ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Старший помощник отдал ему честь.

— Есть, сэр! — хрипло произнес он.

Греттир покинул мостик. Он знал, что офицеры и члены экипажа, сидевшие в креслах по периметру мостика, тайно провожают его взглядами. На мгновение он остановился, чтобы зажечь сигару. Он с удовлетворением отметил, что руки у него не дрожат, а лицу постарался придать выражение уверенности.

Не торопясь, подавляя желание побежать, он миновал мостик и подошел к спусковой шахте. Греттир задом спустился в шахту и выпустил дым изо рта, не заботясь о том, как он выглядит, раз его уже не могли видеть с мостика. Он подобрался перед стремительным падением вниз и последующим резким торможением. Регулятор он поставил на 14-й отсек; двери раскрылись, и он вышел в коридор, где его уже ждал автоперевозчик с водителем. Греттир забрался внутрь, уселся и сказал, куда ехать.

Через две минуты он был уже рядом с МакКулом. Главный инженер показал в дальний конец коридора. Там на полу лежали без сознания два морских пехотинца. Дверь, ведущая в машинное отделение, была открыта. Вторая дверь, то есть решетка, захлопнута. Свет в машинном отделении оказался погашен. По другую сторону решетки двигалось какое-то белое пятно. Это было лицо Донны Веллингтон, которое просвечивало сквозь шлем.

— Надо уменьшить ускорение, — сказал Греттир. — Мы сейчас движемся гораздо быстрее, чем разрешалось даже беспилотному испытательному кораблю. Насчет того, что может произойти с кораблем при таких скоростях, есть куча предположений — и все они неутешительны.

— Некоторые из них мы уже успели опровергнуть, — ответил МакКул. Он говорил спокойным голосом, но на лбу у него были капли пота, а под глазами легли тени.

— Я рад, чти вы пришли сюда, сэр, — продолжил МакКул. — Она как раз грозилась перерезать проводку амортизаторов етс, если вы не покажетесь в течение двух минут. — Разведя руки в стороны, он изобразил огромный расширяющийся сгусток света.

— Я с ней поговорю, — сказал Греттир. — Только не могу понять, что ей может быть нужно.

Казалось, МакКул колебался. Греттир хотел было спросить, какого черта он сомневается, но передумал.

— Ваши люди пусть остаются здесь. За мной идти даже не пытайтесь.

— А что нам делать, сэр, если она станет в вас стрелять?

Греттир вздрогнул:

— Пускайте в ход пушку. Не бойтесь задеть меня, если придется. Уничтожьте ее! Только отрегулируйте длину луча так, чтобы достать ее, но не разрушить двигатели.

— Но почему бы не сделать это, пока ваша жизнь вне опасности? — спросил МакКул.

Греттир замялся, потом ответил:

— Главное, за что я отвечаю, — это корабль и его экипаж. Эта женщина не в себе, она не понимает, что делает. Она же не представляет себе всех последствий. Я хочу попробовать ее уговорить.

Он отстегнул от пояса коммуникатор и пошел по коридору к решетке, за которой в темноте двигалось светлое пятно. По спине побежали мурашки. Все взгляды были прикованы к нему.

Кто его знает, что эти люди про него говорят, а особенно думают.

Страсть, которую Донна Веллингтон к нему испытывала, и его неспособность ей противостоять забавляли до поры до времени весь экипаж. Говорили, что она сходит по капитану с ума, не понимая, что она и в самом деле потеряла рассудок. Тогда они смеялись. Теперь вот не до смеха.

Даже узнав, что она и правда душевнобольная, кое-кто все равно обвинит его в том, что случилось. Наверняка они теперь думают, что, если бы он обращался с ней по-другому, они не оказались бы на пороге гибели.

Он остановился, не доходя до решетки одного шага. Теперь он мог разглядеть лицо женщины — в черно-белую клетку.

Греттир ждал, чтобы она заговорила первой. Прошла целая минута, пока она не произнесла: — Роберт!

Ее голос, обыкновенно низкий и приятный, был тонким и напряженным.

— Я не Роберт. Меня зовут Эрик. — сказал он в коммуникатор. — Я капитан Эрик Греттир, миссис Веллингтон.

Наступила тишина. Женщина придвинулась ближе к решетке.

Ее глаз сверкнул голубизной, когда на него упал лучик света.

— Почему ты так меня ненавидишь, Роберт? — спросила она жалобно. — Ведь ты любил меня. За что ты от меня отвернулся?

