выстрел,- мрачно повторил Марсель и пошел дальше, не дожидаясь меня, даже пришлось его догонять.- Что и говорить, мне крупно не повезло. Но я пока не решил, стоит ли кому-нибудь говорить про выстрел,небрежно добавил он.

Я отметил про себя, что он только что сказал об этом мне, опять беднягу подвела неуемная болтливость. Но он этого даже не осознал, он даже не попросил меня не выдавать его! С бьющимся сердцем я спросил:

- А где именно ты находился, когда прозвучал выстрел? И ты... ты был один?

Он не отвечал, но продолжил свои размышления уже вслух:

- Я очень за нее переживаю... бедная девочка, возможно, была последним человеком, видевшим его живым. А если так, то эти типы из полиции...

- Какая бедная девочка?- здорово разозлившись, переспросил я.- О которой из них ты говоришь? Догадаться, кто на данный момент пользуется твоей симпатией, абсолютно невозможно, ты ведь то с одной, то с другой!Забыв обо всех своих недавних обещаниях, я разразился обличительной речью: Ты ведешь себя просто непорядочно! Ты сегодня оскорбил чувства Урсулы, очень сильно оскорбил, отправившись гулять с Эвелин. И знай, хоть тебя это совершенно не касается, я все-таки скажу. Мы с Эвелин помолвлены!

- Чувства Урсулы? Ба-а! Интересно, способна ли она вообще что-то чувствовать? Не она ли довела этого несчастного доктора до могилы? Ну а что касается Эвелин, мой бедный друг,- жалость, проскользнувшая в его голосе, добила меня окончательно,- позволь мне быть откровенным: ты ей совершенно безразличен! Она дала тебе согласие только потому, что ты слишком уж ее донимал. Если я предложу ей завтра же со мной уехать, уверен, она немедленно согласится!

Я задохнулся от ярости. Я хотел презрительно расхохотаться прямо ему в лицо! Но этот порыв был заглушен предательской леденящей мыслью, вдруг возникшей в моем воспаленном мозгу: "А вдруг он не врет?"

43
{"b":"71600","o":1}