ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ван Вурден бессмысленно смотрел на него, пока Греттир не выключил изображение. Шагая взад и вперед, он наступил на маленький почерневший шарик, лежавший на палубе, и лицо его скривилось, когда он увидел, что раздавил его. Миллионы звезд, миллиарды планет, триллионы живых существ. И вот все это холодно и мертво. А что будет, если он еще раз попробует вернуться в родной космос? Погибнет вся вселенная?

Греттир перестал шагать и громко сказал:

— Мы прошли через оболочку дважды, не повредив ее. Значит, надо попробовать лазер!

Никто ему не ответил, но на лицах у всех было написано облегчение. Через пятнадцать минут «Слейпнир» снова очутился перед самой сферой и повернулся к ней носом. Несколько минут корабль не изменял скорость, сохраняя дистанцию между собой и сферой, и за это время с помощью лазерного луча было измерено точное расстояние от конца пушечного ствола до поверхности шара.

Абдул Уайт Игил, командир артиллерийского взвода, привел в боевую готовность одно из носовых орудий. Перед тем как отдать следующий приказ, Греттир помедлил всего несколько секунд. Он сжал зубы так, что почти перекусил сигару надвое, негромко вздохнул и произнес:

— Огонь!

Дарл передала его команду. Луч сверкнул, коснулся оболочки и пропал.

На звездном экране было видно черное отверстие на серой поверхности сферы, в области ее экватора. Отверстие перемещалось и вскоре исчезло из поля зрения, оказавшись с невидимой стороны сферы. Ровно через 33 секунды оно вернулось в исходное положение. Отверстие сжималось. Спустя четыре оборота сферы оно само собой затянулось.

Греттир вздохнул и вытер пот со лба. Дарл доложила, что после первого оборота сферы отверстие остается достаточно большим для того, чтобы корабль мог им воспользоваться. После этого оно становится уже слишком узким.

— Мы войдем туда в начале второго оборота, — сказал Греттир. Управление кораблем передайте бортовому компьютеру; пушку тоже подключите к нему. Все должно быть нормально. Если отверстие станет сжиматься слишком быстро, мы расширим его с помощью пушки.

Он услышал голос Дарл:

— Начинаем маневр, сэр!

Гомес в это время отдавал распоряжение компьютеру. Из пушки вырвался конический белый луч, хлестнул по «защитному слою», или «оболочке», и исчез. Черный круг с диаметром, в три раза большим, чем у корабля, возник на экране и пополз в сторону. Бортовой компьютер тут же включил тягу. Сфера надвинулась, как серая стена, заполнив собой весь звездный экран. Потом показался край отверстия, и экран стал черным.

— Должно получиться, — думал Греттир. — Компьютер не делает ошибок.

Он осмотрелся. Люди на мостике были сейчас пристегнуты к креслам. Большинство лиц было бесстрастно — они были храбрыми и дисциплинированными космонавтами. Но он знал по себе, что, должно быть, — нет, наверняка, — они сдерживаются, чтобы не кричать от страха и боли. Они больше не смогут вытерпеть свою тоску по дому. И когда они пройдут внутрь, вернутся в родное лоно, он разрешит им на время забыть о военной дисциплине. Они будут смеяться и плакать, громко кричать. И он тоже.

Нос «Слейпнира» вошел в отверстие. Так: теперь, если что-нибудь случится, носовую пушку использовать уже не придется. Но не может же…

Завыла сирена. Раздался крик Дарл:

— О Господи! Не получается! Дыра сжимается слишком быстро!

— Удвоить скорость! Нет! В два раза уменьшить! — заорал Греттир.

Ускорить движение вперед означало сделать «Слейпнир» еще больше; при этом он сжимался по продольной оси, но расширялся в поперечнике. В этом случае корабль прошел бы через дыру быстрее, но зазор между краями отверстия и корпусом должен был уменьшиться.

Уменьшение скорости, в свою очередь, хотя и сделало бы корабль меньше, увеличило бы расстояние, которое надо было преодолеть. А это значило, что края дыры все равно могут сомкнуться вокруг корабля.

