ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- С какой стороны мы пришли?

Ансельмо вначале нерешительно говорил:

- Оттуда... Нет, оттуда?..

В его ответе были и утверждение, и нерешительность, но в дальнейшем он, ожидая вопроса Рафаэля, следил за изменениями маршрута и старался быть готовым к ответу. Он запоминал ориентиры и в своей памяти, несмотря на повороты в пути, стремился закрепить основное направление движения. А Рафаэль, видя его старания, усложнял проверку. Бывало, он часами не спрашивал Ансельмо о направлении и лишь после привала, с учетом того, что от места привала они прошли более часа и спустились ещё в одну долину, спрашивал:

- Откуда мы идем?

Наступил день, когда Рафаэль спросил улыбаясь Ансельмо:

- Так где у тебя направление сохраняется?

Мальчик, улыбаясь и помня ответ на этот вопрос самого Рафаэля, показал себе на грудь:

- Вот здесь!

Рафаэль засмеялся и сказал:

- Конечно, в угадывании направления участвуют и глаза, и ноги, но держать его всегда надо внутри себя, чтобы никогда не сбиться с пути.

Однажды, когда в колонию прибыл отряд военных и полиции на джипах и хорошо вооруженных, Ансельмо этому не удивился. Военные и раньше приезжали к ним. Колония была приписана к одному из управлений министерства обороны, и это министерство выплачивало Перейра сержантское жалованье и, кроме того, с самого начала существования колонии выделяло 20 солдатских пайков. И хотя с тех пор индейское население колонии сильно увеличилось, количество пайков осталось прежним. Медицинское обслуживание и помощь колонии также оказывал военный персонал, состоящий на службе министерства обороны. Вот только прибытие полицейских его смутило.

Уже к обеду Ансельмо случайно увидел идущего по колонии дона Эмилио. У того был озабоченный и встревоженный вид.

Заметив Ансельмо, дон Эмилио поздоровался с ним и прошел было мимо, ничего не сказав. Однако шагов через двадцать он остановился, обернулся, потом махнул рукой, подзывая его к себе.

Ансельмо подбежал.

Дон Эмилио положил ему руку на плечо и наклонился к самому уху, затем, передумав, резко выпрямился.

- Вот что, Ансельмо, ты лучше подойди ко мне после вечернего костра. Мне нужно с тобой поговорить. Не забудешь?

Ансельмо покрутил головой, ничего не говоря. Сделал он это так выразительно, что у дона Эмилио не осталось и тени сомнения, что мальчик не забудет.

Ансельмо, общаясь с аче, учился не только их разговорному языку, но и языку жестов. Во многих случаях: на охоте, в пути, во время погони они предпочитали общаться друг с другом жестами, и Ансельмо усвоил много из их привычек. Вот и теперь, хотя ему ничего не стоило сказать: "Да, не забуду ни в коем случае", он ответил жестом, который у аче так же красноречив и убедителен, как и слова.

Вечером, когда совсем стемнело, Ансельмо разыскал дона Эмилио. Тот отвел его к своему гамаку и, видя, что никого рядом с ними нет, усадил мальчика рядом с собой.

- Послушай, Ансельмо, то, что я тебе скажу, очень и очень важно... Ты не должен ни с кем об этом говорить, иначе мне будет очень плохо. Ты же не хочешь мне зла?

- Нет, ни в коем случае! - поспешно ответил Ансельмо.

- Во-первых, я тебе доверяю большую тайну и, во-вторых, попрошу тебя мне кое в чем помочь... Могу я рассчитывать на тебя?

- Конечно, дон Эмилио! Вы так много сделали для меня...

Вы хороший человек и любите индейцев...

- Ладно, ладно... Я вижу, ты меня правильно понимаешь. Дело в том, Ансельмо, что завтра рано, как всегда, группа аче вместе с Рафаэлем отправится в лес. Здесь неподалеку объявилась группа бандитов. Ты знаешь, кто они такие?.. Я тебе сейчас все объясню, ты только слушай меня внимательно. Не знаю, насколько ты знаешь историю нашей страны, но думаю, что ты любишь свою родину, свой народ... Ты ведь стал другом индейцев аче?

- Да, как и вы, дон Эмилио!

