ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А тем временем болезнь не отступала, становилось всё хуже и хуже, чем я заставил понервничать и так уже обезумевшую мать, стараясь не давать ей повода для беспокойства. В итоге меня погрузили на автомобиль, так как передвигался я уже с трудом, и отправили с направлением, в военный госпиталь города Подольск, московской области. Вот где я снова испытал скотское отношение к военнослужащим срочной службы, хоть и был на то время младшим сержантом. Это уже не Самарский госпиталь, здесь особо никого не интересовали мои заслуги перед родиной, поблажек никаких не было, да и на лечение приняли, как будто делая одолжение. В общем, не долечив, выписали за нарушение госпитального режима, при этом изрядно поиздевавшись. Как я тогда не завалил начальника отделения, сам поражаюсь. А на кануне я просто немного выпил, опоздав на построение. Необходима была разрядка, так как ночью спал плохо, пытался отвлечься написанием стихов, но стихи то, всё про то же о чём душа и болела. Днём всё время дёргали, спать не давали, ссылаясь на режим. Так вот, когда меня начальник отделения (подполковник) "запалил" опоздавшего на построение, с запахом алкоголя, то заставил постепенно выпить ведро воды, вызывая рвотный рефлекс, от чего мне стало совсем плохо и до утра меня рвало, хоть и нечем было. До сих пор вспоминаю слова этого подонка: "Ты ху...и сюда приехал, уё...ай обратно в Чечню, мне просто так здесь такие му...и не нужны. Может денег гад хотел, не знаю. Вот так, а мы всё удивляемся, - за что же так не любят москвичей за её пределами? - вот за это хотя бы и не любят, а ещё за тот откровенный, пофигизм на всё, что их не задевает. Не все, конечно, такие, но отдельные экземпляры всё же имеются, являясь той всем известной ложкой дёгтя в бочке мёда. Так что после увольнения в запас из Вооружённых Сил Российской Федерации мне пришлось заново привыкать к московской жизни. Долечиваться в результате пришлось в другом военном госпитале посёлка Хлебниково, московской области, это благодаря мамке, с боем записавшейся на приём к начальнику московской военной прокуратуры, который на удивление пропесочил своих подчинённых и дал мне возможность подлечиться. Госпиталь не особо мне понравился. К счастью там я встретил старослужащего Кремлёвских войск Сергея, который помог мне реабилитироваться. Благодаря ему бодрость духа восстановилось, не смотря на очередной армейский дебилизм. Представляете, дедушку под дембель хромого с реактивным полиартритом заставляют мыть палату и ходить в наряды по кухне, где необходимо переносить тяжёлые предметы на сквозняке?! Конечно же я этого не делал. Когда я просыпался, вся работа была уже сделана "слонами", благодаря Сергею. Повезло, что встретил такого хорошего человека! А вечером, лёжа в своей палате, непременно просматривали концертную программу поставленную "духами" и "слонами". Можете себе представить картину? По центру палаты на стуле стоит самый длинный военнослужащий из молодых и держа в руке место гитары швабру исполняет популярные песни, в том числе и "пора, домой" рок-группы "Сектор газа". С лева от него сидит сослуживец и с помощью найденных палок изображает барабанщика, а справа такой же "музыкант" "играет" на бас гитаре. В ближнем углу отжимаются "залётчики" не своевременно выполнившие в течение дня, какое либо поручение старослужащих. И дополняют картину, сидя на одной ноге, опёршись о стену двое "слонов" смотрящих на противоположную стену с постоянно повторяющимися словами: Ух, ты! Вот это да! Во дают! По окончании концерта, гаситься свет и очередной дух рассказывает сказку на ночь. "Спи деток, спокойной ночи".... Нет, всё-таки хорошая школа жизни, - армия.

Вскоре начальник отделения, прознав о том, что я не выполняю поставленные персоналом госпиталя задачи, выписал хромого "дембеля" и отправил обратно в часть.

По возвращении в полк приятного оказалось мало, так как "Грейдер" (командир батальона по национальности дагестанец) лютовал и устроил на "дембелей" настоящую травлю, оскорбляя при этом фразами типа:

-"...Вас послали подыхать, так ху...и вы припёрлись живые".

