ЛитМир - Электронная Библиотека

— Расцепились, — он привел их в капитанскую каюту и подвел к креслам.

Когда они почти упали в них, он сказал в интерком:

— Эй, дьявол, иди сюда и прихвати выпивку! Они заслужили ее!

— Брасс! — она схватила его за руку, когда он повернулся, чтобы выйти. — Можете вы доставить нас отсюда в штаб-квартиру Администрации?

Он почесал за ухом.

— Мы на самом кончике Языка. И я знаю эту часть Зажима только по карте. Но чувствователи говорят мне, что мы в самом начале течения Наталь-бета. Оно проходит через Зажим. По нему мы можем добраться до Атлас-ран, а оттуда — до дверей Администрации. Восемнадцать-двадцать часов полета.

— Тогда летим! — она посмотрела на Батчера. Он не возражал.

— Хорошая мысль, — сказал Брасс. — П'очти п'оловина «Тарика»... лишились тел.

— Захватчики победили?

— Нет. Кайрибианнцы, наконец, поняли, что происходит, и поджарили большой корабль. Ну, схватка и кончилась. Но еще до этого «Тарик» получил в корпусе дыру, достаточную, чтобы пропустить трех «пауков». Киппи сказал мне, что все оставшиеся в живых заперты в целой части корабля, но у них нет топлива.

— А что с Джебелом? — спросил Батчер.

— Мертв, — ответил Брасс.

Чертенок просунул свою белую голову в дверь.

— А вот и я.

Брасс взял бутылку и стаканы. Щелкнул и ожил стенной динамик:

— Батчер, мы видели, как вы схватились с крейсером захватчиков. Как у вас дела?

Батчер наклонился вперед и взял микрофон.

— Батчер жив, шеф.

— Мало кому еще так повезло... Капитан Вонг, я надеюсь, вы посвятите мне элегию?

— Джебел! — она села рядом с Батчером. — Мы немедленно отправляемся в штаб-квартиру Администрации за помощью.

— Как вам будет угодно, капитан. У нас тут немного тесно.

— Мы отправляемся.

Брасс был уже у двери.

— Помощник, парни в порядке?

— Бодры и здоровы. Капитан, вы никому не разрешали проносить на борт шутиху?

— Что-то не припомню.

— Это все, что я хотел знать. Ратт, ко мне!..

Ридра рассмеялась.

— Навигаторы?

— Готовы, — ответил Рон.

Где-то на заднем плане пробивался голос Молли:

— Вилитака, кулала, милале милее...

— Перестаньте, — сказала Ридра, — мы стартуем!

— Молли учит нас стихотворению на суахили, — объяснил Рон.

— О!.. Чувствователи?

— Ап-чхи! Я всегда говорил, Капитан, что нужно держать кладбище в чистоте. Однажды и вам оно может понадобиться. Джебел этого не учитывает... Но мы готовы.

— Пусть помощник пошлет вниз одного из парней со шваброй, Брасс.

— Все уже убрано, Капитан.

С мягким урчанием включились стасисгенераторы. Ридра откинулась на спинку кресла и, впервые за долгое время, расслабилась.

— Я не думала, что мы выберемся отсюда! — она повернулась к Батчеру, который жадно смотрел на нее. — Вы знаете, я нервная, как кошка, и чувствую себя не очень хорошо... О, дьявол, этот старт!.. — болезненность, которую она так долго отгоняла от себя, начала овладевать ее телом. — Я чувствую себя так, как будто меня раздирают на кусочки! Знаете, когда во всем сомневаешься, когда кажется, что чувства обманывают тебя... — даже дыхание причиняло ей боль.

— Я есмь, — мягко сказал он. — А вы суть.

— Не позволяйте мне сомневаться в этом, Батчер! Я и об этом начала задумываться... В моем экипаже есть шпион. Я ведь говорила вам об этом? Может, это Брасс, и он швырнет нас в другую Новую? — болезненность начала переходить в истерику. Она выхватила бутылку из рук Батчера. — Не пейте это! Д... д... дьявол — он может отравить нас! — она медленно встала с кресла. Все было охвачено красным туманом. — Или один из мертвых! Как... как я мо... могу... сражаться с призраком? — она боролась с тошнотой. С болью пришел страх. Она уже не могла ясно разглядеть лицо Батчера. — У... убить... убить нас! — прошептала она. — Ни вы... ни я...

