ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Если они и чувствовали себя покинутыми, отрезанными от своего мира, теперь люди все же могли контролировать свои чувства. Ведь капитан не говорил им: мы попробуем вернуться; он сказал: мы возвращаемся. Они через многое прошли с ним вместе, и он их никогда не подводил. Эта вера помогала им вынести бремя своего отъединения от человечества.

Когда «Слейпнир» занял место рядом со спутником, тело Донны Веллингтон снова вынырнуло из-за большой сферы, двигаясь мимо спутника и корабля. Руки огромного тела были окоченело раскинуты в стороны, ноги вытянуты. В тусклом свете кожа казалась иссине-черной от того, что под ней была кровь из лопнувших вен и артерий. Рыжие волосы, собранные в пучек Психеи, казались черными. Глаза со сгустками черной крови на белках, каждый — больше, чем мостик «Слейпнира», были открыты. Губы растянулись в предсмертной гримасе, а зубы походили на вымазанную сажей решетку в воротах замка.

Вращаясь вокруг невидимой оси, тело миновало сферу и корабль.

Ванг сообщил, что на поверхности большой сферы видны три «тени». Они двигались одновременно со спутником, трупом и кораблем. Увеличив изображение на стенном экране мостика, они рассмотрели, что каждая из «теней» повторяет силуэт одного из трех тел на орбите. Тени, бывшие лишь немного темнее поверхности, оказались вогнутостями, которые передвигались по оболочке планеты. Вдоль контура тени на поверхности возникала складка, переходившая в небольшое углубление внутри контура.

Если тень «Слейпнира» правильно отображала его форму, из длинной иглы корабль превратился в веретено с закругленными концами и перетяжкой посередине.

Пока труп Донны Веллингтон пролетал мимо малой сферы и корабля, ее тень — или «отпечаток» — перевернулась. Там, где должна была быть голова, теперь были ноги, и наоборот.

Она скрылась, обогнув планету, а когда появилась с другой стороны, ее тень снова стала «правильным» отражением. Такой она оставалась, пока Донна не миновала спутник, а после снова перевернулась.

Греттиру доложили, что в пространстве рядом со сферами, по-видимому, не было никаких признаков материи. Не удалось обнаружить ни атома, ни микрочастицы. Больше того, несмотря на отсутствие какого-либо излучения, температура на обшивке корабля и в десяти метрах от нее колебалась вокруг 70 градусов по шкале Фаренгейта с амплитудой в 20 градусов.

Когда они сделали три оборота, Греттир заметил, что корабль сильно уменьшился в размерах. А может быть, малая сфера стала больше. Или то и другое одновременно. Кроме того, на обзорном экране бяло видно, что еще во время первого облета кораблем спутник изменил свою шарообразную форму и превратился в утолщенный диск.

Все это привело Греттира в замешательство, и он хотел было связаться с Ван Вурденом, главным физиком, когда труп миссис Веллингтон снова взошел над сферой. Тело догнало и другой спутник, и на мгновение большая сфера, спутник и «Слейпнир» оказались на одной прямой, словно нанизанные на невидимую струну.

Неожиданно спутник и тело рванулись навстречу друг другу.

Они прекратили движение, когда между ними оставалось меньше четверти километра. Как только спутник занял новую орбиту, он снова принял округлую форму. Во время этой перестановки руки и ноги Донны Веллингтон пришли в движение, как будто она снова ожила. Ее руки сложились на груди, а ноги согнулись, так что бедра оказались прижаты к животу.

Греттир вызвал Ван Вурдена.

— Я знаю о том, что здесь происходит и чего можно ожидать в будущем, не больше, чем последний юнга — если бы он у нас был, — сказал физик. — Мы обладаем очень неполными и противоречивыми данными. Я могу только сделать предположение, что Донна Веллингтон и спутник обменялись энергией.

— Квантовый скачок? — спросил Греттир. — Если это так, почему на корабле не произошло потери или прибавки энергии?

— Извините, сэр, — перебила Дарл. — Но утечка была. За 0,8 секунды мы потеряли 50 мегакиловатт.

