ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

По улочкам шатались моряки всех портов Афинского морского союза и варварских стран Востока и Запада, одетые в самые разнообразные одежды, но все - с кинжалом у пояса.

Три сирийца заняли всю ширину улочки - чтобы пропустить их, Сократу с Критоном пришлось прижаться к стене.

- Где лучше всего? - спросил один из сирийцев.

- В корчме "У Афродиты Каллипигии", - ответил другой.

- Что значит "Каллипигия"? - поинтересовался третий, привлеченный звуком незнакомого слова.

- Это значит, что у нее роскошный зад, - объяснил второй и дополнил свои слова жестом, как бы огладив рукой воображаемые ягодицы.

- Туда и пойдем, - решил третий.

Тут навстречу им попалась высокая девушка. Ее несшитый пеплос распахивался на ходу. В свете синего фонаря она казалась мертвенно-бледным призраком. Моряк мигом изменил свое решение, схватил этот встречный призрак, притиснул к стене - и оба закачались, как лодка в бурю.

Критон и Сократ от волнения приумолкли.

- Куда пойдем? - хрипло вырвалось у Критона.

Большое красное яблоко, висевшее на узорном металлическом стержне, подмигивало маняще.

Завеса колыхнулась, из дома вышла красивая девушка - кожа медного цвета, волосы, черные и блестящие, как шерсть быка, перехвачены надо лбом пурпурной лентой; лимонного цвета пеплос доходил до середины икр.

- Войди к нам, господин, - льстиво заговорила она, разглядев дорогой плащ Критона. - Мы - самое роскошное заведение в Пирее. У тебя, красавчик, наверняка есть чем заплатить.

Критон обернулся к Сократу:

- Пойдем с ней?

Тот заколебался.

Девушка окинула Сократа взглядом.

- Твой раб может подождать снаружи, - сказала она Критону. - Или ты за него заплатишь?

- Пошли! - коротко бросил Критон.

- Мое имя - Ионасса, - сказала девушка, вводя их в небольшую прихожую. Там спал чернокожий, свернувшись подобно огромной змее, так что голова его уткнулась в колени.

Обойдя спящего, вступили в темное помещение с низким потолком. Здесь как раз зажигал масляные лампы владелец заведения, морщинистый человек с синими мешочками под глазами. Скрестив на груди руки, он поклонился входящим:

- Синдар к твоим услугам, господин.

Он хлопнул в ладоши - появилась черная рабыня с амфорой вина и кратером.

- Или предпочтешь неразбавленного?

Критон, привыкший во всем советоваться с Сократом, старался теперь решать самостоятельно.

- Конечно, неразбавленного!

Синдар подсел к столу, Ионасса скрылась.

- Музыка! - крикнул хозяин.

В углу нерешительно, неуверенно запела флейта.

Критон с некоторым смущением улыбнулся Сократу:

- В хорошенький вертеп нас занесло!

- Да все они, верно, схожи друг с другом, - отозвался тот. - Сразу видно - посещают их не Критоны.

Это было и слышно. В полумраке раздавались хихиканье, шепот - бог весть чьи, бог весть по какому поводу. Но вот светильники разгорелись, и открылась вся "роскошь" заведения: всюду, куда ни глянь, - яркие пятна. Занавеси, покрывала, пеплосы, хитоны, настенная роспись... Всюду краски! Броские, кричащие, восточные краски: обжигающая серно-желтая, ядовито-зеленая, красный цвет рвет глаза из орбит, синий как морская глубь, черная на золоте, алая на серебре... Флейтистка, с ног до головы осыпанная блестками, выступила из темноты, чтоб явить гостям свою красоту и привлечь их внимание к своему искусству.

Вернулась Ионасса с девушкой для второго гостя. Та подошла к Сократу, неся на губах горькую улыбку, словно взывала к милосердию.

- Я Амикла, - назвалась.

Ее светлые волосы казались белыми в неверном свете ламп этого пестрого вертепа.

Ионасса предложила Критону лакомства. Сказала - для возбуждения желания.

- Печень трески в самосском вине стоит драхму - дорого, правда? Да, у нас цены выше, зато и наслаждения редкостны. Но тебе ведь неважна цена...

- Об этом не беспокойся, - хвастливо отозвался Критон.

Стали есть, пить. Тяжелое родосское вино хорошо исполняло свое назначение. Покончив с едой, перешли в маленькую темную каморку, где стояли два ложа.

Вино появилось и здесь. Девушки разделись.

- Тут - царство Эрота для благородных, - сказала Ионасса. - Твой раб останется с нами?

Второй раз ждал Сократ, что слово "раб" будет исправлено на "друг". Но Критон ответил только:

- Останется.

Ионасса, дотронувшись до руки Сократа, сказала с понимающим видом:

- Ну конечно. Правда, у нас вы в безопасности - вот в других домах действительно нередко льется кровь...

Она крикнула что-то флейтистке, невидимой теперь, и та сменила флейту на кифару. На тесном пространстве между двумя ложами Ионасса начала варварский танец.

Критон схватил ее в объятия, посадил к себе на колени. Девушка ласкала его медленно, опытно. Он уже ничего не видел, не слышал, только ощущал это гибкое, надушенное тело, которое терлось о его тело.

Амикла успеха не имела. Сократ гладил ей грудь и все расспрашивал. Откуда она. Чья дочь. Когда покинула отчий дом. Почему. Нравится ли ей здесь. С кем ей приходится...

- Какое тебе дело, мало ли свинских рыл... Матросы, от которых разит всякой вонью! - гневно вскинулась Амикла. - И нечего расспрашивать! Ты сам раб, а не знаешь, что значит прислуживать кому-то?

- Я не раб.

Амикла смягчилась; обхватив Сократа обеими руками за шею, поведала: она тоже не рабыня. Ее отец, владелец грузового судна, до тех пор брал в долг у менял на закупку товаров, пока те не пустили его по миру, а судно проглотили долги...

- И пришлось ему наниматься на работы, какие выполняют только рабы, и вся наша семья впала в нужду. Я тоже, - закончила Амикла.

Сократ все гладил ей грудь.

- И жениха не нашлось? Ты ведь красивая.

Амикла запустила пальцы в кудри на затылке юноши.

- Чтоб прокормиться? Так себе все и представляют: супруг-кормилец. Но пусть теперь меня кормит моя красота! Хочешь ты жениться на мне? Наверное, хочешь, раз так всем интересуешься. Вот и выведи меня отсюда! Возьми в жены! Ты - жених, будто созданный для меня. А я готова на животе поползти хотя бы и за таким босоногим бедняком, как ты!

Она прижалась к нему теснее.

Сократ почувствовал, как по его голой груди ручьем потекли ее слезы. Он только не знал - искренние или притворные.

19
{"b":"71651","o":1}