ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он потратил какое-то время, чтобы утихомирить возбуждение и взять себя в руки. Принял предложенный бокал, стараясь оставаться спокойным.

Одновременно он пытался придать лицу такое выражение, которое подсказало бы Саше, что он ее очень хочет.

Наконец Георгий прервал затянувшееся молчание:

- Мне очень жаль, что мы как-то не так встречаемся - не так, как в прошлый раз, в тот вечер.

Она подняла бокал и сделала жест, напоминающий воздушный поцелуй.

- Не стоит теперь вспоминать об этом.

- А разве не жаль...

- Он был и прошел.

- Ну уж, извините, трудно поверить в это!

- Не сомневайтесь!

Быстро опустошила бокал и поставила его на стол.

- Выходит, я не такая, как, скажем, вы себе представляли?

- Саша...

- Георгий... У меня сегодня плохое настроение...

- Ну, сказала тоже! Ты сегодня полный нуль, самый настоящий, хотя и фигура у тебя прекрасная и грудь великолепная.

- Бывает и такое?

- А что не бывает, скажи?

- Не мне отвечать тебе на этот вопрос.

- Ладно. Давай развеем твое настроение и поедем в ресторан?

Саше не хотелось никуда уезжать из дома - здесь так уютно! И потом это ее дом, которого у нее никогда не было. "Дура, ты дура, Саша! - сказала она себе. - Разве так надо встречать Георгия?" Она решает переиначить всю встречу.

...Как только в коридоре раздается звонок, Саша бросается к двери и, не глядя в глазок - она знает, как звонит Георгий, открывает ее и, повиснув у него на шее, начинает его целовать со словами: "Как я тебя люблю, Георгий... Георгий... Георгий... Произнеся это имя несколько раз, Саша крепко засыпает...

Утром она идет на то место, где они встречаются с Наташей и долго стоит там. Соседки все нет и нет. Понимает, что та и ее ребенок, скорее всего, задерживаются на процедурах. Ей хочется поговорить, облегчить душу. И она обращается к себе:

- Ты, помнится, видела сон про настоящего мужчину, так, что ли? И снова молчит.

- Смотря, что под этим понимать, - говорит Наташа, появившись в своей клетке, и услышавшая фразу, сказанную Сашей.

Та же, из-за своей задумчивости, не заметила ее прихода.

Саша приходу ее обрадовалась. Ее ребенок крепко спал на руках, присосавшись к груди. Невольно она обратила внимание на наташину фигуру. После родов та не растолстела, живота не было и она могла похвастаться своей стройностью. Только грудь у нее стала гораздо больше из-за обилия молока. "Я буду такой же после родов, недаром мы занимаемся "спортом", но грудь у меня увеличится, я рожу второй раз", - подумала Саша и провела рукой по своей груди, ощутив, что она тяжелая, и крупная уже сейчас.

Она хотела продолжать разговор с Наташей, но за спиной ощутила какую-то перемену обстановки, и шум от скачков, приближающегося к ней Микки - его походку она хорошо знает.

Микки уже возле нее и она не сомневается в его намерениях. Чтобы отделаться от него, быстрым движением бросается на пол, принимает классическую позу с раздвинутыми ногами и улыбается. Этим она хочет сказать Микки: "Скорей делай свои дела и катись отсюда!"

Однако впервые за все время, проведенное вместе, похоже, тот ее не понимает.

Он стоит над ней и корчит "рожи".

Саша смотрит на него снизу вверх и начинает соображать, - что-то не так.

- Только не говори "нет", - с некоторой долей сомнения выражается она на обезьяньем языке: - Лучше сейчас, чем потом. Ты мне изрядно надоел.

Микки мотает головой и засовывает пальцы в свой рот.

Саша садится, берет его морду в свои руки, раскрывает его пасть и видит, что в ее левой стороне между зубами застряла здоровенная щепка, которая причиняет сильную боль. Она резко бьет Микки по голове, чтобы тот сидел смирно и держал пасть открытой, при этом она угрожающе на него шипит.

Тот все понимает и старательно выполняет команду.

Саша не намерена делать две попытки. Животное это не поймет. Они делают все сразу и довольствуются тем, как получится. Но ей, в этом случае, так делать нельзя. Она берется двумя пальцами за щепку и осторожно ее расшатывает. Микки сильнее стонет - ему больно. Саша поднимает одну ногу и держит ее на отлете, - если Микки начнет дергаться, она его саданет ногой как следует, он успокоится и даст ей время закончит операцию... Вот посторонний предмет хорошо расшатался...

