ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Оно задергалось, стало сворачиваться, но медленно, Исмаэль всадил иглу на этот раз прямо во внутренность отверстия на конце щупальца. Реакция чудовища была очень сильной. Щупальце стало тащить Исмаэля прямо к телу, остальные щупальца начали разворачиваться к нему.

Игла вонзилась в щупальце в дюйме от его головы. Чудовище стреляло по Исмаэлю, но расстреливало себя. Исмаэль опустил щупальце, скатился вниз и упал на землю, ломая тонкие ветви.

Чудовище извивалось в судорогах, тщетно хватаясь за растения. Наконец, оно подтянуло щупальца и медленно потащилось прочь, цепляясь за стволы.

Исмаэль вскочил на ноги и бросился бежать. Он наткнулся на густые заросли, упал, снова поднялся, отогнул заросли и остановился, прислушиваясь.

Огромная темная масса висела как облако над джунглями. Исмаэль не мог рассмотреть, шевелятся ли щупальца Шивараду. Внезапно торпедообразное тело с огромной головой и сверкающими в лунном свете зубами выскочило из темноты. Оно ударило в один из горбов на теле Шивараду. И горб взорвался.

Это воздушная акула, летающая смерть, нанесла свой удар.

Тут же появилась еще одна акула и вонзилась зубами в тело Шивараду. Исмаэль подумал, достаточно ли силен яд Шивараду, чтобы заодно поразить и небесных акул.

Однако у него не было времени смотреть кровавый спектакль. Внезапный шум позади заставил его обернуться и застыть, сжимая нож в руке. Но вот он услышал знакомое мягкое дыхание.

— Намали, — тихо позвал он.

— Я не могла принять жертву от тебя, — сказала она. — Я хотела помочь... о!

Она увидела тело Шивараду, висящее на ветвях, как разорванная тряпка. Он рассказал, как все было, и девушка порывисто схватила его за руку и поцеловала.

— Заларампатра и Зоомашматра отблагодарят тебя.

— Лучше, если бы это сделала ты.

Они подошли к мертвому чудовищу поближе. Его рвало уже полдюжины акул.

Затем они пошли дальше, нашли удобное место и снова легли спать. Исмаэль, несмотря на усталость, не мог заснуть от холода. Температура воздуха, как ему показалось, была всего лишь сорок градусов по Фаренгейту [восемь по Цельсию].

Он соскочил со своего листа и забрался к Намали, обнял ее руками и прижался к ней, накрывшись другим листом. Намали не возражала, правда повернулась к нему спиной. Исмаэль уснул мгновенно, несмотря на близость девушки. Ему снилась первая ночь в Спутер-Инн, в Нью-Бедфорде, когда дикарка-великанша Квоквег разделила с ним постель. Квоквег, чьи кости обратились в прах много тысяч лет назад...

Громадное солнце снова выползло из-за горизонта и сразу же стало тепло. Они проснулись и обнаружили, что в их вены погружены стебли растений. Им пришлось ждать, пока растения закончат свой завтрак. Затем они встали, умылись жидкостью из стручков и напились. Тут же они впали в паралич, но растения видимо знали, каким-то образом, что эти двое уже выплатили свой долг и не приближались к ним.

Они снова пошли на север. В дороге они спали четыре раза, питались мелкими животными, которые попадались им по пути, и даже однажды съели летающую змею. Это было, как рассказала Намали, единственное животное, у которого отсутствовал пузырь с легким газом. У змеи отдельные ребра развились в крылья, которые действовали так же как и крылья птиц.

Прошла еще одна ночь, с ее опасностями, и снова взошло солнце.

— Сколько нам еще идти до твоего города?

— Не знаю. На корабле мы добрались бы за двадцать дней. Нам же, вероятно, придется идти в пять раз дольше.

— Значит четыреста дней по времени моего мира, — прикинул Исмаэль. Его не беспокоило время, но все же он предпочел бы ехать, а не идти. Ведь продираться через густые заросли — это трудная и изнурительная работа. Он завидовал обитателям неба, которые без всяких усилий парили в вышине.

В полдень они увидели облако миллиардов красных существ. Рядом с ним плавали громадные киты, которые паслись на этом воздушном пастбище.

И тут же в небе появился большой воздушный корабль.

