ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ансельмо слез с дерева и потрогал змею: кожа у неё не была скользкая и сырая, а, наоборот, на воздухе быстро высыхала и была шершавая, о неё можно было поцарапаться.

"Сегодня на обед, - подумал Ансельмо, - будем есть мясо этой большой змеи".

Все охотничьи трофеи благополучно доставили на стоянку.

Из анаконды приготовили неплохое запеченное мясо, а тушу тапира стали разделывать женщины, отделяя ножами из бамбука мясо от костей.

Затем мясо разрезали на тонкие большие пластины, вбили палки-рогульки в землю, на них положили тонкие жердочки из бамбука, а на эти жердочки повесили пластины мяса для сушки на солнце. Детей обязали время от времени обмахивать мясо на сушке зажженными, дымящимися ветками, чтобы на него не садились разного рода мухи и не откладывали на нем свои личинки. От горящих, дымящих веток сушеное мясо немного коптилось.

Ансельмо, наблюдая, как аче сушат мясо, и вспоминая свои трапезы у костра с аче, подумал, что аче совсем не употребляют соли. Временами он бывал так голоден, что и не замечал, с солью он ест или нет.

ДОМ АЧЕ

Неожиданно к нему подошел вчерашний его собеседник аче Секэ, человек с большой черной бородой и посмотрел ему в глаза.

Ансельмо подумал: "Настраивается на разговор".

И действительно, Секэ пригласил Ансельмо сесть друг против друга на корточки и напомнил ему вчерашний разговор.

- Ты помнишь, - спросил Секэ, - я говорил тебе, что и у аче есть дом?

Ансельмо согласно кивнул головой.

- Теперь мы покажем его тебе, ты этого хочешь?

- Да, - сказал Ансельмо, подтверждая свое согласие кивком головы.

Секэ принес два факела, запалил их от костра, один дал Ансельмо, другой взял с собой и кивнул головой мальчику: пойдешь со мной.

Ансельмо знал, что аче, когда что-то собираются делать, не мешкая приступают к делу.

Был ещё день, и Ансельмо недоумевал, зачем им нужны факелы, но он молча шел за Секэ.

Они отошли недалеко от стоянки, углубившись в лес шагов на двести, потом начали спускаться по довольно крутому склону.

Пройдя немного вперед, Ансельмо заметил отблески солнца намного ниже, чем они находились. Оказывается, там текла безымянная речка, которая пробила извилистый путь сквозь лесные дебри, и вода ослепительно блестела на солнце.

Через некоторое время Секэ и Ансельмо достигли дна ущелья, по которому текла река в скальной породе, разбившись на мелкие ручейки, которые обтекали довольно высокие выступы скал. Там, где на скалы падали лучи солнца, они были покрыты шелковистым, мягким, ярко-зеленым мхом. Место было безмолвное, таинственное, жуткое.

Аче и Ансельмо, идя по песчаному руслу реки, круто завернули за угол и вышли к широкому гроту, над которым нависла массивная скала. Здесь царила сумрачная полутьма. Свод навеса был сплошь покрыт плотной массой спящих летучих мышей. Они висели тесными рядами вниз головой.

Это был вход в пещеру.

- Здесь наш дом, - сказал Секэ, показывая на этот вход и не обращая никакого внимания на летучих мышей. - Сюда ты приведешь отца и спрячешь его здесь, если вас будут преследовать белые люди.

Секэ раздул свой факел и предложил сделать то же самое Ансельмо, они углубились вдвоем в пещеру.

Вход был довольно узким, Секэ и Ансельмо с трудом протиснулись в него, но дальше путь расширялся, а потолок пещеры уходил далеко вверх.

В свете факелов Ансельмо рассмотрел, что на стенах пещеры висели и ползали летучие мыши и воздух буквально кишел ими.

Секэ не обращал внимания на них и шел дальше.

За очередным поворотом перед путниками выросла сплошная стена. Все летучие мыши устремились вверх и скрылись.

Секэ и Ансельмо вскарабкались наверх и оказались перед входом, похожим на галерею. Далеко впереди Ансельмо разглядел большую пещеру. Они проникли в нее, протискиваясь ползком через узкий проход.

Пещера, в которой они оказались, была гораздо больше предыдущей и почти кубической формы. Воздух был сухим, и на потолке не было ни одной летучей мыши, но Ансельмо показалось, что они висели в большом количестве на стенах.