Саша набирает побольше воздуха в грудь и сосредотачивается на своих пальцах, прочно вцепившихся в щепку... Хорошо, что она не отстригла ногти на пальцах рук, а собиралась... Рывок, и щепка в ее руках! Микки чувствует облегчение, но не двигается, а с опаской косится на поднятую ногу Саши и правильно делает! Та своим ногтем выковырывает между зубов мелкие щепочки. Потом плюет на палец и своей слюной замазывает покрасневшее место на десне. Операция закончена! - Саша испускает облегченный вздох, опускает ногу и смотрит на Микки. Тот сидит неподвижно - ему надо ощутить, что боль утихает и вот... она почти совсем прошла! Радость - то какая! Он вскакивает на ноги, улыбается Саше, выражая ей так свою благодарность и мчится к дереву. Через несколько мгновений - он на его вершине и оттуда что-то радостное вопит, как нельзя довольный, что боли нет.

Саша медленно поворачивается к Наташе.

Та не изменила позы и все еще продолжает держать своего ребенка у груди. Улыбалась и даже смеялась, наблюдая за действиями Саши.

- Ты что? - спросила ее Саша и сама засмеялась. И прежде чем она подобрала подходящие слова, Наташа опередила ее:

- Ты так быстро плюхнулась на пол, что похоже ждала - тебя трахнет настоящий мужчина!

- Что ж, это не так уж и плохо было бы! - заметил она.

Наташа быстро возразила:

- Брось ты все это переживать. Почему тебя так трогает, когда к тебе приближается Микки? Не обращай внимание, не дергайся... Ты уже привыкла к нему... Ну и что? Надо каждый раз переживать? Плюнь! Результат один ребенок, к тому же ты беременна, ну и успокойся! Поняла? Посмотри на меня вот он ребенок. И у тебя скоро будет такой, Что молчишь?

Саша кивнула головой. Сказать ей было нечего - действительно теперь у нее будет ребенок и ничего изменить нельзя. Может быть и вправду, не следует и дергаться, как у нее получилось в последнем случае: раз, и на пол перед Микки, а ему и не то совсем надо было!

Она снова рассмеялась и с просветленным лицом посмотрела на Наташу и ее ребенка.

Та заметила изменение в ее настроении и сказала:

- Так-то лучше! Давай не вешать нос!

Саша кивнула головой и хотела что-то сказать, но в это время они услышали грубый голос женщины, обращавшейся к ним:

- Эй, девки! Идите сюда!

Посмотрели в сторону голоса и обнаружили, что в третьей клетке, не Диди, а кто-то другой.

Подошли поближе. Увидели: перед ними стояла новая женщина.

Наташа тихо произнесла:

- Нашего полку прибыло.

- Чего шепчетесь? Подойдите поближе! Я вместо Диди. Нам дали пообщаться и я все знаю и о ней, и о вас и, что меня здесь ждет. А все потому, что я здесь добровольно, за хорошие деньги... Давайте, я угадаю, кто из вас кто?.. Ты, с животиком, наверно, Кинди, а ты с ребенком Джессика... Так?

Женщины кивнули.

- А меня зовут Дуду. Что, здорово? На самом деле я Дарья, Дашка... Зовите как хотите. Мне все равно! Я уже пообщалась со своим Додо... Так хлюпик. Мне нужен экземпляр побольше... Посмотрите на меня: такой бабе нужно все большое!

Женщины уставились на новенькую. Перед ними, как и они сами, стояла, в чем мать родила, крупная женщина. Все у нее поражало своей массивностью: ноги, бюст, похожий на хороший бочонок, руки, не обхватишь и двумя ладонями, крупная голова с гривой густых волос до плеч. На лице - круглые, почти немигающие глаза, и толстые вывернутые губы. Кожа на лице и теле белая, чистая с приятным матовым отливом и на ней нигде не замечалось ни опрелостей, ни пятен от пота или потертостей. А что самое замечательное необъятной ширины бедра на высоких ногах производили ошеломляющее впечатление о необычной женщине... А на самом деле, по ее словам, она рядовая проститутка.

51
{"b":"71641","o":1}