ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Они сейчас одни, без нас, чужаков. Одежду они одевают не потому, что чувствуют в этом нужду, а потому, чтобы принять вид мберу, то есть быть похожими на нас. Ты ведь знаешь теперь, что значит мберу... Смотри, вон Бейчепе зажигает костер, а другие аче расчищают от кустарника площадку вокруг огня. Заметь, что при этом они не разговаривают. Они спрашивают друг друга и отвечают с помощью определенной системы знаков, которыми пользуются и при охоте. Ансельмо видит, что самый стройный и сильный юноша аче, он вспоминает его имя - Йеву, забирается на вершину высокого дерева.

- Это сторож, - поясняет дон Эмилио. - Он оповещает о приближении лесорубов, охотников с ружьями и собаками.

После привала отряд быстро добирается до дороги. Индейцы аче-гуайяки, руководимые Рафаэлем и другими сеньюэлос, забираются в два открытых грузовика. Они садятся на корточки и крепко обнимаются друг с другом, как бы придавая таким образом себе храбрости. Только один Йеву стоит на ногах и улыбается Ансельмо.

Когда грузовики трогаются, Ансельмо машет рукой Йеву, тот отвечает ему. "До скорой встречи в колонии", - говорит про себя Ансельмо.

Их отряд обследует другой участок леса, но безрезультатно. Индейцев аче-гуайяки больше нет в этом районе. Через несколько дней отряд на лошадях прибывает в колонию.

НОВЫЕ ДРУЗЬЯ АНСЕЛЬМО

Во время пути в колонию дон Эмилио кратко пересказал Ансельмо историю созданию Национальной колонии гуайяки.

Все началось с крестьянина Мануэля Д.Перейра. Он жил в местечке Арройо Мороти близ городка Сан-Хуан Непомусено. Этот городок долгое время был центром работорговли аче-гуайяки. Окрестные помещики, плантаторы, управляющие плантациями охотились на гуайяки, затем продавали пойманных индейцев для работы на плантациях, в богатые дома, на лесозаготовки.

К Перейре как-то попал один гуайяки, которого звали Пики. Перейра хорошо с ним обращался, кормил его, учил работать, а Пики с удовольствием помогал своему хозяину.

Через некоторое время Пики захотел уйти в лес. Перейра ему не препятствовал. И Пики покинул хозяина, снова соединился со своей группой, которая жила в соседнем лесу.

Прошло некоторое время, и сам Пики начал убеждать членов группы вернуться к Перейра. Дело в том, что этих гуайяки жестоко преследовали, они часто голодали, так как, передвигаясь по обширным лесным массивам в поисках пищи, везде натыкались на преследователей. Многие члены группы получили ранения от огнестрельного оружия.

Пики не удалось убедить всех, но часть гуайякой пришла к Перейра. Пики заявил своему хозяину, что отдельные индейцы их группы придут сами, когда убедятся, что с теми, кто ушел из леса, обращаются хорошо. Скоро так и произошло: все собрались в хозяйстве Перейра. Всего набралось 20 индейцев: 10 мужчин, 6 женщин и 4 ребенка.

Однако вскоре стало трудно с питанием. У Перейра не хватало средств, чтобы прокормить всех индейцев. Местные помещики предлагали купить у него несколько взрослых индейцев, что существенно бы улучшило экономическое положение самого Перейра, но он отказался.

В это время о положении дел у Перейра узнали ученые из университета в Асунсьоне. Они стали настаивать на предоставлении помощи от правительства на содержание индейцев.

Пока шли эти переговоры, Пики со своей группой снова ушел в лес. Но там было ещё тяжелее, и Пики на этот раз с 32 людьми вернулся к Перейра.

К этому времени власти решили создать резервации для индейцев на той земле, которую занимал сам Перейра. Ему положили жалованье сержанта, и он стал руководить резервацией, получившей название "Пост помощи индейцам гуайяки № 1".

Но все равно положение индейцев в этой резервации было тяжелым: не хватало пищи, не было никакой медицинской помощи. Индейцы часто болели гриппом и другими болезнями и умирали.

