ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Как же тогда вы решились ослушаться его приказа и стали учиться верховой езде? - полюбопытствовал Паг. - И кто позволил господину Камацу покупать лошадей, доставленных с Мидкемии?

- Видишь ли, - с хитрой улыбкой ответил Касами, - нет такого приказа, который нельзя было бы обойти, не нарушая его при этом впрямую. Мой отец - весьма влиятельный член Совета. Он волен в любых своих действиях. К тому же Стратегу и в голову не придет, что старый властитель Камацу Шиндзаваи вздумает прокатиться верхом на коне! Но главная причина в том, что я и лошади находимся здесь, а Стратег - в Священном Городе. В своем поместье мы сами себе господа, Паг!

С тех пор, как они с Лори прибыли в имение, Паг не сомневался, что отец и сын Шиндзаваи затеяли какую-то сложную политическую интригу. Иначе зачем старику тратить столько денег и сил на поиски и приобретение лошадей, а сыну - так настойчиво учиться верховой езде и королевскому наречию? Пагу хотелось бы узнать, что они замышляли, но осторожность взяла верх над его любопытством. Он счел за благо не задавать Касами вопросов, а молча ждать дальнейшего развития событий. Теперь же он заговорил о предмете, занимавшем его гораздо больше:

- Касами, я хотел бы кое о чем спросить вас.

- Говори.

- Имеют ли рабы право вступать в брак?

Касами невозмутимо пожал плечами.

- Имеют. С согласия своего господина. Но господа редко дают свое позволение на это. Ведь по закону рабов-супругов нельзя разлучать. Также и дети, прижитые ими в браке, не могут быть проданы отдельно от родителей. Если всем рабам будет разрешено жениться и заводить детей, то через одно-два поколения их станет слишком много. Поместье не сможет обеспечить их всех работой, прокормить всех их ребят. Понимаешь, браки между рабами невыгодны господам прежде всего с экономической точки зрения. Но в виде исключения такие разрешения даются. А почему ты спрашиваешь? Хочешь жениться на Кейтале?

Паг опешил:

- Так вам все известно?

Касами ответил, чеканя слова:

- Ничто из происходящего в имении не укрывается от взора моего отца. А он полностью доверяет мне. Это большая честь!

Паг задумчиво кивнул.

- Я еще не знаю, готов ли взять ее в жены, - пробормотал он. - Она мне очень нравится, но что-то удерживает меня от этого шага...

Касами нахмурился и назидательно проговорил:

- Помни, что ты живешь на свете лишь благодаря моему благоволению к тебе. А то, как ты живешь, всецело зависит от моего отца! - Он умолк, переводя дыхание. Паг не мог не подивиться происшедшей в нем перемене. Касами, несколько минут тому назад державшийся с ним с такой дружелюбной открытостью, с таким подкупающим доверием, в мгновение ока снова превратился в сурового господина, во власти которого находилась жизнь множества невольников, в том числе и самого Пага. Словно прочитав его мысли, Касами кивнул и немного мягче добавил: Помни, Паг, что закон очень суров. Раб никогда не может стать свободным. Но ведь плантация и поместье - это не одно и то же, не так ли? Вы, мидкемийцы, слишком уж нетерпеливы! - И он раздраженно повел плечами.

Паг не до конца уловил значение его последней фразы. За последнее время он стал лучше понимать цурани, но порой их манера выражаться, двойной смысл, вкладываемый ими в некоторые слова и фразы, ставили его в тупик. Но он решил не продолжать этот разговор и вновь сменил тему:

- Как идет война?

Касами тяжело вздохнул:

- Плохо. Для обеих сторон. Ни мы, ни мидкемяне за последнее время не добились значительных успехов. Обе стороны удерживают свои позиции. Короткие стычки между отдельными отрядами приводят лишь к бессмысленному кровопролитию. Война ведется бестолково, и это не делает чести тем, кто ее начал.

Паг был немало удивлен словами молодого офицера. Он привык считать цурани воинственным народом. На протяжении всего их пути в поместье, а до этого - из лагеря в Джамар - им то и дело встречались воинские отряды. Такого количества солдат не было и не могло быть в Королевстве Островов. Для Империи же военные походы наверняка являлись смыслом существования всей нации. Оба сына старого Камацу, как и он сам, были офицерами. Пагу не верилось, что один из них мог дать столь низкую оценку действиям своих военачальников.

Поймав на себе его недоуменный взгляд, Касами помотал головой и с оттенком досады пробормотал:

- Боюсь, под вашим мидкемийским влиянием я стал слишком мягкосердечен. - Он помолчал. - Пойдем-ка в дом. Ты расскажешь мне кое-что о вашем Банаписе. Я не вполне уяснил себе... Внезапно он осекся и, схватив Пага за руку, стал настороженно прислушиваться к чему-то. - Нет! Не может быть! - В следующее мгновение он бросился к дому, пронзительно крича: - К оружию! На нас напали тюны!

Паг быстро взобрался на крышу конюшни. Вдалеке, у кромки леса, примыкавшего к широкому полю, он не без труда разглядел какие-то темные фигуры, стремительно мчавшиеся к поместью.

Паг никогда прежде не видел существ, которых цурани называли тюнами. Теперь, все увеличиваясь в размерах по мере приближения к ограде владений Шиндзаваи, они стали вполне различимы. Тюны сперва показались Пагу похожими на всадников, во весь опор скакавших на лошадях, затем он определил в их странном облике черты сказочных кентавров. Когда их стадо отделяли от поместья лишь несколько десятков ярдов, он рассмотрел поджарые, как у лосей или оленей задние ноги, мощные туловища, похожие на человеческие, и отвратительные, злобные, заросшие волосами морды, подобные обезьяньим. Тела тюнов покрывала густая длинная шерсть серовато-коричневого цвета. В руках они держали тяжелые палицы и топоры.

Хокану и воины, охранявшие поместье, заняли позиции вдоль изгороди. Лучники вынули стрелы из колчанов, остальные обнажили мечи.

К Пагу подбежал запыхавшийся Лори. Он держал в руках свою лютню.

- Что случилось?

- Поместье атакуют тюны!

Трубадур положил инструмент на землю и бросился в конюшню. Паг помчался следом за ним.

- Что ты затеял. Лори?

Взгромоздившись на спину самой крупной кобылицы, Лори невозмутимо ответил:

- Хочу отвести лошадей в безопасное место.

Кивнув, Паг широко распахнул ворота конюшни. Лори выехал во двор верхом на смирной рыжей кобыле, но серый жеребец загородил дорогу остальным. Поколебавшись, Паг со вздохом проговорил:

21
{"b":"71629","o":1}