ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Джинн и ифрит переглянулись.

- А ты, о Джейран, все еще хочешь стать женой аль-Асвада? - спросил Гураб Ятрибский. - Это - твое окончательное решение? И Маймун ибн Дамдам должен немедленно отнести тебя к нему? Или же ты готова еще поразмыслить?

Эти неожиданные вопросы изумили девушку - к ужасу своему, она

обнаружила, что охотнее посидела еще у костра, пусть даже слушая непонятные речи, чем отправилась к своему высокородному жениху.

- Аль-Асвад принадлежит мне, а я - ему, ибо мы дали слово! - ответила она с достоинством.

- О ущербные разумом... - проворчал Грохочущий Гром. - Как же внушить ей?..

- Хотите ли вы услышать на прощание притчу? - осведомился фалясиф, перебивая его.

- Ради Аллаха, окажи нам эту милость! - воскликнул джинн.

- Она долгая, эта притча о трех учениках, которые провинились перед своим наставником, и он прогнал их, и не велел возвращаться, пока каждый не встретит племени дураков и не наставит их на разум. Где странствовали первые двое, я расскажу в другой раз и кому-нибудь другому. А третий из учеников шел, пока не встретил большой караван. Этот караван торопливо двигался на запад, и в то время, когда разумный каравановожатый уже отдает приказ останавливаться, разъвьючиваь животных и ставить палатки, он еще торопился вперед. Ученик спросил людей, куда они так спешат и не гонятся ли за ними разбойники. " Мы спешим вслед за солнцем, - ответили ему. Вот уже много лет оно ускользает от нас, и оставляет нас во тьме, и мы бредем наугад, пока усталость не одолеет нас и сон не овладеет нами. И мы падаем, и спим, а когда мы просыпаемся - оно уже в небе, и мы опять устремляемся за ним. Не задерживай нас, о человек, ты видишь - оно удаляется все быстрее! "

- Вот уж воистину поразительная глупость! - вставил ифрит, когда Гураб Ятрибский замолчал, переводя дух.

- Теперь ты видишь, о Грохочущий Гром, что ученик выполнил задание наставника и действительно отыскал племя дураков? - спросил старый фалясиф. - Но слушайте, что было дальше. "Вы хотите поскорее вновь встретить солнце? - спросил ученик. - Тогда вы идете неверным путем. Вам нужно развернуть караван и двинуться в сторону, противоположную той, куда убегает от вас солнце." Он взял камни и выложил из них стрелу, указывающую на восток. "Отдохните, напоите животных и ступайте туда, куда указывает эта стрела, - добавил он. - Через несколько часов вы увидите возрожденное солнце во всем его блеске и сиянии. И взор ваш насладится доселе невиданным зрелищем." "Ступай своим путем, о глупец, и не мешай нам преследовать светило, " - ответили ему те люди.

- Клянусь Аллахом, я понял смысл! - воскликнул Маймун ибн Дамдам.

- И я тоже, о шейх, - хмуро добавил ифрит. - Но что с того толку, если жта женщина ничего не поняла.

- Я действительно не поняла, - призналась Джейран. - Ради Аллаха, какое отношение ко мне имеют наставники, ученики и племя дураков?

- Я прожил долгую жизнь. Я учил разносчиков воды на городских базарах и царей во дворцах, - сказал Гураб Ятрибский. - А на склоне дней своих я, несчастный, вообразил, что можно чему-то научить женщину! Я возомнил о себе - и вот она меня низвергла с высот...

- Можно, о шейх, - сказал вдруг Грохочущий Гром. - Если хорошенько отлупить ее. Я часто пользовался этим средством - и оно всегда помогало.

- Я бы охотно отлупил ее - но ведь она даст мне сдачи! - и тут Гураб Ятрибский расхохотался, но без особого веселья.

- Не буди ребенка, о шейх! - одернула его Джейран.

Гураб Ятрибский задумался.

- Решайся и сделай это, о шейх! - вдруг потребовал Маймун ибн Дамдам. Ты же видишь, иносказаний она не понимает. Она должна сама прийти к той мысли, которую мы ей так безуспешно пытаемся вложить в голову. А другого способа заставить ее думать я не вижу! Ты же хотел сделать это!

- Ты сам знаешь, о Маймун ибн Дамдам, что случается с магическими предметами, если они лишены присмотра, и ты тоже знаешь это, о Грохочущий Гром, - уже шаря рукой за пазухой, отвечал старый фалясиф. - Кто поручится, что не бродит по земле второй аш-Шамардаль или вторая Хайят-ан-Нуфус? Кто поклянется, что никогда не родится вторая Бертранда?

Джинн пожал плечами.

- Никто не поклянется, о шейх, - сказал Грохочущий Гром. - Но ты же сам был недоволен людьми, для которых делом доблести становится не исполнение дозволенного, а уклонение от недозволенного! Если только и делать, что уклоняться, то лучше уж вовсе не жить! Впрочем, решай сам. Или ты уже решил?

- Я решил, - Гураб Ятрибский достал из-за пазухи черное ожерелье. Подойди, о Джейран, дай я его на тебя надену.

- Как, опять это мерзкое ожерелье? - возмутилась девушка.

- Мы с Маймуном ибн Дамдамом после того, как увидели мертвого сабита ибн Хатема, забеспокоились, не остался ли в развалинах кто-то раненый, нуждающийся в помощи. И мы пошли туда, и отыскали женщину, которую погубило это ожерелье, ибо не ей оно было предназначено. И мы забрали его, - сказал Гураб Ятрибский, протягивая Джейран переплетение золотых и серебряных цепочек с плоскими, грубо ограненными камнями.

- Оставь его себе, о шейх, у меня нет в нем нужды! - помотала головой девушка. - Или верни Абризе!

- Если я надену его на шею Абризе, оно ее погубит как и любую другую женщину, кроме тебя, - объяснил фалясиф. - Его владелица прокляла его таким образом, что только ее наследница может носить его без вреда для себя, а прочие, посягнувшие на него, погибнут. Разумеется, опытный маг может снять это проклятие - если хорошенько поломает голову. Но я бы оставил все, как есть.

- Я не хочу его, - сказала Джейран. - Нет мне от него пользы, а лишь одни бедствия. Лучше всего выбросить это проклятое ожерелье в пересохший колодец, чтобы уж никто больше к нему не прикоснулся.

- А что помогло тебе спасти мальчиков во дворце царей Хиры, если не это ожерелье? - спросил Гураб Ятрибский. - Как ты полагаешь, что удесятерило тогда твою силу?

- А разве моя сила удесятерилась? - задав этот вопрос из простого упрямства, ибо ей и самой те подвиги казались какими-то подозрительными, Джейран задумалась, и по ее лицу сразу стало ясно, что размышлять о предметах отвлеченных - тяжкая для нее задача.

138
{"b":"71754","o":1}