Благодаря настойчивым усилиям общественности резервация была переведена в другое место к востоку от местечка Сан-Хоакин, было выделено 2000 гектаров земли. Для себя же индейцы начали обрабатывать поля и засевать их кукурузой, маниокой и другими культурами. И резервация стала называться "Национальной колонией гуайяки".

В колонии есть небольшой медицинский персонал, там работают ученые-этнографы, изучающие быт и нравы индейцев.

- Все это хорошо, - закончил свой рассказ дон Эмилио, - но колонии все же не хватает средств. Прибытие новых индейцев каждый раз вызывает большие трудности с питанием. А новые группы индейцев будут приходить и впредь... Их положение в лесах становится очень тяжелым... К тому же, - добавил задумчиво дон Эмилио, - правительство не очень довольно нашей деятельностью, деятельностью ученых... Своими работами мы показываем, насколько бесправно положение индейцев, как бесчеловечно с ними обращаются, истребляют их... Сейчас в колонии более ста индейцев аче...

Колония расположилась в широкой долине. Здесь поля перемежались с лесами. Когда отряд подъехал к арке, на которой было написано официальное название колонии, дон Эмилио сказал Ансельмо:

- Раньше гуайяки считали, что они принадлежат природе и их предки, когда умирают, переселяются внутрь деревьев или на деревья. Такие деревья аче называют "колонами". Однако теперь они считают, что принадлежат Перейра и называют его "отец". "Мы теперь, - говорят они, - когда умираем, то становимся колонами дона Перейра".

Вступая на территорию колонии, Ансельмо увидел деревянные бараки, крытые пальмовыми листьями. Здесь находились обслуживающий персонал, медпункт, кухня, продуктовые склады.

Чуть дальше располагались жилища аче. Это были или навесы, или большие шалаши без стен на четырех или шести столбах с крышами также из пальмовых листьев. Спали аче на широких топчанах или на земле, подстелив себе шкуру убитого ими животного или кусок какой-либо материи.

Ансельмо представили главе колонии Перейре. Это был среднего роста, худощавый, уже в летах человек. У него было узкое длинное лицо, все в крупных морщинах, глубоко запавшие глаза, на высоком лбу с зачесанными назад седыми волосами виднелись две большие залысины.

Дон Эмилио рассказал историю мальчика Мануэлю Перейре и то, как он очень помог отряду при первых контактах с "дикими" аче.

Мануэль Перейра одобрительно кивал головой. Он увидел, что Ансельмо одет только в одни брюки, да и те рваные. Дон Эмилио пояснил, куда делась остальная одежда мальчика, и Перейра распорядился выдать Ансельмо со склада новую одежду.

Ансельмо получил курточку из тонкой, но прочной хлопчатобумажной ткани, которая застегивалась на железные пуговицы, брюки из такой же ткани, резиновые тапочки и круглую с длинным козырьком шапочку зеленого цвета, похожую на те, которые носят военные на полевых учениях. Ему ещё выдали белье - трусы и майку, полотенце, мыло, зубную щетку и зубную пасту. Что делать с трусами и майкой, Ансельмо не знал, так как никогда не имел белья. Он решил, что трусы и майку будет носить без костюма, когда будет жарко. Спать его определили недалеко от кухни, там под навесом ему повесили гамак. Перейра сказал, что мальчик будет помогать на кухне, когда не будет занят с доном Эмилио.

Ансельмо быстро втянулся в жизнь колонии. Вначале дон Эмилио привлек его к записыванию на магнитофоне рассказов и песен аче. Для того чтобы, как он сказал, Ансельмо ближе ознакомился с языком аче и как можно больше запомнил их слов.

В один из дней дон Эмилио ознакомил Ансельмо с рассказами и песнями аче.

- Песни и рассказы аче, - сказал он, - очень индивидуальны и, как правило, не имеют одного законченного текста. В песнях мужчин повествуется об охоте, в песнях женщин, которые сильно отличаются от мужских по музыке, речь идет главным образом о смерти, болезнях и насилии со стороны белых людей. Следует заметить, что исполнители песен, прослушав свою песню, бывают очень удивлены записью и не могут вспомнить, что некоторое время назад они пели эти же слова... Может быть, это объясняется тем, что песни свои они исполняют, находясь в определенном экстазе и трансе...

10
{"b":"71649","o":1}