ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Сделай вот что... - Маймун ибн Дамдам задумался. - Возьми нож и очерти вокруг себя круг.

- У меня нет ножа, о несчастный, - буркнул Хайсагур, понимая, что в этом деле допустил оплошность. - Что-нибудь другое тебя устроит?

- Для круга нужно режущее лезвие.

Хайсагур почесал в затылке.

- Нейгат для обрезания каламов сгодится? - спросил он.

- Если нет ничего другого, о гуль.

Хайсагур достал нейгат и очертил неровный круг.

- Напиши изнутри круга такие слова: "Прибегаю к Господу рассвета от зла того, что он сотворил, от зла мрака, когда он покрыл, от зла дующих на узлы, от зла завистника, когда он завидовал! " - велел джинн.

- Это слова из Корана, - заметил гуль.

- Они были прежде Корана и пророка Мухаммада, - сказал Маймун ибн Дамдам. - Многое в Коране - осколки древних знаний, сложенные заново и образовавшие иную форму. Напишешь ли ты когда-нибудь это, о сын греха? Сделай так, чтобы строка образовала замкнутый круг!

- Я сделал это, - сообщил Хайсагур.

- Теперь пиши, опять по кругу, такие слова: "Прибегаю к Господу людей, царю людей, Богу людей, от зла наущателя скрывающегося, который наущает груди людей, от джиннов и людей! "

Гуль написал концом нейгата и это.

- Будет очень удивительно, если марид разглядит сверху мою каллиграфию, заметил он. - Пока я начну окликать и призывать его, совсем стемнеет.

- Теперь вырви волос из своей бороды, - велел джинн.

- Если ты считаешь это бородой, то вот он, волос, - усмехнулся Хайсагур, выполнив и это приказание.

- Поднеси его к моим ноздрям.

После чего в голове у гуля зазвучали слова неведомого ему языка, причем конь усердно и старательно фыркал на волос.

- Свяжи его концы так, чтобы образовалось кольцо, - сказал он наконец. И трижды повтори имя марида, заклиная его именем Аллаха!

- О Зальзаль ибн аль-Музанзиль, во имя Аллаха, спустись сюда! нараспев произнес Хайсагур. - О Зальзаль ибн аль-Музанзиль, ради Аллаха, появись перед нами! ..

- Что ты делашь, о ишачья задница? - раздалось в голове шипенье джинна. Повторяй одни и те же слова, ничего не меняя! Начинай сначала!

- А раньше ты не мог сказать этого, о червячий навоз? - сердито осведомился Хайсагур и принялся трижды призывать марида по всем правилам.

- О всесильный Аллах, разве ты не послал мне освобождения? - раздалось вдруг у самых ног Хайсагура. - Кто еще пытается мне приказывать?

- Я вовсе не собираюсь приказывать тебе, о почтенный Зальзаль ибн аль-Музанзиль, привет, простор и уют тебе! - торопиво опускаясь на корточки, чтобы быть вровень с собеседником, произнес гуль. - Я заклинал тебя именем Аллаха, чтобы ты уделил мне немного времени для беседы, а что до приказов - клянусь Аллахом, я не имел такого намерения!

По ту сторону круга сгустился черный комок, величиной не более тюрбана, в глубине которого Хайсагур увидел два близко посаженных красных глаза.

- Поздравь его с освобождением, о несчастный, - подсказал Маймун ибн Дамдам.

- Я приветствую тебя в день твоего освобождения, о могучий и славный марид, - решив, что лестью этого дела не испортишь, продолжал гуль. - Я ведь не маг, которому непременно нужно кем-то повелевать. Я гуль из рода горных гулей, мое имя - Хайсагур, и если ты во имя Аллаха Милостивого, Милосердного, ответишь на мои вопросы, это тебе зачтется. Я прошу тебя о милости - а решение принадлежит тебе.

- Ты очень правильно сделал, став в круг и защитившись сильными заклинаниями, прежде чем просить меня о милости, о гуль, - заметил марид. Из-за подобного тебе я пребывал в наитягчайшем рабстве, и чинил полуразрушенные замки, и носил людей туда и сюда, и убивал их пламенем, и за это мне придется держать ответ перед Аллахом.

Хайсагур вспомнил обуглившееся тело в покинутом доме цирюльника.

- Если ты выполнял все это по приказу мага аш-Шамардаля... - начал было он, о марид перебил его.

- Будь проклят ты, и будь проклято твое потомство до седьмого колена, и будь проклята вода в твоих колодцах, если ты - из друзей аш-Шамардаля и хочешь вновь поработить меня!

- А разве могут быть друзья у гнусного завистника? - стараясь сохранить спокойствие, спросил Хайсагур. - Клянусь небом, обладателем путей звездных, я не друг ему, а враг!

- Воистину, верно ты назвал его гнусным завистником, - подтвердил возмущенный марид. - Ибо он завидует своему наставнику Бахраму за то, что Бахрам - старший среди магов и владеет талисманами, а ему дает их лишь на врем6 он завидует Гурабу Ятрибскому за то, что он по своей силе и своим способностям может стать первым среди магов, но не желает, он завидует Сабиту ибн Хатему и прочим звездозаконникам Харрана за то, что они обладатели знаний, не вмещающихся в его голове, и он, этот сын греха, стравил Сабита ибн Хатема с неким Барзахом, и помог Барзаху хитростью выиграть спор, и сегодня собрал в Пестром замке мудрецов и звездозаконников, чтобы погубить их!

- Сабит ибн Хатем - в замке этого мерзавца? - воскликнул Хайсагур. - О ишак и сын ишака! О бесноватый! Как это он позволил принести себя туда? Я же говорил ему, что аш-Шамардаль затеял тот спор с дурной целью!

- Сегодня - день, когда они должны были встретиться, и начертал калам, как судил Аллах, - утешил его марид. - Задавай свои вопросы, о гуль, и торопись - довольно с меня того, что этот нечестивец хитростью заставил меня прослужить себе лишнее время после того, как Аллах послал мне освобождение!

- Мне больше не о чем спрашивать тебя, о благородный марид! - со злостью отвечал Хайсагур. - Ты сам все мне сказал! Иди - и да будет над тобой милость Аллаха!

Но черный мохнатый комок даже не пошевелился.

- Я не держу тебя. Я не аш-Шамардаль, чтобы хитростью удерживать тебя! Хайсагур обхватил голову руками. - Мало мне было той ущербной разумом, которая привела в Пестрый замок тех неразумных детей? Теперь там еще и подобный разумом ишаку звездозаконник!

- Спроси его, много ли у аш-Шамардаля осталось подвластных ему джиннов и маридов! - потребовал Маймун ибн Дамдам.

- Кто из маридов остался служить гнусному завистнику после твоего освобождения, о Зальзаль ибн аль-Музанзиль? - со вздохом обратился Хайсагур к мариду.

- Всего один ифрит, обессиленный его неумелыми заклинаниями. Но он успел понемногу доставить в Пестрый замок почти всех муридов аш-Шамардаля, преданных ему до безумия, которых он соблазнил райскими гуриями и виноградным вином.

112
{"b":"71754","o":1}