ЛитМир - Электронная Библиотека

Оглядываясь на прошлое с высоты взрослости, Кейла подозревала, что даже самая модная и шикарная одежда не спасла бы ее тогда. Она нс считала себя хорошенькой — слишком проста, абсолютно обыкновенна. А в шестнадцать лет была попросту жалкой. Выросшая уже в то время до своего теперешнего роста (примерно метр семьдесят), веса, естественно, не набрала — меньше сорока пяти килограммов. Округлостей, притягивающих внимание, не имела, макияжем не пользовалась, а ее светлые волосы до плеч безжизненно висели и секлись от домашней завивки, которую она по глупости делала втайне от Рут. Но наихудшее воспоминание, сохранившееся в глубинах сознания, — скобы на зубах: толстые серебряные пластинки, блестевшие, как металлическая решетка у «бьюика» пятьдесят седьмого года, стоило ей открыть рот.

Как она умоляла бабушку не звонить мистеру Риду! Но Рут не послушалась: рождественский бал, ежегодно проводимый в загородном клубе по соседству с академией, — главное событие общественной жизни школы. Друга у Кейлы нет, и потому сопровождать ее на бал некому. А вот сын Филипа все равно проводит каникулы дома, скучает, наверно, отчаянно и будет рад случаю пойти на бал.

Скучает? Это Мэт-то Рид скучает?! Да каждому, кто живет в радиусе двадцати миль, известно: стоит Мэту Риду сесть в машину по окончании семестра — и телефон в его доме слетает с крюка от звонков. Что там Кейла — любой в Брайвуде в курсе всего, что происходит в его жизни. Девочки тут еще не доросли, чтобы вращаться в его орбите. Но он воспитывался и взрослел в том же пригороде Бостона, учился в местной высшей школе, звезда на беговой дорожке, и вообще слывет твердым орешком. Все знают Мэта Рида одного из тех редких индивидуумов, которые находятся в поле всеобщего внимания: о них не просто говорят — о них слагают легенды.

И вот Мэт Рид, так сказала ей бабушка, согласился сопровождать Кейлу на бал. Потрясающе! В следующее же мгновение ей захотелось умереть немедленно заползти под кровать, вместе с пыльными зайцами и куклами, и умереть. Мэт такой взрослый, он слишком хорош, чтобы даже на вечер быть бе кавалером. Но почему он согласился? Ведь Ьдва ее знает: встречались несколько раз, когда она заходила с Рут в офис Филипа. Случалось, что Мэт бывал там в это время — работал после школы, — но вряд ли обменялся с ней и двумя словами. Может, потому не смог отказаться, что бабушка — самый важный клиент мистера Рида? Принудили-и пришлось со скрипом согласиться…

Она так и знала, что каждое мгновение этой встречи окажется для нее пыткой. Мэт материализовался у ее дверей во всем своем великолепии, а ее только что вырвало — во второй раз за вечер. В машине он вел с ней непринужденную беседу, она же… почти заикалась. Бал проходил в местном клубе: Мэт с легкостью выделывал любые танцевальные па, а она только и делала, что все время наступала ему на ноги.

Но, несмотря на все это, он оставался вежливым и внимательным партнером. Однако чуткая девушка уловила в нем некоторое нетерпение, чуть заметное желание: «Ох, поскорее бы все кончилось!», приметила взгляды украдкой на часы, нервное постукивание пальцами, когда разговор замирал.

Кейла сама предложила уехать раньше, до окончания бала, и Мэт не стал возражать. Они покинули танцевальный зал, спустились по нарядной лестнице и обогнули туалет, расположенный позади главного фойе.

Оба одновременно услышали смех из соседнего помещения, а еще комментарий тех, кто не подозревал, что они с Мэтом тут, рядом.

Кейла узнала один голос — лидера самой популярной группировки ее класса. Чувство унижения захлестнуло се: предмет злословия — она, Кейла Брейтон… Уж конечно, она трясется от страха: все будут говорить, что эту встречу устроила бабуся! Ну, это еще ладно, это само собой, но зато «чудачке» ничто не грозит: бедный Рид даже не попытается поцеловать ее…

Оглушенная, убитая, Кейла вслепую протянула руку за пальто, но пальцы Мэта нежно замкнулись на ее запястье, и твердая решимость прозвучала в голосе:

— Знаете, мы обязательно должны потанцевать еще хоть немного. — И, не дав ей возразить, потащил за собой вверх по лестнице.