Намали вскочила, уронив кусок мяса. Долго она стояла молча, а затем улыбнулась.

— Он из Заларампатры!

Вскоре они увидели, как из его чрева выскочили несколько небольших воздушных лодок.

Одна из них погналась за китом в их сторону.

Лодка неслась по следам кита, который, казалось не замечал опасности. Он спокойно плавал в красном облаке. Вскоре он скрылся за красной пеленой и Исмаэль больше его не видел.

Внезапно Исмаэль увидел, что кит резко взмыл вверх. Серебристая струя брызнула из него: это он освобождался от балласта, который хранил в пузыре.

Теперь Исмаэль разглядел, что кит и лодка связаны между собой канатом. Кит делал совершенно противоположное тому, что делали в подобных случаях морские киты.

Он уходил наверх.

— Кит может плавать в верхних слоях атмосферы, где людям нечем дышать, — сказала Намали. — Гарпунер должен в таком случае обрубить линь.

Кит уже забрался так высоко, что лодка совершенно потерялась в темно-голубом небе.

Красное облако быстро дрейфовало к северо-востоку. И через полчаса оно должно было скрыться за горизонтом.

Корабль не гнался за облаком. Он стал маневрировать, чтобы остаться на месте. Люди на корабле вероятно видели кита и лодку.

Вскоре и Исмаэль увидел черную точку — кита, который быстро увеличивалась. Кит несся вниз вместе с лодкой. Он распустил все свои плавники — паруса и вытянулся в прямую линию. Канат, связывающий кита с лодкой, был не виден, но лодка неслась за китом на расстоянии в три сотни футов.

— Кит выпустил газ и падает, — сказала Намали. — Перед землей он с помощью своих парусов выйдет из пике. Лодка может врезаться в землю. Все будет зависеть от искусства кита. Иногда они делают ошибки в скорости и определении расстояния из-за нарушения кровоснабжения мозга. Тогда разбиваются, но при этом гибнет и лодка вместе с экипажем. Разумеется всегда можно перерубить линь, но это дело чести гарпунера. Он не будет рубить его до самого последнего момента...

Она замолчала. Кит, если сохранит прежнюю скорость и направление полета, врежется в землю в полумиле от них.

Сейчас кит был близко и Исмаэль понял, что он гораздо крупнее голубых китов, за которыми он охотился прежде. А ведь голубые киты были самыми большими существами на Земле. Правда у этого кита не было нижней челюсти. Пасть представляла собой круглую дыру, расположенную в центре головы.

Намали объяснила ему, что у кита нет зубов, а неподвижная нижняя челюсть срослась с черепом. Когда кит удовлетворяет свой аппетит, поглотив миллионы мелких животных, а бывает это чрезвычайно редко, пасть у него закрывается тонкой пленкой.

— Но существуют киты с зубами, которые нападают на беззубых китов, и едят все, включая людей, — сказала она.

— Я встречался с такими китами, — ответил Исмаэль, вспомнив гигантского белого кита с наморщенным лбом и изувеченной челюстью. — Если этот кит сейчас не повернет, он обязательно врежется в землю.

Гигантское тело мчалось вниз и не собиралось расправлять крылья. Все люди в лодке лежали, кроме одного человека. Исмаэль ждал, что рука гарпунера поднимется и ударит ножом по линю. Но тот стоял неподвижно.

— Эти люди либо слишком храбры, либо слишком глупы, — пробормотал на английском языке Исмаэль.

И потом он не выдержал и закричал тоже по-английски:

— Руби, черт побери! Руби!

Но вот крылья кита раскрылись с ужасающим треском. Это было похоже на залп мушкетов.

Движения животного были тщательно выверены. Хвост его резко пошел к низу, увлекая за собой лодку, и в то же время направляя движение кита вверх. Но начальная скорость кита была все же очень большой и хотя он развернулся вверх, он все же продолжал падать.

Лодка была уже под китом и продолжала стремительное движение вниз, хотя кит уже вышел из виража.

Исмаэль видел четырех человек в лодке, привязанных охранными ремнями, и гарпунера, ухватившегося за борта руками.

— Теперь уже поздно рубить линь, — сказала Намали. — Если лодка освободится от кита, она будет продолжать падение. Теперь осталось только надеяться, что сам кит спасет их от столкновения с землей.

8
{"b":"71609","o":1}