ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- И ты все это тащила по нашей ужасной лестнице?! - воскликнул Хайсагур.

- Я только боюсь, что неплотно закрыла кувшин, так что вода, скорее всего, пролилась. Но у меня с собой нет ничего такого, что могла бы повредить сладкая вода, клянусь Аллахом! - Джейран негромко рассмеялась.

Рассмеялся и оборотень.

- Вон там, в углу, на столике стоит посудина, которая наполнена маслом, а в ней как бы плавает деревянная рыбка, - сказал он. - Эта рыбка содержит в себе железную иглу и постоянно указывает носом в сторону Черных стран, а хвостом - в сторону Красных стран. Если и ты станешь носом к Черным странам, то по правую руку у тебя будут Зеленые страны, откуда везут шелк и фарфор, а по левую руку - Белые, откуда прибыли к нам франки. Вот и вся наука, о красавица. Остальное, поверь мне, если и сложнее, то ненамного.

- Не думаешь ли ты, что я собираюсь сделаться звездозаконником? Да спасет и сохранит меня Аллах от подобного бедствия! - Джейран возвела глаза к потолку, так что весь вид ее являл искренность молитвы.

- Выходит, мне нужно откладывать в сторону более важные бумаги и искать твой гороскоп... - оборотень громко вздохнул. - А что изменится в твоей жизни, если ты получишь его на несколько дней позже? Эдесса, где ты можешь встретить своего отца, с места не сдвинется. И, насколько мне известно, с франками у правоверных теперь перемирие. Не знаю только, надолго ли это. А что касается твоего замужества с сыном могучего царя...

Хайсагур прервал речь и с недоумением уставился на Джейран. Воистину, меньше всего она была сейчас похожа на невесту царского сына. Изар, мешавший восхождению по лестнице, она отвязала и перекинула через плечо поверх хурджинов. И это был простой изар, не из мосульского шелка и без золотых каемок. Голубое платье Джейран было добротным и теплым, пояс, перехвативший его, - без золотых накладок, а туфли - с самой скромной вышивкой.

- Насколько я помню, до своего двадцатилетия ты должна была выйти замуж... - озадаченно пробормотал оборотень.

- Я вышла замуж, о Хайсагур, и освободила Ади аль-Асвада от его клятвы, и все мы сдержали слово, - объяснила Джейран. - А потом, когда брачный договор был составлен и подписан, я вышла из своих комнат, и пошла на конюшню, и оседлала аль-Яхмума, а вещи я собрала заранее и уложила в эти вот хурджины. Покинув его тело, джинн Маймун ибн Дамдам оставил в сердце этого коня привязанность ко мне, так что у меня не было с ним хлопот, и он...

- Зачем ты сделала это, о Джейран? - воскликнул Хайсагур. - Разве ты не хотела стать женой аль-Асвада?

- Хотела, о Хайсагур. Но он не хотел быть моим мужем. Ему нужно было сдержать клятву, и не более того. А я не желала сделаться навсегда несчастной лишь потому, что этот безумец вообразил себя рабом верности! Я хочу принадлежать мужчине, который меня полюбит и для которого я буду красива! А аль-Асвад никогда не перестанет замечать эти знаки на моей щеке!

Пылкость, с которой Джейран произнесла все это, удивила гуля, но не менее удивил его и звонкий голос девушки. Казалось, от этих звуков по башне пролетает ветер, и даже странно, что не взлетают ввысь бумаги Сабита ибн Хатема.

- Погоди, погоди, о женщина! - Хайсагур, видя, что работа не будет иметь продолжения, встал и размял ноги. - Клянусь Аллахом, я ничего не понял! Ты ведь хотела выйти замуж за аль-Асвада, и он хотел взять тебя в жены, и твой гороскоп явственно пророчил это, так при чем же тут твои знаки? Если бы не они - ты бы не привела в Хиру своих людей и аль-Асвад погиб бы мучительной смертью. Он должен благодарить Аллаха за то, что пьяный Сабит вспомнил проделки магов и выжег у тебя на щеке эти два слова "Шайтан-звезда"!

- Он хотел забыть о них, но не смог, о Хайсагур! Я не упрекаю его, клянусь Аллахом, мне не в чем его упрекнуть, но он всегда видел бы эти знаки на моем лице, даже в полнейшей темноте! И он всегда помнил бы, что женился из долга чести на уродине, подобной пятнистой змее! А потом он взял бы других жен, а я была бы подобна той слезинке, которую испытывают, лишь будучи в затруднении. Дело сделано, о Хайсагур - брачный договор подписан, и я не буду обременять его своим уродством!

- Но раз тебя так беспокоит твоя внешность, тебе нужно вернуться к отцу, чтобы он отправил тебя в Афранджи, - разумно рассудил оборотень. Там такие, как ты, - дочери благородных семейств, и ты сама ведь видела, какими почестями франки окружают своих знатных женщин. Твой брачный договор не будет у них правомочен, о женщина, и в Афранджи ты станешь одной из самых красивых, и найдешь себе мужа, невзирая на эти знаки, ведь вы, женщины, умеете замазывать красками такие вещи...

- Я не поеду в Эдессу искать отца и видеть не хочу Афранджи! Разве ты еще не понял, почему я пришла сюда?

Хайсагур развел руками.

Джейран быстро подошла к нему и обняла за шею.

- Я хочу жить тут, с тобой! - торопливо заговорила она. - Я хочу помогать тебе, и готовить для тебя пищу, и стирать твою обежду! А если Аллах пошлет нам детей - я хочу растить этих детей!

- Погоди, погоди, ради Аллаха! - перебил ее оборотень, взяв за плечи и несколько отстраняя от себя. - Ты сама не понимаешь, что говоришь! Из двадцати женщин, которых гули берут в жены, только одна может выносить и родить ребенка!

- Вот я и буду этой двадцатой женщиной! - отвечала Джейран. - Я обо всем подумала, о любимый! Я знаю очень мало, но я привыкла не поддаваться бедствиям! Если вообще в человеческих силах сделать какое-то несложное дело - я его сделаю, клянусь Аллахом! Я вышла из этого разбойничьего рая, прошла через горы, я не побоялась джиннов, я возглавила тот отряд, который освободил аль-Асвада - и ты сам знаешь, что я еще сделала! Аллах сохранил мне жизнь, и всякий раз, как я избавлялась от смерти, я как бы слышала его голос: "Я храню тебя ради того, чтобы и ты кого-то спасала и сохраняла, я даю тебе жизнь, чтобы и ты кому-то дала жизнь! " Аль-Асвад не нуждается во мне, и Салах-эд-Дин не нуждается во мне, и нет мне нужды в тех женихах, которых мне найдут посредницы ради моего приданого! Я пришла к тебе не потому, что больше мне было некуда идти, о Хайсагур! Ведь об этом ты подумал, о любимый?

- О Аллах, ведь когда-то из этой женщины каждое слово приходилось вытягивать клещами, словно больной зуб! - сказав это, Хайсагур вдруг смутился, негромко рассмеялся и погладил Джейран по голове.

142
{"b":"71754","o":1}