ЛитМир - Электронная Библиотека

Летающий диск скользнул над площадью. Ридра взглянула на рампу, где на фоне искусственного вечера силуэтами вырисовывался ее экипаж. Диск начал медленно подниматься к входному тамбуру «Рембо».

— Ну, — сказала она маленькому коку-альбиносу, который только вчера снял повязку, — сегодня вечером ты свободен. Помощник и экипаж приглашены на обед. Проверь, если можешь, манеры ребят — все ли знают, что каким ножом едят и тому подобное.

— Салатная вилка маленькая, она лежит с самого края, — мягко начал помощник, поворачиваясь к взводу.

— А какая около нее? — спросила Аллегра.

— Это для устриц.

— А если они не едят устриц?

Флоп потер губу костяшками пальцев:

— Я полагаю, ты можешь положить туда свои зубы.

Брасс положил лапу на плечо Ридры.

— Как вы себя чувствуете, Ка'итан?

— Как поросенок на вертеле.

— Вы выглядите усталой, — добавил Калли.

— Наверное, слишком много работала. Сегодня вечером мы гости барона Вер Дорко. Думаю, нам можно немного расслабиться.

— Вер Дорко? — спросила Молли.

— Он координирует реализацию всех проектов, направленных против захватчиков.

— Значит, под его руководством проектируют самое большое и самое секретное оружие? — спросил Рон.

— А также самое маленькое и смертоносное. Я имею в виду воспитание.

— Эти случаи саботажа, — сказал Брасс. Ридра успела объяснить им свои идеи. — Ус'ешная акция в Военных Дворах п'лохо сказалась б'ы на наших действиях п'ротив захватчиков.

— Хуже этого была бы только бомба в штаб-квартире Администрации Союза.

— Вы в состоянии предотвратить это? — спросил помощник.

Ридра пожала плечами и повернулась к прозрачным фигурам разобщенных членов экипажа.

— У меня есть идея. Я попрошу вас немного пошпионить этим вечером. Глаз, я хочу, чтобы вы остались на корабле. Я должна быть уверена, что на корабле только вы. Ухо, как только мы двинемся к барону, станьте невидимым и не отходите от меня дальше, чем на десять футов, пока мы не вернемся на корабль. Нос, вы будете передавать сообщения. Здесь что-то готовится, и это мне не нравится. Не знаю, может, это просто мое воображение.

Глаз проговорил что-то зловещее. Обычно телесные могут разговаривать с разобщенными только при помощи специальной аппаратуры. Иначе они тут же забывают сказанное. Ридра решила эту проблему: прежде чем забыть, она немедленно переводила слова разобщенных на язык басков. Сами слова тут же забывались, но смысл сказанного фиксировался в переводе.

«Разбитые плитки на корабле не были вашим воображением» — вот что осталось в ее голове после перевода слов Глаза на язык басков.

Она с беспокойством оглядела экипаж. Если бы один из этих парней или офицеров имел какие-нибудь психологические отклонения, это тут же отразилось бы в его психоиндексе. Среди них был диверсант, действующий сознательно. Это терзало, как заноза в ступне, напоминающая о себе при каждом шаге. Она вспомнила, как ночью собирала экипаж. Гордость. Теплая гордость за то, как все исполняли свои обязанности, продвигая корабль между звезд. Тепло облегчало предчувствие всего, что могло случиться с машиной-по-имени-корабль, если машина-по-имени-экипаж была недостаточно спаяна. Но она выбрала их, и корабль — ее мир — прекрасное место для прогулок, работы, жизни, для длинного путешествия.

И все же, среди них был предатель.

«Где-то в Эдеме... — вспомнила она, снова оглядывая экипаж, — где-то в Эдеме червь, червь.» Эти расколотые платы подсказали ей: червь хочет уничтожить не только ее, но весь корабль, его экипаж, и все его содержимое, и уничтожить медленно. Нет сверкающих во тьме лезвий, нет выстрелов из-за угла, нет веревки, набрасываемой на горло, когда она входит в темную каюту. Вавилон-17 — насколько он будет хорош, когда дело пойдет о ее жизни?

— Помощник, барон пригласил меня прийти пораньше. Он хочет показать мне новейшие образцы оружия. Отведете парней сами. Я ухожу сейчас. Глаз и Нос — со мной.

— Есть, Капитан.

Разобщенные стали невидимыми.

