ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вы знаете, что потом произошло. Он окончательно сорвался с цепи, устроил одну за другой несколько сцен, потом укатил в Лондон, там отправился к незнакомому врачу, который сумел определить, что с ним. А потом, перед операцией, которая оказалась роковой, написал новое завещание. Будем надеяться, что решение принести на алтарь прошлого все, чем он владел в настоящем, даровало ему покой и душевное равновесие. Что эта последняя жертва была не напрасна. Я узнал о диагнозе сэра Фредерика Лотона и понял, что роковая ошибка, которой я так страшился всю жизнь, все-таки меня настигла. Человеку со стороны это показалось бы неприятным, но не таким уж трагичным, поскольку мистер Алстон все равно был обречен, но я был просто уничтожен. Этот случай лишь подтвердил то, что и я сам давно о себе знал. Уже несколько месяцев, с тех пор как я свел знакомство с Алстонами, я все небрежней относился к своим больным, и они это почувствовали, меня стали реже вызывать, но я особо из-за этого не переживал, а потом вообще распихал своих пациентов по другим терапевтам, ссылаясь на проблемы со здоровьем. Вероятно Вам это покажется нелепым, но то, что я проморгал опухоль Алстона, стало для меня последней кашей. Еще до Вашего появления я принял одно важное решение. Но мне захотелось увидеть, как Урсула встретится со своим сводным братиком Хьюго. А после я собирался отбыть, в ту же Аргентину, попытаться обрести прежнее душевное равновесие и доживать там свой век, вдали от всех знакомых.

События вдруг начали развиваться со стремительной быстротой. Сначала появились Вы, потом неотразимый Мар сель де Совиньи, который всех нас покорил, разве что тетя Сюзан и дядя Биддолф устояли перед его обаянием. Что было дальше, Бы и сами знаете, поскольку происходило это уже при Вас. Но я должен рассказать Вам то, что Вы не могли видеть и знать.

Например, тот факт, что Эвелин Росс, упустив первую замечательную возможность сделаться хозяйкой имения, быстренько сориентировавшись, начала заманивать в свои сети нового наследника, она умеет в нужный момент включать свой магнетизм, наподобие электроприбора. Я не сомневался, что она тут же возьмет в оборот Хьюго, но был поражен с какой легкостью она добилась своего. Слишком легко, наверняка подумала сама Эвелин. Потому что Марсель мигом отреагировавший на ее приемы обольщения, был переменчив, как барометр. Он с удовольствием вступает в игру, но не дает никаких обещаний и поводов рассчитывать на большее. Это у него такой способ защиты.

Марсель, абсолютно не способный хранить секреты - благослови его Господь, чудесный парень, мне он понравился!- тут же выложил Эвелин, что на самом деле он никакой не наследник, и она, разумеется, тут же потеряла к нему всякий интерес. Милый мой мальчик, мне совсем не хочется Вас шокировать, но для Вас же лучше пережить это сейчас, чем стать жертвой непоправимой ошибки, которая может испортить всю Вашу жизнь. Возможно, забота о Вас (сам не знаю, что на меня нашло) вдохновила меня на это письмо.

Эвелин слышала, как Марсель и Хьюго договаривались об этой курьезной встрече: Марсель должен был вечером провести Урсулу перед "условленным" кустом. Она поняла одно: от Хьюго необходимо избавиться. Есть у этой крошки дьявольское умение сконцентрировать всю волю только на своей цели, переступив через всех. Она быстренько сообразила, что Хьюго еще не успел написать свое собственное завещание, а это означало, что все имущество снова будет возвращено Урсуле и Джиму, а она - как ни в чем не бывало - вернется к Джиму. Это не помешало бы ей в случае необходимости, чтобы себя обезопасить, подвести Джима под подозрение. Но она, естественно, надеялась, что заподозрят прежде всего Марселя, который придумал ту нелепую засаду в кустах и прогулку с Урсулой. Мне, кстати, рассказали, что на допросе она всячески внушала Маллету, что у Марселя и Хьюго были сложные отношения, отнюдь не безоблачные. Да, лгать она умела виртуозно, хотя постоянно обвиняла во лжи всех подряд.