И действительно, там было что-то темное и оно шевелилось. Ансельмо подошел поближе, поднес свой факел к стене и остолбенел. Леденящее душу зрелище предстало перед его глазами. Стена была покрыта гигантскими жгутоногими пауками: припав на брюхо, они сверлили мальчика глазами. Замерли они всего на несколько секунд, а потом в мгновение ока метнулись кто куда и с отвратительным шуршанием скрылись в тонких, как паутина, трещинах,

Ансельмо, с трудом переведя дух, оглянулся на аче. Тот стоял спокойно и, казалось, его совсем не беспокоили пауки. Он сказал:

- Сюда никогда не придет белый человек. Только аче и ты со своим отцом.

Ансельмо думал, что на этом осмотр дома аче окончен, но Секэ решил ему показать ещё кое-что.

Он предложил Ансельмо в этой же пещере взгромоздиться наверх, опираясь на сходящиеся под острым углом стены, и заглянуть в трещину через край карниза, наклонив туда, чтобы было больше света, свой факел.

Заглянув вниз, Ансельмо похолодел. Ему казалось, что вся его кожа съеживается, вот-вот лопнет и спадет, словно кожура.

Что увидел Ансельмо?

На расстоянии полуметра от его лица на него смотрели большие, желтые с прозеленью немигающие глаза. Они были такие большие, что на миг показалось, что это глаза мертвого человека. Но это впечатление быстро рассеилось, потому что перед ним было не лицо, а морда животного. Но ужасно мерзкая и не поддающаяся описанию морда. Череп его был обтянут бархатистой кожей, а длинные влажные пальцы, похожие на человеческие, цеплявшиеся за край норы, были окутаны бесконечными складками морщинистой голой перепонки.

Ансельмо отшатнулся и упал бы вниз, если бы его не поддержал Секэ. Вместе они спустились вниз. Аче был спокоен, он знал, что это одна из разновидностей крупных летучих мышей.

Ансельмо, глядя на спокойное лицо и поведение аче, понимал, что для них все эти летающие и ползающие звери и пауки не опасны, зато они нагоняют страх на того, кто сюда попадает случайно, в первый раз. И в то же время он понимал, что действительно в этой пещере, имея запасы пищи, можно переждать такую беду, как погоня надсмотрщиков, если они будут преследовать его и его отца, когда он с аче устроит ему побег.

Секэ повел Ансельмо другим выходом из дома аче.

Они пошли по грядке помета летучих мышей, которая привела их к высокой осыпи сухой земли. Здесь начинались три хода. Секэ пошел в правый ход, который привел к расщелине в скале и от неё начался новый, но на этот раз очень узкий ход.

Ансельмо вслед за аче очутился в широком коридоре. Пройдя немного вперед, Ансельмо заметил, что на стене прямо против него торчат пучки зеленого мха, а зеленый мох, сообразил Ансельмо, означает солнечный свет. Он поднял голову и увидел бахрому зеленых ветвей, свисавших с краев расщелины.

Так они вышли из пещеры в другом месте. По пути пришлось преодолеть кучу каменных глыб, и они оказались у подножья деревьев, растущих на дне ущелья, где начинали свой путь, входя в ущелье.

Они вернулись на стоянку, когда солнце клонилось к закату, и Ансельмо решил поговорить с Айрахи о главном для мальчика - спасении отца.

Разговор получился короткий.

Аче все уже решили.

Трое аче и Айрахи пойдут вместе с Ансельмо, за старшего в группе останется Секэ, выступают завтра утром, после сна. Ансельмо берет с собой ружье, остальные аче тяжелые высокие луки. За время, пока они будут ходить за отцом Ансельмо, мясо высушится, и, если придется всей группой быстро спасаться от преследования белых людей, еда будет припасена.

Ансельмо ещё раз поразился тому, как аче все быстро решают и так же быстро приступают к делу.

Ансельмо ещё кое о чем попросил Айрахи, тот подозвал Секэ и передал его просьбу ему.

- Золото, - сказал Ансельмо, - то, что мы видели в разрушенной постройке иезуитов, в туннеле, спрятанное в нишах, нужно перенести в дом аче, в пещеру.

26
{"b":"71649","o":1}