ЛитМир - Электронная Библиотека

С шумом рухнув в ледяную воду, Брух и Машков тут же выскочили из нее на берег, отфыркиваясь, как медведи, и побежали назад, в сауну. Пар валил от их белых тел. В сауне они выгнали детей домой, забрались на верхнюю полку и, снова матерясь от удовольствия, стали по очереди хлестать друг друга мокрыми и трепетно-обжигающими вениками.

А тем временем серый «мерседес» директора Федеральной службы безопасности генерала Бай Су Койя, черный «кадиллак» маршала Сос Кор Цинья и могучий крытый «Урал» с бойцами спецотряда «Витязь» уже второй час таранили фарами темноту и вечернюю поземку Калужского шоссе. По обе стороны их пути по окна в снегу стояли старые и темные избы типичных подмосковных окраин – с косыми заборами, приснеженными скворечниками наружных нужников, сараями и поленницами заготовленных на зиму дров, с собаками на цепях и с узкими, протоптанными в снегу тропками от калиток до деревянных крылец.

Пугая ревуном встречные и попутные машины, вызывая переполох во всех окрестных курятниках и озверелый лай дворовых собак, кортеж охранных спецслужб носился вдоль этих заборов и домов то на восток, от Москвы, то снова к Москве, на запад. Хозяин переднего «мерседеса» генерал Бай Су Кой материл своего водителя и сидевшего подле него командира «Витязя»:

– Что ж вы, суки, не можете поворота найти?! Уволю к еманой матери!

– Ну нет указателя, товарищ генерал! – оправдывался одетый в зимний камуфляж двухметроворостый и бритоголовый командир «Витязя».

– Да какие к херам указатели? Это тебе Париж, что ли? Или Ханой?

– А как же найти-то?

– А так! Сказано: тридцать седьмой километр!

– Но разметки-то нету! – сказал водитель и на очередном перекрестке дорог опять развернул машину обратно. – Откуда тридцать седьмой, товарищ генерал? От Кремля? От Калужской заставы?

– От манды! – в сердцах выругался генерал по-китайски. – Стой! – И показал на избу со светлыми окнами. – Идите берите там Сусанина какого-нибудь, и – вперед! Страна третий час без управления!

Тут у него под рукой зазвонил радиотелефон, он поднес его к губам и нажал клавиш приема:

– Второй слушает!

– Я тебя, бля, расстреляю на хер! Сколько мы будем тут крутиться? – раздался голос из радиотелефона.

Генерал повернулся к заднему окну машины, освещенному фарами «кадиллака», и ответил заискивающе:

– Сейчас, сейчас! За проводником пошли!

– Ё твою мать! – внятно сказал голос из радиотелефона. И отключился.

Бай Су Кой открыл дверь и нетерпеливо высунулся из машины навстречу возвращающемуся от избы шоферу.

– Ну?!

– Да пьяные тут все! – хмуро сказал шофер, садясь к рулю.

– Как это пьяные? – не понял генерал.

– Обыкновенно – в дупель! Нажрались самогона и футбол смотрят.

– Какой футбол?! Ты чо несешь? Президент по телику выступает!

– А им до фени – президент, резидент! – раздраженно ответил шофер. – Врубили футбол из Испании и огурцами закусывают.

– Ну, страна, бля! – сокрушился генерал. – Демократию им развели – футбол из Испании!

Тут из избушки послышался грохот выстрелов, потом из нее выскочил командир «Витязя» и, засовывая в кобуру свою табельную «беретту», в три прыжка подскочил к машине, плюхнулся на место.

– Порядок, вперед! – сказал он шоферу. – Тут два километра!

– Ты их убил, что ли? – спросил генерал.

– Да нет, товарищ генерал! Вы чо? – ответил командир. – Я им телевизор выключил, так они враз протрезвели. Тут через два километра высоковольтная линия, от нее направо…

Снова звякнул радиотелефон. Генерал поспешно включился:

– Второй слушает! Нашли дорогу, товарищ маршал! Сейчас высоковольтка, и от нее направо! Тут рядом. Прием.

– Сколько трупов? Прием, – сказал радиотелефон.

– Пока нет трупов, товарищ маршал, – доложил Бай Су Кой.

– Стой! – приказал шоферу командир «Витязя». – Ты опять проскочил! Высоковольтку видел?

– Так ведь нет поворота! – ответил тот.

– Плевать! – вмешался голос по радиотелефону. – Это Брух, жидовская морда, к своим дачам электричество протянул!

– Сворачиваем направо! – приказал генерал шоферу.

– Без дороги? Прямо в лес, что ли? – засомневался шофер. И тут же увидел в зеркальце заднего обзора, как следовавшие за ним «кадиллак» и «Урал» остановились и «Урал», свернув направо, круша бампером и исполинскими колесами кустарник и мелкие ели, действительно ринулся в лес – напролом, по заросшей просеке линии высоковольтной передачи. «Кадиллак», урча двигателем, покатил за ним по свежеумятой колее. Озадаченно крутнув головой, шофер «мерседеса» осторожно двинулся следом.

