ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Мелет приговорен к смерти, Ликон и Анит - к изгнанию. Но Анит, в страхе перед судом, бежал из Афин. Ты получил отличное удовлетворение, мой дорогой! Когда корабль вернется с Делоса, умрешь не ты, а Мелет.

Сократ остался серьезным. Удовлетворение, данное ему этим решением суда, радовало, но он размышлял над тем, какая связь между трагедией Афин, в которую они были ввергнуты после Эгос-Потамов, и обоими трагическими приговорами - ему и Мелету.

- Сижу здесь посреди роз, словно невеста. Только жениха-то нету... Ну, свадебные гости, принимайтесь за дело. Отведайте, какое из вин, что подарили мне люди, лучшее, - и выпьем вместе.

Они ждали, что Сократ обсудит с ними возможность своего освобождения, но он сказал:

- Вы часто слышите - я всем советую удовлетворения ради соблюдать мою излюбленную софросине. Но теперь я хочу завещать вам свою страстность. Не пугайтесь - я знаю, что говорю. Не смотрите на то, что Платон хмурится. Я завещаю вам свою страстность: будьте страстны, вскрывая причины несчастий людей, будьте страстны, стремясь совершенствовать человека. Будьте такими учите людей не хитрости, но мудрости, ибо она родная сестра добродетели.

- Я уже не хмурюсь, дорогой, - вставил Платон.

- У тебя мягкий нрав, - усмехнулся Сократ. - Ты благородный юноша, Платон. Но хоть и прояснил ты свое лицо, чтоб не огорчать меня, все равно я кажусь тебе слишком ершистым. Меня не проведешь.

Платон хотел было возразить, но Сократ опередил его:

- Сейчас я докажу тебе, до чего я ершист. Антисфен подвигнул суд покарать людей, унизивших меня, а поблагодарю я его довольно странным образом. Вижу, дыры в его плаще сегодня заметнее прежнего, - наверное, он хочет всем показать, что следует мне в презрении к роскоши. Антисфен, Антисфен, прости моим глазам, но они видят: из дыр твоего плаща выглядывает тщеславие!

Платон покраснел. Такой благодарности Антисфену он не ожидал. Но сам Антисфен засмеялся:

- Твоя язвительность, Сократ, не оскорбляет - она поднимает дух!

- Спасибо, Антисфен, - сказал Сократ. - Но смотрите, как меня задаривают! - продолжал он, показывая на подношения афинян. - Чем я приобрел стольких друзей, угадайте! Не думаете же вы, что скромностью моих потребностей! Напротив: неистовством и упорством, с какими я ежедневно добиваюсь своего. Ну, которое вино вы выбрали? Это? - Он пригубил. - Хороший выбор. Ароматное, сладковатое, оно дарит блаженство, как поцелуй любимой.

Стали пить вино, передавая друг другу кружку и глиняные чарки.

Сократ еще отхлебнул, причмокнул, улыбнулся:

- Нет, нет - смело берите мое неистовство, исследуя внутренний мир человека, разоблачая его заблуждения, отыскивая средства исправить его. Не проглупите! Воспитывайте каждого, кто попадет к вам в руки, - пускай умеет жить...

Он протянул ладони к сидящим вокруг него.

- Уметь жить - великое искусство, друзья: первым долгом разобраться в самом себе, затем в тех, кто тебя окружает, а там уж и схлестнуться с противниками - и при этом никогда не утрачивать доброго настроения. Демокритова эвфимия, дорогие мои, - одна из основ искусства жить.

- Но это и самое трудное, - заметил Платон.

- Да, это самое трудное. Софисты ныне обучают различным знаниям, но превыше всего у них поставлено обучение хитрости. Они имеют временный успех - вы же, друзья мои, должны стать учителями жизни, и ваш успех станет ценностью непреходящей.

- Я - каменотес, каким был и ты, Сократ, - взволнованно заговорил Аполлодор. - Должен ли я бросить ремесло? А я как раз начал ваять тебя, Сократ, и работа меня радует...

- На этот вопрос, мой милый, никто не сможет ответить, кроме тебя самого, а уж твой учитель - тем менее. Познай сам себя, гласит изречение Дельфийского оракула; вглядись, для какого из этих двух трудов горит в тебе пламя выше. Случается, оно горит одинаково высоко и для того, и для другого. Но редко рождается настолько одаренный человек, чтобы не обделить одно ради другого.

Платон медленно произнес:

- Что касается меня - я решил. Оставлю стихосложение, отдамся философии. А не найду достаточно покоя и безопасности в Афинах - обоснуюсь где-нибудь в другом месте; но эту свою любовь никогда не покину.

Сократ взял веточку лавра, растер в пальцах листок, вдохнул горьковатый запах.

Недолго помолчав, заговорил снова - скорее как бы шутя, чем прощаясь всерьез:

- Завещаю вам, друзья, и мое повивальное искусство. Вы хорошо знаете, в чем оно состоит. И тут уж лучше перестараться, чем остановиться на полпути!

- Это я тебе обещаю, - с жаром отозвался Антисфен. - Если уж я перестарался, подражая твоей скромности, так что обо мне говорят, будто я отличаюсь от нищего только тем, что не прошу подаяния, то, верно, буду преувеличивать и во всем остальном, следуя тебе, Сократ.

- Преувеличивай, Антисфен. В обучении тому, как надо красиво жить, никогда не перестараешься.

Аполлодор жадно смотрел на лавровую ветку, которой играл Сократ.

Тот протянул ветку юноше, озорно подмигнул друзьям и весело продолжал:

- Завещаю вам еще мой лукавый демоний, который стоил мне доброй трети цикуты. Если его слышу я, человек, в котором нет ничего необыкновенного, невероятно, чтоб его не слышали и другие. Прислушивайтесь к нему и прежде всего советуйтесь с этим внутренним голосом. - Построжев взглядом, спросил Платона: - Ты хорошо следишь за моей мыслью, Платон?

- Да, - ответил тот. - Но почему, дорогой, ты и после сегодняшнего разговариваешь с нами так, словно прощаешься?

Сократ широко улыбнулся, широко раскинул руки:

- Ах вы, мои любимые! Да разве было когда у нас столько времени потолковать без помех, как здесь? Это надо использовать - вы же меня знаете, какой я в этом смысле ненасытный!

Глубокие продольные морщины прорезались на лбу Платона. Как ни старался Сократ замаскировать смысл своих речей, Платон понял, что это - прощальные речи; понял - учитель охвачен тягостным опасением, как бы ученики его не отошли от всего того, о чем он с ними беседовал...

Платон понимал это опасение. Метод бесед Сократа был сама непредвиденность. Он не вел их мысль по заранее составленному плану. Хотел, чтобы каждый сам дошел до того или иного вывода, и, если ученик не находил дороги, Сократ подталкивал его наводящими вопросами.

136
{"b":"71651","o":1}