Батчер медленно проговорил:

— Если вы будете с опасности, посмотрите в мой мозг и используйте то, что вам понадобится.

Но в ее мозгу бесконечно крутилась только одна картина: однажды она, Муэлс и Фобо ввязались в драку на Танторе. Она получила удар в челюсть и отлетела назад. И тут кто-то схватил зеркало с прилавка и швырнул в нее.

Ее собственное испуганное лицо с криком летело на нее и ударилось о протянутые руки... И когда она посмотрела в лицо Батчера, сквозь боль и Вавилон-17, это снова случилось с нею...

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

БАТЧЕР

Чтоб наконец в самом себе проснуться,

Он повернуться захотел внутри себя.

Но провода вцепились мертвой хваткой

В глаза. Дробя суставы, языком

Давясь, он начал просыпаться.

Мы проснемся, когда сумеем повернуться до конца.

Пронзенный током, выгнут позвоночник —

Он законтачен крепко с потолком.

Еще чуть-чуть... В созвездии разрядов,

Из цепи вырывая позвонки

И к полюсу стремительно взлетая,

Двойник врезается со звоном в потолок.

Цепь разомкнулась. Слезы высыхают,

Шипя, на том, что прежде было сердцем

И вырвано отныне из груди —

Из груды опаленного металла.

Вот медленно с тяжелым стуком на пол

Легли осколки ребер, плеч и бедер.

Они проснулись.

Мы проснемся,

Когда сумеем повернуться до конца

Захлебываясь кровью, из утробы

Своей он вырвался на мокрый пол,

Рождаясь.

М. Х. «Темный двойник»

Глава 1

— Мы только что миновали зажим, Ка'итан. П'о этому п'оводу можем вып'ить?

Голос Ридры:

— Нет.

— Как вы себя чувствуете? Мне кажется уже все в п'орядке.

Голос Ридры:

— Голова цела. Руки-ноги на месте.

— Ха? Эй, Б'атчер, п'о-моему она разучилась говорить?

Голос Батчера:

— Нет.

— Оба вы кажетесь чертовски веселыми! Не п'рислать ли п'омощника, что'ы он взглянул на вас?

Голос Батчера:

— Нет.

— Отлично. Мы вошли в спокойную область и я могу выключиться на несколько часов. Что скажете?

Голос Батчера:

— А что сказать?

— Хотя бы «спасибо». Вы же знаете, что я парю здесь на хвосте.

Голос Ридры:

— Спасибо.

— Приходите в себя. Оставляю вас одних. Да, простите, если прервал что-нибудь.

Глава 2

Батчер, я не знала! Я не могла знать!

И эхом в их мозгах пронесся крик: Не могла... Не могла. Этот свет...

Я говорила Брассу, говорила ему, что вы должны говорить на языке без слова «я», и сказала, что не знаю такого языка; но один такой был, совершенно ясно — Вавилон-17!..

Конгруэнтные синапсы гармонично двигались, до тех пор пока не возник образ, и она вывела его из себя, увидела его...

...Отбывая заключение в одиночной камере на Титане, он шпорой царапал на зеленой стене поверх непристойностей, написанных за два столетия заключенными, карту, которую обнаружат после его побега и которая уведет преследователей в противоположном направлении; она видела его камеру — четыре фута пространства, — где он был три месяца, пока его собственные шесть с половиной футов не были истощены от голода до сто одного фунта и где он медленно умирал в цепях голода.

На тройной веревке из слов она выбралась из тюрьмы: голод, лестница, столб; умирать, отличить, брать; цепи, изменения, шанс...

Он взял свой выигрыш у кассира и был уже готов двинуться к выходу по опустевшему ковру «Казино Космика», когда черный крупье преградил ему путь, со странной улыбкой глядя на его мешок, туго набитый купюрами.

— Не хотите ли попытаться еще, сэр? Могу предложить такое, что наверняка заинтересует игрока вашего класса. — Его проводили к магнитной трехмерной шахматной доске с глазированными керамическими фигурками.

34
{"b":"7176","o":1}