ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

-Фрау Айхгольц!

Блаженная прохлада коснулась лба.Мягкий свет сквозь кремовые занавески. она глянула на колечко:камешка,конечно, нет. Доктор отнял ладонь от её лба и,стоя сзади,спросил:

-Вас хотели убить?

- Нет.

-Вы хотели кого-то убить?

- Нет,нет...

- Себя?

- Может быть,один раз....

-И больше никогда?

-Нет,нет. У меня дети,двое. Мальчик и девочка.

- Вы живёте в Берлине?

- Я туда собираюсь поехать.

- Отлично.- Он уже сидел за столом. Обязательно ходите в горы. Один час достаточно. Можно подняться к панораме,вид на Богемию очень красив. До завтра. Время назначит моя ассистентка.

- Ваш гонорар?

- Это потом.

- Я бы хотела быть уверенной,что смогу расплатиться.

- Не беспокойтесь об этом.

Остановившись на высоком крыльце лечебницы она снова посмотрела на тоненькое колечко на мизинце:крошечный полустершийся изумруд и по обе его стороны -точечки бриллиантов. Одна точечка. Другая выпала,когда Иосиф толкнул её,и она ударилась рукой и плечом об угол буфета.

-Убирайся вон,блядь! От тебя никакого толку ни в чём,и баба ты никудышная,пойди спроси у своих подруг Полины Семёновны и Доры Моисеевны как ЭТО надо делать,чтобы не лежать колодой. И перестань сидеть в сортире часами,ты здесь не одна живёшь.

Самое оскорбительное.

На следующую ночь он пришёл,просил прощенья,шептал,что никогда,ни с кем не было так как с ней,что у ни у кого нет таких длинных ног и таких узких и сладких как виноград пальчиков,что пахнет она персиком,и зубки блестят как жемчуг,когда в самую сладостную минуту прикусывает нижнюю губку,удерживая стон .

-А про Полину Семеновну и Дору Моисеевну ты забудь,это я со зла.Забудь,а то я тебя знаю,будешь теперь ревновать к этим хаечкам,-сказал он утром.

Про Полину и Дору Хазан,конечно,забыла - знала не в его вкусе,а вот про то,что подолгу сидит в уборной забыть было невозможно,потому что чего только не рекомендовала Александра Юлиановна - и чернослив,и холодную воду натощак и травку специальную Каролина Васильевна заваривала - ничто не помогало,и каждое утро она теперь вставала раньше всех.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Физиологические подробности напомнили о приёме у странного врача.Не осмотрел, вот и хорошо,-не пришлось раздеваться.Посмотреть на неё на стороны - ничуть не хуже приезжих франтих,а ведь собрано с мира

по нитке:что-то дала Маруся,что-то -Зина;Ирина Гогуа ужаснулась,узнав,что у неё нет длинной юбки:"Но там уже не носят короткое! И свитер надо купить в Торгсине."

-Что мне нести в Торгсин?У меня ничего нет.

- Но мои на тебя ,извини,не налезут,а этот твой,так называемый парадный годился только сидеть в приёмной у Ленина среди старух.

- Главной проблемой,конечно,было бельё. Что-то типа конской збруи,застиранное,не годилось,не спасали мережки и кружева образца двенадцатого года.Ведь это действительно перешивалось рукодельницей Ольгой Евгеньевной из своего ,уже изрядно ношеного. В последний момент прижимистая Маруся дрогнула и принесла нечто воздушное,с резиночками,украшенными бантиками, и ещё настоящий бюстгалтер с косточками.

Часики надела тоже заветные - Женин подарок.Обычно надевала их только в театр,в Академию стеснялась. Там среди сатиновых косовороток и мадеполамовых блузок сокурсников они выглядели бы вызывающе неуместно.

С часиками была связана смешная история. Приезжая в отпуск из Германии,щедрые Женя и Павел запасались подарками для всего огромного семейства. А так как большую часть этого семейства состовляли женщины,Женя накупала немеряное количество всяких цепочек,кулонов ,браслетиков, часиков. То есть именно те желанные побрякушки,которых в Москве днем с огнем было не сыскать. Но даже бижутерию полагалось провозить только для себя - то-есть на себе,и тогда Женя увешивала Кирку всей этой дребеденью. Гордая маленькая Кирка с цепочкой,кулоном и часиками всю дорогу чувствовала себя настоящей дамой,и каково же было её разочарование,когда по приезде в Москву всё это изымалось и раздавалось тете Марусе,или тете Наде,или тетям Марико и Сашико.Кирка по любимому выражению Иосифа стояла "в позе оскорбленной невинности",пока с неё снимали цепочки и бранзулетки,но - ни жалобы,ни слова протеста. Павел возмущался гадким обычаем,но в их семье последнее слово было за Женей.

Итак,Киркины часы показывали два,а обед- в три. И вот ,что она сделает. Она зайдёт в ювелирную лавку на Главной улице и попросит вставить в кольцо новый камешек.Пускай поддельный. Главное - уничтожить память о той страшной ночи,о той страшной ссоре.

После неё на долгое время Иосиф стал другим:перестал материться и цедить слова. Снова вечерами она массировала ему искалеченную руку и ревматическую ногу,и снова он рассказывал ей о детстве. О том,как любил то место,где Кура сливается с Лиахвой и убегал туда думать о Боге

-А ты веровал в Бога?-спрсила она.

-Как писал Анатоль Франс "Верить а Бога и не верить - разница невелика.Ибо те,которые верят в Бога,не постигают Его." Поэтому Бог перекрёсток всех человеческих противоречий.

- Ты не ответил на мой вопрос. Ты ТОГДА веровал в Бога?

-Да,наверное.....Я верил,что был такой человек - Иисус Христос.Во время поста молитву пели на коленях.Это была покаянная молитва об отпущении грехов.Очень красивая.Тогда мне казалось,что Бог рядом. А теперь я думаю,что когда человек стоит на коленях,это делает его смиренным и примиряет с происходящим .Очень хорошая поза,почаще ставь Ваську и увидишь-он станет шелковым.

- Глупости,нас никогда не ставили на колени,отец никогда бы этого не позволил. Но в то время ты написал стихотворение,в котором нет Бога

- Неужели ты его помнишь?!

- Конечно.

- Тогда ты действительно - единственная.

Рядом с фиалкой -сестрой

Алая роза раскрылась

Лилия тоже проснулась

И ветерку поклонилась.

В небе высоко звенели

Жаворонка переливы.

И соловей на опушке

Пел вдохновенно,счастливо!

"Грузия,милая,здравствуй!

Вечной цвети нам отрадой!

Друг мой,учись и Отчизну

Знаньем укрась и обрадуй."

Он тихонько вторил ей по-грузински.

- Ах ты моя радость! Ну разве в этом стихотворении нет Бога?

11
{"b":"71656","o":1}