- Так вот, Ансельмо, - сказал дон Эмилио, - завтра группа аче, ты знаешь, что эти индейцы - самые лучшие следопыты в нашем крае, - пойдет в лес и выследит группу бандитов, ограбивших банк. Они бежали из тюрьмы и в столице Асунсьоне совершили вооруженный налет на банк, захватив много денег. Теперь они хотят переправиться через границу в другую страну. А если бандитов выследят аче, то их захватит полиция и расстреляет. Полиция может часть денег присвоить себе, поэтому и перестреляет всех бандитов. Свидетели ей не нужны. Поэтому полицейские могут заодно и ликвидировать всех аче. Мне бы этого не хотелось!

- Конечно, дон Эмилио, - тихо ответил Ансельмо. - А почему аче станут делать это?

- Тебе не трудно это понять и самому, но я все же объясню. Сами аче ведь не знают, кто они такие. Они не знают и не понимают, что они парагвайцы и живут на земле страны Парагвай. Индейцы аче совсем не знают, как устроен мир вокруг них. А выслеживание кого-либо - это для них как бы забава. Это, конечно, подло так использовать невинных индейцев, - дон Эмилио немного помолчал, потом, глубоко вздохнув, продолжал.

- Вот почему мы с тобой имеем полное право спасти их.

- А как?

Ансельмо начал и сам понемногу, пока ещё смутно, догадываться о своей роли в этом деле.

- Конечно, Ансельмо, не я, а ты и только ты сможешь это сделать, сказал дон Эмилио, подтверждая догадку, мелькнувшую в голове у мальчика. Ты пойдешь завтра в лес с аче... На тебя никто не обратит внимания, к твоим походам привыкли и в этом не будет ничего необычного... Держись рядом с Рафаэлем... Тебе следует, когда бандиты будут выслежены, оторвать индейцев от группы и незаметно для полицейских и военных раствориться в лесу. Боюсь подсказать тебе что-либо конкретное, на месте ты сам должен сообразить что и как... Если не сумеешь этого сделать, погибнут и наши индейцы, Ансельмо...

Дон Эмилио проводил мальчика к костру, где спал Рафаэль, уверенный, что Ансельмо выполнит все, что он ему говорил.

...Выслеживание бандитов проводилось весь день, и только к позднему вечеру аче напали на верный след.

Рафаэль сказал командиру полицейских - хефе, который, как и его подчиненные, на небольшом расстоянии следовал за аче на лошадях:

- Скоро люди, за которыми мы идем, должны остановиться на ночлег, их следы говорят, что они очень устали, правда, идут они не торопясь и не подозревают, что мы идем за ними.

- Это хорошо, - ответил хефе. - Мы тоже сделаем привал, а когда все бандиты уснут, ты, Рафаэль, покажешь нам дорогу.

Ансельмо находился рядом с Рафаэлем и все слышал. Он был голым, как и все сеньюэлосы, и мало чем отличался от них, поэтому полицейские не обращали на него внимания, тем более что он при них совсем не разговаривал.

Во время разведения костра, приготовления ужина Ансельмо осторожно выпытал у Рафаэля все, что тот знал о том, где должны, по его мнению, сделать привал "люди, за которыми они шли".

Рафаэль охотно все объяснил, ничего не подозревая, впрочем, он объяснил бы это любому, кто бы его ни спросил, потому что он сам не знал, что это за "люди"и для чего они их выслеживают.

Ансельмо понял, что за два часа до рассвета Рафаэль поведет полицейских к лагерю бандитов, он решил совсем не спать.

Как только аче уснули у костров, мальчик очень тихо поднялся со своего ложа и скользнул колеблющейся тенью от костра в лес. Если даже кто-либо из аче и не спал, то он никогда не спросит, почему кто-то пошел в лес и что он там делал. Лес - это родной дом аче и его право там быть в любое время.

Не без труда Ансельмо отыскал стоянку бандитов, которая была разбита на самом верху невысокого холма. Было очень трудно идти по темному лесу, но Ансельмо шел, ещё не зная, что он должен сделать.

Часовой у костра дремал, и Ансельмо видел освещенный круг, образовавшийся от огня, а за ним темные фигуры спавших людей. Часовой поднял голову и посмотрел в сторону леса, откуда, как ему, видимо, показалось, раздался какой-то шорох. Но вот он зевнул, переложил пистолет в другую руку и снова задремал.

13
{"b":"71649","o":1}