И они танцевали, о, как они танцевали!

Больше никогда ничего подобного в своей жизни Кейла не испытывала. Поначалу от пережитого волнения и шока она ничего не чувствовала и была как бревно, но Мэт, крепко прижимая к себе девушку, олицетворял собой героя — живое воплощение ее девических грез. Умная Кейла понимала, разумеется, что все это искусная игра, но противостоять не умела, да и не хотела, наверное, по своей неопытности. Протанцевали два долгих танца, и по окончании каждого он не о/гпускал ее, будто не в силах от нее оторваться: нежно обнимал, тихонько, с завораживающей интимностью с ней разговаривал. Как только начался третий танец, Кейла заметила: группка сплетниц вошла в зал. Пульс ее участился, напряжение сковало плечи, руки, ноги…

— Расслабься, дорогая! — прошептал он у самых ее волос. — Ты все делаешь просто прекрасно!

От его дыхания она испытала чувство острого наслаждения, но расслабиться никак не получалось. Он капельку отодвинулся от нее и приподнял ее подбородок, так что теперь она поневоле смотрела вверх, в его затуманенные серые глаза, видела его ласковую, успокаивающую улыбку — и, сама того не сознавая, заулыбалась и похорошела… А он… склонил голову и стал ее целовать — осторожно, любовно целовал ее твердые губы, до тех пор пока колени ее не ослабли, а сердце не забилось так, что чуть не выскочило из груди… Наконец он оторвался от нее и прошептал:

— Теперь мы можем уйти.

Ни он, ни она не смотрели в сторону тех, кто о них судачил, но Кейла кожей ощущала: они наблюдают… молчат… цепенеют… Мэт проехал почти полпути до ее дома, прежде чем они заговорили.

— Мне хотелось бы объясните. Я… у меня есть девушка… там, в колледже. У нас все довольно серьезно.

У нее перехватило горло — какое же она наивное создание! Ведь и вправду возомнила, что он хоть что-то да испытывал к ней во время танцев.

— Я понимаю, прекрасно… Я… — она задыхалась, — я тоже встречаюсь с одним парнем, но он сейчас поехал со своей семьей в круиз.

— Тогда все отлично. У меня прямо гора с плеч. — Он вырулил на закругленную дорожку перед се домом, выключил двигатель и повернулся к девушке, глядя прямо ей в лицо. — Кейла, вам многое дано. Вы — умная, веселая, добрая и искренняя девушка. И, поверите или нет, со временем станете очень хорошенькой…

Не позволяйте никому подавлять вас.

Вместе со словами «со временем», уязвившими ее в самое сердце, он накрыл рукой ее сцепленные руки — самое дружеское прикосновение, какое Кейла когда-либо испытывала. Оно сделало ее несчастной окончательно и бесповоротно!

Кейла смотрела на его улыбку, пытаясь запомнить ее, так как тогда уже знала, что никогда больше его не увидит. И она не видела — пока не встретилась с ним два дня назад…

— Кейла!

Ох!.. Подскочив на месте при звуке голоса Мэта, она повернула голову и уставилась на него, с трудом возвращаясь оттуда, из прошлого, в настоящее.

— Где вы, Кейла?

— Вы что-то сказали?

— Да, я спросил, чем вы занимаетесь в Чикаго.

— Послушайте, Мэт, — она колебалась, — мы оба знаем, что это не очень приятное путешествие, а если вполне откровенно — я не очень-то расположена к беседе.

— Согласен. Поверьте, я тоже себя неловко чувствую в нашем совместном путешествии. Я только подумал, что за разговором время прошло бы быстрее. Предпочел бы, конечно, работать, но почему-то не могу сосредоточиться. К тому же наш рейс отложили еще на двадцать минут. Видите?

Кейла взглянула на монитор, показывающий время отправления и прибытия самолетов: их рейс чуть ли не в полдень.

— Хотите перекусить? — Мэт перевел на нее взгляд.

— Да, пожалуй.

Оба подхватили сумки, и он было направился в сторону ресторана, но Кейла остановилась у стойки бара в фойе.

— «Ирландский туман на скалах», пожалуйста, — попросила она бармена.

У Мэта от изумления бровь поползла вверх.

6
{"b":"71701","o":1}