- Тварь! Однозначно! Как сказал бы Владимир Вольфович Жириновский.

Однажды к нам, из соседней казармы лётного полка заявились дагестанцы, служащие по принципу землячества. Для тех, кто не в курсе поясняю, что землячество это такой вид службы, когда военнослужащие по национальному признаку и территориальности проживания собираются в отдельные преступные группы и занимаются вымогательствами и насильственными действиями в отношении всех прочих военнослужащих, не исключая офицеров и других контрактников. Конечно же, тех, кого могут подчинить своей воле. Этих подонков особо не заботит, где продолжать свою никчёмную жизнь, - в тюрьме или на воле. Им ведь после "службы" возвращаться в свои горы и дальше существовать в виде леших, спускаясь за солью на некоторое время. Хе, хе, хе.... Вот и беспредельничают.

Так вот, заходит в нашу казарму кучка таких горбоносых красавцев, и начинают вызывающе диалог с "духом" дневальным, не обращая на его команду, "Дежурный по роте на выход", никакого внимания.

- Ну что? Чё тут у вас за перцы из Чечни повозвращались. Щас будут у нас отсасывать?!

На их беду дежурный по роте, из тех, кто недавно возвратился с боевых действий услышал данный диалог и прихватив боевых товарище с помощью подручных средств наваляли люлей супостатам. В ход даже пошёл давно не работающий огнетушитель, висевший обычно при входе. Так и прогнали гадов пинками под жопу, наказав вечной фразой: "Кто с мёчём к нам придёт, - тот от меча и погибнет!" Вот она где доблесть и гордость за русского солдата!!! Подумать только, а ведь не один из этих дагестанцев не пошёл добровольно защищать свою землю, без зазора отдав данную привилегию русским парням. Подонки, они и есть, - подонки. Хотя нечета им, единственный молодой дагестанец "дух", поехал вместе с нами защищать свою Родину.

Ещё один казус стоял в том, что разворованную за время командировки, материальную часть полка, пришлось восстанавливать выплаченными боевыми. За износившуюся во время боевых действий и утраченную форму тоже пришлось платить. Масло в огонь подлили и расслабленные "слоны" дезертировавшие из части. И в своё оправдание поясняли, что испугались дембелей возвращавшихся к тому времени из командировки, хоть их то и не били даже, как это было с нами. Денег давали, посылая в магазин, за чем ни будь съестным. Извечная нехватка сладкого, напоминающего родные края. Ну да ладно, что уж об этом вспоминать, ведь вернулись же домой и хорошо, правда, не все здоровые, с компенсацией за потерю которого нас к стати тоже кинули. Вот и защитили родину - Мать нашу.

Тем не менее, в конце апреля надев дембельскую форму, я навсегда покинул полк связи и этот небольшой городок Зернорград о существовании которого вряд ли когда-либо узнал, если бы не служба. Все срочники мечтают об этом дне. Особенно о том, что после увольнения в запас можно набить лицо надоедливым офицерам. Я то же так думал, но в действительности поскорее без оглядки помчался на вокзал и домой, домой! К новой жизни.

Не успев дойти до вокзала Ростова-на-Дону, я подвергся досмотру сотрудниками милиции. Но естественно в моей сумке не оружия не боеприпасов не нашли. А как же, что я идиот? Место возвращения домой статью на себя вешать было бы, по меньшей мере, глупо. При входе в военный зал железнодорожного вокзала меня задержал военный патруль.

- Так, товарищ младший сержант, почему нарушаем форму одежды? - дерзко спросил старший лейтенант, дыша перегаром. Что это за нагрудные знаки?

- Старлей, не видишь что ли, домой еду! Дембель я! А значки: классный специалист, долг и честь, участник боевых действий в Чечне, ДМБ-2000, - всё заслужено.

- Что-то я не вижу их в военном билете. Я тебя за это могу сдать в комендатуру.

- Старлей, оно тебе надо? Сейчас договоримся, - сказал я, дав понять, что двое срочников патрульных здесь лишние.

- Солдатики идите-ка, погуляйте.

Срочники недовольно удалились, закрыв за собой дверь. А полупьяный старлей, получив двести рублей, обрадовался и разрешил мне двигаться дальше.

26
{"b":"71630","o":1}