По правде говоря, Греттир не знал, какие приказы нужно отдавать в такой ситуации и можно ли вообще предпринять что-то такое, что позволит уйти от опасности. Ему оставалось полагаться лишь на интуицию.

По периметру звездного экрана вновь выползла серая завеса. По всему кораблю стал слышен зловещий скрежет мнущегося пластика, задрожали переборки и палуба; людей по инерции бросило вперед, но затем почти мгновенно перестроившееся внутреннее гравитационное поле компенсировало внешние воздействия.

На мостике раздались вопли. Греттир заставил себя не кричать. Он посмотрел на звездный экран. Они опять были снаружи. По экрану быстро двигалась большая сфера. Малая была в углу, а рядом мелькнула огромная иссине-черная ступня. Еще что-то серое. Вдалеке пронеслись другие большие сферы.

Снова планета. Вот и спутник. А вот рука Донны Веллингтон, похожая на уродливого космического спрута.

Когда Греттир снова увидел труп, он уже знал, что корабль оторвался от сферы и направляется к телу. Однако он не ждал столкновения. Орбитальная скорость мертвой женщины была больше, чем у спутника или «Слейпнира».

Сделав запрос о повреждениях, Греттир услышал то, что и ожидал. Кораблю оторвало нос. Вместе с 45 членами экипажа, которые там остались, носовая часть теперь находилась внутри «вселенной» и летела по направлению к дому, достичь которого ей не суждено. Разумеется, все отверстия, которые вели в потерянные отсеки, были автоматически задраены во избежание утечки воздуха.

Однако дюзы обратной тяги тоже оказались отрезанными.

Теперь «Слейпнир» мог двигаться только вперед: чтобы затормозить, ему надо было развернуться кормой по направлению движения.

Греттир распорядился сначала сделать корабль управляемым, а потом развернуть его. МакКул доложил из машинного отделения, что никакие маневры на данный момент невозможны. Столкновение и потеря передних отсеков вызвали неполадки в цепях управления. Он не знал, что было не так, но электронный сканер уже занялся поиском повреждений. Вскоре он связался с мостиком снова и доложил, что это устройство тоже неисправно и аварийный монтаж придется выполнять его людям, пока не починят сканер.

МакКул был встревожен. Он не мог понять причины аварии, так как теоретически ничего такого не должно было произойти.

Даже удар и потеря носовой части не должны были вызвать нарушений в цепях управления.

Греттир попросил его сделать все, что было можно. В это время корабль, кувыркаясь, явно шел на сближение с громадным трупом. Снова происходили какие-то необъяснимые энергетические, пространственные и кинетические взаимодействия, в результате которых «Слейпниру» грозило столкновение с миссис Веллингтон.

Греттир отстегнул ремень и зашагал взад и вперед по мостику. Хотя корабль и кувыркался, благодаря внутреннему gполю экипаж этого не чувствовал. Если не смотреть на звездный экран, казалось, что судно идет устойчиво и ровно.

Греттир попросил вычислить, когда произойдет столкновение и о какую часть тела ударится «Слейпнир». Его интересовало, в какое место попадет корабль — в твердое или в мягкое.

Это было важно не из-за того, что корабль мог получить повреждения, а потому, что в зависимости от этого менялся угол отражения. Если управление восстановят до встречи с телом или сразу после нее, Греттиру надо будет решить, что предпринять.

Ванг ответил, что он уже запросил бортовой компьютер о месте падения, при условии, что параметры траекторий не изменятся. Пока он говорил, из специального паза успела вылезти карточка. Ванг прочел ее и передал Греттиру.

— Не будь мы в таком положении, я бы посмеялся. Выходит, мы возвращаемся — в буквальном смысле — в лоно.

В карточке говорилось еще и о том, что чем ближе корабль к Донне Веллингтон, тем меньше его скорость. Более того, относительный размер корабля, как показывал радар, уменьшался прямо пропорционально расстоянию до тела.

— По-моему, мы попали в сферу притяжения этого… этой женщины, как будто она — планета, у которой появился спутник, — сказал Гомес. — То есть мы. Конечно, сила гравитации или взаимопритяжения разных зарядов здесь не действуют. Однако…

6
{"b":"71644","o":1}