Проехав метров триста, «Урал» уперся фарами в высокий и глухой, из сварных металлических секций, забор. Водитель «Урала» вопросительно посмотрел на замначальника «Витязя» – тоже двухметроворостого и бритоголового гиганта в камуфляже. Тот включил рацию, доложил:

– Первый, первый, это восьмой! Прием!

– Ну? Хули там? – по-китайски выразился в рации маршальский голос из «кадиллака».

– Забор, товарищ маршал! А ворота не знаю где – слева, справа? Куда брать прикажете? Прием!

– Вперед! – приказал голос маршала. – Не хуй время терять! Пошел!

– Пошел! – приказал гигант водителю.

Водитель молча включил первую скорость, дал газ. «Урал» всей своей многотонной массой тараном вломился в металлический забор, обрушил не то три, не то четыре секции и, подмяв их под себя, выскочил прямо к ярко освещенным коттеджам дачного поселка «Земстроя». Где-то поодаль, в бревенчатой сторожке у ворот, завыла сирена тревоги, из сторожки и коттеджей выскочили несколько вооруженных охранников и невооруженных мужчин и женщин, но высыпавшие из кузова «Урала» тридцать витязей с короткоствольными автоматами, в черных шерстяных масках и в зимнем камуфляже мгновенно уложили всех лицами в снег. И отключили сирену.

Следом за «Уралом» в напряженную тишину захваченного дачного поселка осторожно въехали «кадиллак» и «мерседес». Из «мерседеса» проворно выскочил командир «Витязя», а следом, с заднего сиденья машины, вышел генерал Бай Су Кой. Пройдя вдоль фигур, лежащих в снегу под дулами «АКС», и не найдя среди них того, кто был ему нужен, генерал носком ботинка поддел чью-то голову:

– Где Брух?

– В парилке, там… – слабо отозвалась голова, замерзая на снегу.

Генерал посмотрел на домик сауны на берегу озера и кивнул на него командиру «Витязя». Тот жестом приказал своим гигантам штурмовать парилку. Бойцы моментально оцепили ее, кто-то, тихо приотворив дверь, катнул внутрь слезоточивую гранату «Дурман».

Люди, лежавшие лицами в снег, приподнялись, жена Бруха вскрикнула, но стоявший над ней гигант в маске повел короткоствольным автоматом:

– Лежать!

А генерал подошел к «кадиллаку». Стекло задней двери «кадиллака» опустилось, голос изнутри спросил:

– Ну?

– Парится, падла! Сейчас приведут, – доложил генерал.

Действительно, ударная группа бойцов во главе с командиром, надев противогазы, уже лихо ворвалась в парилку. Играючись, они вышибли внутреннюю дверь, скрутили голых, обалдевших и кашляющих от газа Бруха и Машкова и выволокли их наружу.

– Кто Брух? – спросил, подходя к ним, генерал, но двое пленников только надрывно кашляли, жадно хватая морозный воздух распахнутыми, как у рыб, ртами. Из их носов текли сопли, из глаз – слезы.

За неимением у арестованных документов генерал обратил свой взгляд на их мужские отличия. С минуту его глаза внимательно изучали и сравнивали их, потом он уверенно ткнул рукой в Бруха:

– Этот! Сюда его! – И пошел, не оглядываясь, к «кадиллаку».

Следом бойцы-витязи потащили кашляющего Бруха.

Дверь «кадиллака» отворилась, из него вышел на снег маршал Сос Кор Цинь, начальник Службы безопасности президента. Это был плечистый и высокий по китайским стандартам мужчина с русской бородой. Несмотря на мороз, он был лишь в маршальском мундире и фуражке с высоченной тульей, обложенной золотыми листьями маршальских отличий. С тех пор как президента Ель Тзына предали его малорослые соратники генерал Ру Цкой и маршал Хас из южной провинции Чечня, президент перестал доверять мелким мужчинам и окружил себя рослыми, как он сам, чиновниками, которых ему доставляли из самых дальних провинций, – генералом Шу Мей Коном, полковником Чу Бай Сомом и т. п. Но стремительная карьера маршала Сос Кор Цинья объяснялась не столько его ростом, сколько его беспримерной преданностью президенту и умением вовремя уберечь своего хозяина от любой опасности – от грузовика-снаряда при коммунистах до лишних доз спиртного при демократии. Некоторые вхожие в Кремль особы утверждают, что именно он грудью закрыл дверь президентского самолета в аэропорту Шеннон, когда президент «во сне» рвался из самолета для встречи с ирландским премьер-министром. За что сначала, в Шенноне, Сос Кор Цинь получил от «сонного» президента по морде, а потом, в Москве, – звание маршала и должность ГДЛ (Главного Доверенного Лица). Теперь ГДЛ с высоты своего роста и звания брезгливо рассматривал голого и кашляющего Бруха.

12
{"b":"71615","o":1}