Вернувшись с Марселем из Чода, она тут же рассказала Джиму об их встрече с Хьюго, а другим при этом не забывала морочить голову: будто она страшится бешеного нрава этого мальчишки, готового на все. И он очень кстати подыграл ее россказням, ударив Вас хлыстом. Наверняка она сама спровоцировала эту безобразную выходку, она умеет довести Джима до нужной кондиции, он ведь, в сущности, наивный простак. И то что он тогда, хлопнув дверью, сбежал из гостиной, тоже ее заслуга. Сбежал как раз тогда, когда в имение уже должен был заявиться Хьюго. Спустя некоторое время она тоже удалилась, помните? А минут через пять мне захотелось пойти выпить. А после я увидел нечто такое, что привело меня к нынешнему решению уйти из жизни. Это случится через час, самое позднее - через два.

Но вернемся к тому вечеру. Я поднялся к себе, а дверь закрыл не до конца. И сквозь щелку случайно увидел, как Эвелин спускается по боковой лестнице с третьего этажа. В этом не было ничего странного. Она была теперь экономкой, а наверху располагаются и комнаты слуг, и кладовые, и бильярдная, и оружейная комната, и галерея, в которой устроен домашний тир. Она могла пойти посмотреть, что делают горничные, или отправиться в бильярдную выяснять отношения с Джимом, да куда угодно. Я и сейчас не берусь точно сказать, что так меня смутило, почему я стал пристально за ней следить. Черное пальто и то, что руки она держала в карманах? Что, собственно, в этом крамольного? Она направилась в сторону своей комнаты. Я двинулся за ней. Она вошла внутрь, но буквально через минуту вышла, начала спускаться по боковой лестнице, расположенной рядом с ее комнатой, с той же стороны коридора. Я удивился "... снова пошел за ней. Повторяю: понятия не имею, зачем я это сделал. Одно могу сказать: когда-то я славился острым чутьем, и в необычных ситуациях оно снова просыпается.

Она вышла на улицу через одну из боковых дверей, а я развернулся и хотел пойти назад, выпить наконец виски, а потом вернуться в гостиную, но что-то не давало мне покоя. В общем, я кинулся к парадной двери и тоже выскочил на улицу. Я знал уже заранее, что она свернула за угол. Сначала она шла, прячась в тени дома, потом - в тени деревьев, шла она к подъездной аллее, а потом свернула в сторону зарослей из рододендронов. Я совершенно не представлял, зачем ее туда понесло. Даже когда она остановилась и спряталась за, буковое дерево. Тогда же я увидел и Хьюго, разгуливавшего туда-сюда по дорожке, залитой лунным светом,- его лицо в те минуты было бронзово-зеленоватым, и, помнится, он как раз смотрел на дом. А я все пытался понять, какого черта она спряталась за деревом. Я просто, затаив дыхание, наблюдал за нею и за ним, пытаясь понять, кто этот малый и откуда он взялся. Я тоже прятался за буковым деревом, росшим сзади, в тридцати ярдах от укрытия Эвелин. У меня было такое ощущение, будто я смотрю спектакль. И тут вдруг она подняла руку и выстрелила.

Хьюго рухнул на землю. Думаете, я помчался вспять, чтобы поднять всех на ноги? Или хотя бы подбежал к нему, чтобы оказать помощь? Нет, ничего подобного. Я стоял как пень, не шевелясь, и продолжал таращиться на лежащего парня. Почему я так себя повел, несмотря на весь свой опыт? Я ведь как-никак врач, всякое видал. Был ли это страх? Едва ли. Я даже сейчас его не испытываю, а тогда я даже не думал о том, что будет, если я попытаюсь схватить Эвелин. Но я могу сказать, что это было: внезапное бессилие, в критический момент мне отказала и сила, и сила воли, и способность мыслить. Если Вы, конечно, сможете понять мое тогдашнее состояние, но Вам этого не понять... Поэтому постараюсь объяснить. Представьте себе спортсмена, скажем знаменитого спринтера, который позволил себе долго не тренироваться. И вот однажды сама жизнь устроила ему испытание: надо было быстро убегать, чтобы спастись. И тут наш бывалый спортсмен вдруг обнаружил, что мышцы не желают его слушаться. Что он стал слабаком, слабее даже обыкновенных людей, никогда не занимавшихся бегом. Примерно то же самое произошло и со мной. События развивались стремительно. Хьюго упал. К нему подскочила Эвелин и потащила его, причем без особых усилий, к кусту, под которым потом и найми тело. Потом отправилась назад, тем же путем. Прошла совсем близко от меня, и вскоре ее уже не было видно.

57
{"b":"71600","o":1}