ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Я с ней пришел... - и, видя, что недоверие крепчает, Шалганов додумался до самого действенного довода: - Она моя невеста! Мы уже восемь лет, как вместе! Решили пожениться! Она же всех моих знакомых знает, с детсадовского горшка!

- Вы что же, ни разу налево не сходили?

- От нее сходишь!,,

Аникин хмыкнул. Шалганов никогда не был похож на донжуана...

- Но тогда, выходит, Куоккинен? Какая чушь!

- Еще это могла быть я! - вмешался арабский террорист.

- Наташка, тебя только не хватало... - отмахнулся от террориста Аникин. Хотя... Давай-ка, раз тебе делать нечего, садись на телефон и вызванивай "скорую". Мало ли чего эта Лена хлебнула... Вот что может означать кровавая пена на губах?

Террорист развел руками.

- Пойду народ успокою, - с тем Аникин поспешил в гостиную. Шалганов с арабским террористом остались в коридоре.

- Послушайте, вы ведь были рядом, - проникновенно обратился к террористу Шалганов. - В то время, когда все после тоста стали пить, где была моя Томка?

- Она еще до тоста проскочила мимо меня. Как раз, когда финн встал, и она - с ним вместе, понимаете?

- Но где же она теперь?

- Где угодно - тут сами хозяева сперва путались. А что, - в голосе террориста было неподдельное любопытство, - вы так-таки и не можете вспомнить Лену?

- Да я же ее только в маске видел!

- Когда ей стало плохо, маску сняли.

- Да? - Шалганов начал вспоминать: да, действительно, вот только не лицо запомнилось, а рот в кровавой пене, больше ничего.

Еще было непонятно - взяла ли Томка в руку бокал? Вернее - протягивала ли она руку к столу? Ну хоть раз? Она пришла, села рядом с финном, она с ним мяукала и мурлыкала, но в правой руке держала кончик хвоста, а левой ей было бы не дотянуться...

Так это что же получается??? Что хороший человек Шалганов отравил ни в чем не повинную женщину???

- Я должен ее увидеть, - хмуро сказал он.

- Погодите! - террорист схватил его за руку. - Войдет официант с лекарством, тогда вы и загляните!

И точно - в коридоре появился официант с большим прозрачным ковшом, какие полагаются к миксерам. Ковш почти доверху был полон молока, взбитого с яичным белком.

Шалганов отважно кинулся следом за ним в открытую дверь. Драгомирский, увидев недруга, буквально вскочил, но жена удержала его. Она лежала на диване с таким видом, будто до смерти остается минуты две, не больше. Лицо было совершенно незнакомое.

Арабский террорист, увидев яростное лицо Драгомирского, оттолкнул Шалганова. Дверь захлопнулась.

- Ну что, узнали?

- Какое там узнал... Впервые в жизни эту дуру вижу!

- А вы все-таки сядьте и подумайте хорошенько.

Шалганову больше всего на свете хотелось отсюда убраться. Но если не получается - можно где-то спрятаться и подумать. Одну гостевую комнату заняли Драгомирские, В другой сидела компания масок. В кабинете кто-то целовался. Обе хозяйские спальни были закрыты. На кухне хозяйничали официанты. Оставался гостевой туалет...

Стоп, подумал Шалганов, ведь есть еще гардеробная, в которой сейчас по меньшей мере полсотни шуб и дубленок! Там никто его уж точно не найдет! И там же стоят стулья для тех, кто хочет переобуться...

В гардеробной Шалганов перевел дух. Ситуация была - хуже не придумаешь. Да еще пропала Томка. В поисках тихого местечка он не забывал поглядывать - не торчит ли откуда кошачья морда, не мерцает ли бронзовый сапожок. Это было более чем странно.

Он взял стул и потащил к стойке для шуб. Там можно было устроиться комфортно и незаметно. Но, оказывается, не один Шалганов был такой умный.

За стойкой уже сидела Томка. Причем сидела в удивительно унылой позе, повесив голову.

- Какого черта ты сюда залезла? - напустился на нее удивленный Шалганов. - Слушай, ты же медик! Что за дрянь нужно проглотить, чтобы изо рта кровавая пена пошла?

Томка безнадежно махнула рукой.

- Это что - смертельно? - перепугался Шалганов.

Жест был повторен.

- Ты можешь говорить по-человечески?

Она помотала головой.