— «Слейпнир» мог увеличить свои относительные размеры за счет снижения скорости, — сказал Ван Вурден. — А может быть, скорость не имеет к этому отношения или влияет только отчасти. Возможно, изменение взаимного расположения тел в пространстве вызывает другие изменения: формы, размера, энергетического уровня и так далее. Не знаю. Скажите, насколько велика сейчас эта женщина — то есть труп — по сравнению с кораблем?

— Судя по показаниям радара, она в восемьдесят три раза больше. Она увеличилась. Или это мы уменьшились.

Глаза Ван Вурдена расширились еще больше. Греттир поблагодарил его и отключился. Он отдал распоряжение вывести «Слейпнир» на ту же орбиту, по которой вращалась малая сфера, но за десять декаметров перед ней.

Ван Вурден снова вышел на связь.

— Скачок произошел, когда мы оказались на одной прямой с тремя другими телами. Возможно, при определенных условиях «Слейпнир» становится своего рода геометрическим катализатором. Хотя это, конечно, только аналогия.

Ванг проговорил команду в интерфейс компьютера, который помещался у него на запястье. Вскоре «Слейпнир» пристроился впереди малой сферы. Радар показал, что размеры корабля и спутника стали примерно одинаковыми. Размеры трупа, сделавшего еще один виток, относительно корабля не изменились.

Греттир велел развернуть корабль носом в сторону сферы.

Когда маневр был завершен, их скорость уменьшилась. Корабль тормозился обратной тягой, в то время как выбросы из боковых дюз удерживали его на прежней орбите. Поскольку планета не притягивала корабль, чтобы удержаться на орбите, приходилось постоянно манипулировать тягой. Сфера теперь становилась все больше и медленно приближалась к кораблю.

— Радар показывает, что по отношению к спутнику мы проходим 26,6 декаметра в секунду, — сказал Ванг. — Судя по расходу энергии, наша скорость в 25 000 раз больше скорости света. Между прочим, когда мы вышли из нашего мира, у нас была другая скорость.

— Еще тормозите, — сказал Греттир. — Сбавьте скорость до 15 дкм.

Сфера надвинулась на них, заполнила весь экран, и Греттир невольно приготовился к столкновению, хотя и не думал, что оно произойдет — он даже не пристегнулся к креслу. Никакого удара и не было: корабль прорвал «оболочку» вселенной.

Греттиру докладывали об аберрациях на корабле, когда он покидал Вселенную, поэтому то, что произошло потом, не было для него абсолютно неожиданным. Несмотря на это, он не мог сдержать испуг и замешательство, когда передняя часть мостика внезапно вздулась, а потом пошла рябью. Экран, переборки, палуба и люди на ней — все заколыхалось, как холст на сильном ветру. Греттир почувствовал себя так, будто его тело растаскивают во все стороны одновременно.

Тут раздался крик Ванга, к которому присоединились другие голоса. Ванг вскочил со своего места и вытянул вперед руки, как бы защищаясь. Греттир, который стоял за ним и немного сбоку, застыл, увидев в воздухе десятки маленьких, размером с муху, горящих искр, которые летели сквозь звездный экран и переднюю переборку прямо на него. Он вышел из оцепенения как раз вовремя, чтобы увернуться от одного из этих шариков, раскаленного добела. Но следующий попал ему прямо в лоб, заставив завопить.

Множество таких тел пронеслось мимо него. Одни были белые, другие зеленые; еще одно было цвета топаза. Они были везде: у него над головой, на уровне пояса, а одно пролетело у самой палубы. Он пригнулся, уклоняясь от двух искр, пролетевших выше, и увидел Наги, офицера связи, скорчившегося в приступе рвоты. Один из огоньков упал прямо в массу, вытекшую у него изо рта, и погас, выпустив струйку дыма. Потом передняя часть мостика снова обрела твердость и былую форму. Она больше не пропускала горящих шариков. Греттир обернулся посмотреть на задние переборки мостика, затронутые волной деформаций. Они тоже пришли в нормальное состояние. Греттир выкрикнул «капитанский» код, чтобы принять управление у Ванга, стонавшего от боли. Он поменял курс корабля, направив его «вертикально вверх». Движения «вверх» нельзя было почувствовать из-за искусственного гравитационного поля внутри корабля. Неожиданно передняя часть мостика снова изменила свои очертания, а предметы внутри корабля и тела людей снова заколебались.

4
{"b":"71644","o":1}