Она вновь повела свой диск над рампой и скользнула прочь от столпившихся юнцов и офицеров, углубившись в истоки своей тревоги.

Глава 3

— Грубое, варварское оружие, — барон указал на ряд пластиковых цилиндров на стеллаже. — Стыдно тратить время на эти неуклюжие «новшества». Вот эта маленькая может разрушить все на площади в пятьдесят квадратных миль. Большая оставляет кратер двадцати семи миль глубиной и ста пятидесяти в диаметре. Варварство. Я недоволен его применением. Вот эта слева — более слабая. Она взрывается с силой, достаточной для разрушения небольшого здания. Но главная часть заряда остается нетронутой и прячется под развалинами. Шесть часов спустя она вновь взрывается с силой атомной бомбы. К этому времени к месту предыдущего взрыва стягиваются войска, ведутся восстановительные работы, действует Красный Крест или как его там называют захватчики, многочисленные эксперты определяют размеры разрушений. И вдруг — пууф! Замедленный водородный взрыв и кратер в тридцать или сорок миль! Но все это детские игрушки. Я держу эти бомбы в своей коллекции, только чтобы продемонстрировать, как далеко мы ушли от них.

Ридра последовала за ним через арочный проход в следующий зал. Его стены были уставлены регистрационными шкафами, а в центре находилась единственная витрина.

— Здесь моя гордость! — барон подошел к витрине и откинул прозрачную крышку.

— Что это такое? — спросила Ридра.

— На что, по-вашему, это похоже?

— На... обломок скалы.

— Слиток металла, — поправил ее барон.

— Он взрывается или сверхтвердый?

— Нет, он не взрывается, — заверил ее барон. — А его прочность на разрыв больше, чем у титановой стали, хотя у нас есть и гораздо более прочные сплавы.

Ридра хотела коснуться предмета рукой, но передумала и сначала спросила:

— Я могу взять и осмотреть его?

— Сомневаюсь, — ответил барон. — Но попробуйте.

— Что же случится?

— Сами увидите.

Она хотела взять слиток, но рука ее остановилась в двух дюймах от его поверхности. Что-то ее не пускало. Ридра нахмурилась.

— Минутку, — барон улыбнулся и взял слиток. — Увидев его на земле, вы, правда ведь, даже не посмотрите на него второй раз?

— Яд? — предположила Ридра. — Или это часть чего-то еще?

— Нет, — барон задумчиво повертел в руках слиток. — Он просто высоко избирателен. И хорошо повинуется, — он поднял руку. — Допустим, вам нужен пистолет... — в руке барона теперь был небольшой вибропистолет самой последней модели, она таких еще не видела, — или серповидный гаечный ключ. — Теперь он держал в руке ключ в фут длиной. — Или мачете, — лезвие сверкнуло, когда он взмахнул рукой. — Или маленький арбалет. — У арбалета был пистолетный курок и тетива не длиннее десяти дюймов. Стрела была, однако, вдвое длиннее арбалета и оканчивалась наконечником в четыре дюйма.

Барон нажал на спусковой крючок и глухой удар последовал за продолжительным свиссссстом, когда стрела вонзилась в стену.

— Какой-то мираж, — сказала Ридра. — Поэтому я и не могу коснуться его.

— Металлическое клеймо, — сказал барон. В его руках появился молоток с очень тонкой головкой. Он ударил им в то место, где лежало «оружие».

Раздался резкий звон.

Ридра увидала круглую вмятину от удара. В центре вмятины было маленькое изображение герба Вер Дорко. Она провела кончиками пальцев по клейму, еще теплому после удара.

— Это не мираж, — сказал барон. — Потому что этот арбалет пробивает трехдюймовую доску с сорока ярдов. А вибропистолет... Думаю, вы знаете, что он может сделать.

В его руке снова оказался простой слиток металла.

— Попробуйте его взять.

Ридра подставила руку, барон разжал пальцы, но слиток непонятным образом проскочил ее ладонь и вот уже снова лежал в витрине.

— Это не фокус. Просто он высокоизбирателен и послушен.

Он притронулся к краю витрины и пластиковая крышка закрылась.

15
{"b":"7176","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Я говорил, что скучал по тебе?
Король на горе
Моя гениальная подруга
Проделки богини, или Невесту заказывали?
Morbus Dei. Зарождение
Я куплю тебе новую жизнь
Немой
Шаг до трибунала