- Онемела, что ли? - Шалганов высказал эту догадку как самый фантастический вариант. Онеметь Томку не заставило бы и светопреставление. Он получил в ответ глубокий вздох.

- Нет, но какую же дрянь надо для этого съесть? Ты будешь отвечать или нет?

- М-м-м... - опять помотав головой, ответила Томка.

- Какого черта?!. - тут Шалганову сделалось не по себе. История с отравлением должна была вызвать у подруги форменное словоизвержение, молчание и Томка, словно гений и злодейство, были две вещи несовместные... И дикая мысль осенила его - кто же молчит под кошачьей маской?!

- Маску сними! - внезапно охрипнув, потребовал он.

Томка вскочила и попыталась проскочить мимо него к двери. Тут уж и дураку стало бы ясно, что никакая это не Томка! Но Шалганов, с неожиданной ловкостью заступив ей путь, поймал ее в охапку и, запустив палец под край маски, дернул ее снизу вверх.

Это была совершенно незнакомая молодая женщина - Томкиного роста, с похожей фигурой, но с чужим лицом, может быть, и более красивым, но сейчас зверским и злобным. Она изворачивалась молча, наконец ей удалось поймать кисть Шалганова и рвануть пальцы в разные стороны. От боли он зашипел и выпустил добычу. Незнакомка тут же оказалась у дверей, надвинула на лицо маску, повернулась к Шалганову и произнесла с невероятной яростью:

- Это было мыло!

Дверь захлопнулась. Шалганов остался в гардеробной, растирая себе руку. Какое, к лешему, мыло, думал он, при чем тут мыло? И понемногу все же дошло - это был ответ на его вопрос об отраве.

Шалганов в очередной раз назвал себя дураком. Старый трюк - симуляция эпилептического припадка. Но при чем тут он, Шалганов, и неужели эта женщина в костюме маркизы до такой степени его ненавидит, что вздумала поссорить с Аникиным и со всей верхушкой телекомпании?

Ведь она, скорее всего, уговорилась с официантом, чтобы он изобразил похоронную рожу и наговорил Аникину всяких ужасов! Но в чем смысл, в чем смысл???

Нужно было срочно понять, где, как и когда он обидел мадам Драгомирскую. А если голова не расколется пополам - сообразить, что за игру ведет Томка. Почему она подсунула вместо себя эту когтистую злюку? И откуда женщина, так успешно притворявшаяся Томкой, знала, что маркиза симулировала отравление? Ведь не кинула же она маркизе в бокал с вином кусок мыла?

Шалганов полез в стенной шкаф искать свою сумку. Там в боковом кармане лежала выключенная мобилка. Он нашел телефон и сперва позвонил Томке, но она благоразумно отключила мобилку. Тогда он набрал номер тех общих знакомых, где собиралась справлять Новый год Томка, прежде чем ей взбрело на ум плести интриги и строить козни.

Линия была перегружена, Шалганов еле дозвонился.

- Тамара у вас? - спросил он.

- Тамара? А разве она не с тобой? - голос хозяйки был какой-то ненатуральный.

- Она же к вам отправилась! - и для пущего правдоподобия Шалганов добавил: - Мы с Валеркой Смоляниновым ее до вашего подъезда довезли.

- Как до подъезда? - тут в трубке стало тихо, очевидно, микрофон был прикрыт ладонью. Шалганов понял, что идет какое-то совещание. Наконец голос прорезался снова:

- Нет, ее здесь нет! Извини - мы за стол садимся, уже без пятнадцати полночь!

Вот такой получился разговор. Поняв, что разборка с Томкой переносится на утро или даже на день, Шалганов стал искать, куда бы приспособить мобилку, и засунул ее за широкий пиратский пояс. Потом, исполненный самых мрачных намерений, вышел из гардеробной.

Он должен был доказать, что комедия, разыгранная маркизой, не имеет к нему ни малейшего отношения. Ведь все происходило на глазах у Куоккенена - и если финна убедят, что сотрудник такой солидной телекомпании чуть ли не уголовник, на карьере можно ставить крест.

Тут Шалганова прошиб холодный пот - он понял, чьих рук дело вся эта ахинея. Начальница! Та, на чье место он претендовал! Это она устроила ему приглашение к Аникиным! Как же он сразу не догадался?.. Ему следовало вежливо отказаться и поехать туда, куда ненавязчиво пригласила Томка, а не скакать козлом, словно сопливый мальчишка, в дом, где его ждала ловушка!

4
{"b":"71657","o":1}