— Я — не ваш муж, — сказал Греттир. — Посмотрите на меня. Разве вы не видите, что я — не Роберт Веллингтон? Я — Греттир, капитан «Слейпнира». Вы должны понять, кто я на самом деле, миссис Веллингтон. Это очень важно.

— Ты меня не любишь! — пронзительно закричала она. — Ты выдаешь себя за другого, чтобы от меня отделаться! Не выйдет! Я тебя ни с кем не перепутаю, скотина! Ты скотина! Я тебя ненавижу, Роберт!

Под напором ее гнева Греттир невольно отпрянул. Он увидел, как из тени вынырнула ее рука и блеснул оружейный ствол. Ничего поделать было уже нельзя — она выстрелила; ему в лицо сверкнул луч белого света.

Свет сменился тьмой.

Впереди, а может быть, вверху, в темноте виднелось что-то серое. Какая-то сила медленно, судорожно толкала Греттира к этому пятну, как будто его проглотил кит, а теперь хочет извергнуть наружу, и вот глотка Левиафана сжимается, выталкивая его к открытому рту.

Далеко позади, откуда-то из китового нутра, раздавался голос Донны Веллингтон.

— Роберт?

— Да Эрик я! — закричал Греттир. — Эрик!

Сразу после старта с Асгарда, когда «Слейпнир» еще плелся со скоростью 6200 километров в секунду, они приняли сигнал бедствия. Его подавал космический корабль, находившийся на полпути между 12-й и 13-й планетами Альтаира. Командование не поставило бы ему в вину, если бы Греттир проигнорировал этот сигнал, но он изменил курс и поспешил к гибнущему кораблю, стрлкнувшемуся с метеоритом. Внутри его они нашли изуродованное тело мужчины. А еще — женщину в состоянии глубокого шока.

Роберт и Донна Веллингтон были асгардианами во втором поколении, кандидатами наук в области биотатологии, защитившими диплом по астрогации. Они пытались собрать образцы «космического планктона» и «космических гидроидов» — форм жизни, зародившихся в районе, лежавшем между орбитами внешних планет системы Альтаира.

Крушение, смерть мужа и гнетущее чувство одиночества, покинутости и безнадежности, испытанное ею в течение восьмидесяти двух часов, прошедших до момента спасения, наложили на сознание миссис Веллингтон свой отпечаток. Хотя, наверное, правильнее было бы сказать, что ее сознание распалось на части.

Когда женщина, как показалось поначалу, выздоровела, она стала принимать Греттира за своего мужа — их внешнее сходство и правда было поразительным. Вначале Греттир был к ней добр и внимателен и часто заходил в лазарет. Потом, следуя советам доктора Уиллса, стал держаться с ней строже.

Ну вот — а результат оказался неожиданным., Позади визжала Донна Веллингтон, а круглое сумеречное пятно впереди стало ярким — и тут он освободился. Он открыл глаза и увидел лица доктора Уиллса и МакКула, склонившихся над ним. Греттир лежал в лазарете.

— Мы уж было подумали… — начал МакКул, улыбнувшись.

— Что это было? — спросил Греттир. Потом он сказал: — Я знаю, что она сделала. То есть…

— Она выстрелила в вас полным зарядом, — сказал МакКул. — Но большую часть энергии поглотили прутья решетки. Вам только обожгло кожу на лице и сбило с ног. Хорошо, что вы успели зажмурить глаза.

Греттир сел. Он ощупал свое лицо; для утоления боли и восстановления кожи оно было покрыто жирным слоем регенерирующей кожу мази.

— У меня дико болит голова.

— Я сейчас вернусь, — сказал Уилле.

— Как обстановка? — спросил Греттир. — Как вам удалось вытащить меня у нее из-под носа?

— Мне пришлось это сделать, капитан, — ответил МакКул. — Иначе она бы в вас опять выстрелила. Остатки решетки разнесло выстрелом из пушки.

— Миссис Веллингтон — она погибла?

— Да. Но не от выстрела. Произошло нечто странное. Она сняла скафандр и осталась без ничего. Потом вышла из машинного отделения через шлюзовой отсек. Обнаженная, как будто предлагала себя в невесты самой смерти. Нас едва не унесло потоком воздуха, который устремился наружу, потому что она установила рычаг регулировки таким образом, что внутренняя дверь осталась открытой. Слава Богу, мы все-таки успели ее закрыть.

2
{"b":"71644","o":1}