ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мы ведь получаем массу информации от людей, добившихся высокого положения.

И кроме того, именно мы в состоянии вам помочь.

— Вы опять раскладывали пасьянс из голограмм.

Она пожала плечами. В тусклом свете планеты ее лицо было ни дать ни взять ликом призрака. Когда мы добрались до искусственных огней города, она сказала:

— Недавно я действительно виделась с двумя вашими друзьями, Льюисом и Энн.

— Певцами?

Она кивнула.

— Я вообще-то не очень хорошо их знаю.

— Зато они, похоже, знают о вас немало. Наверное, от еще одного Певца, Ястреба.

— А вы не в курсе, что с ним?

— Месяца два назад я читала, что он поправляется. Но с тех пор ничего не слышно.

— Это мне тоже известно, — сказал я.

— Я его видела всего один раз, — сказала Мод, — сразу после того, как сумела его вытащила.

Мы с Арти выбрались из холла до того, как Ястреб закончил петь. На следующий день я узнал из аудиогазет, что, когда Песня подошла к концу, он, сбросив куртку, вошел в бассейн.

Пожарная команда тут же встрепенулась; люди с воплями бегали по холлу: его спасли, семьдесят процентов тела было покрыто ожогами второй и третьей степени.

Я упорно об этом не думал.

— Вы его вытащили?

— Да. Я была в вертолете, который сел на крыше, — сказала Мод. — Мне казалось, вы будете приятно удивлены, увидев меня.

— А-а, — протянул я. — Как же вам удалось его вытащить?

— Как только вы направились к выходу, агентам Арти удалось перекрыть движение лифтов выше семьдесят первого этажа, поэтому в холл мы попадали уже после того, как вы покинули здание. Тогда-то Ястреб и попытался...

— И все же его спасли именно вы?

— В том районе пожарные двенадцать лет не видели ни одного пожара! По-моему, они даже не умели обращаться со своим снаряжением. Я приказала своим парням пустить в бассейн пену, а потом... в общем пришлось вытаскивать мальчишку самой...

Что я мог сказать. Уже почти год я честно старался забыть случившееся, и это мне почти удавалось. В конце концов меня там не было.

Не было! Меня это не касалось...

Мод продолжала:

— Мы думали выйти через парня на вас. Но даже наша служба не может допрашивать кровоточащее мясо...

— Я предполагал, что особисты используют Певцов, — сказал я. — Но, честно говоря, не верил...

— Их используют все, так ведь? Впрочем не нужно об этом. Сегодня меняется Слово.

— Льюис и Энн случайно не сообщили вам новое?

— Я виделась с ним вчера, а старое слово действительно еще восемь часов. К тому же они все равно бы мне не сказали. — Она взглянула на меня и нахмурилась. — Не сказали бы ни за что.

— Идемте, выпьем содовой, — сказал я. — Примем беззаботный вид, поболтаем немного и внимательно друг друга послушаем. Вы попытаетесь выудить у меня компромат на меня же. Я попробую не доставить этого удовольствия и в свою очередь поймать на слове вас. Чем черт не шутит, коллега, а вдруг вы сжалитесь и сболтнете ненароком, куда прятаться от ваших барбосов.

— Однако! — приподняла брови Мод.

— Ох, простите, — торопливо поправился я, — конечно же я хотел спросить не «спрятаться», а «улизнуть»...

— Продолжайте, — выдержка у нее была не женской.

— ...и все-таки почему вы пошли на контакт со мной в том баре?

— Я же сказала, что мы просто вращаемся в одном кругу. И вполне можем оказаться в одном и том же баре в один и тот же вечер... коллега.

Теперь наступил мой черед приподнять брови.

— Видимо, это один из профессиональных секретов, которые мне вовсе не обязательно понимать, а?

Двусмысленность ее улыбки вполне гармонировала с моим вопросом.

Впрочем, на ответе я и не настаивал.

* * *

День пробежал бестолково. Я вряд ли смог восстановить тот вздор, что мы городили, сидя над усыпанными вишнями взбитыми сливками. Но оба угробили столько сил, пытаясь выглядеть довольными, что вряд ли хоть один из нас был в состоянии найти способ выудить у другого что-то значительное; если вообще что-то значительное было сказано.

Потом она ушла. Я же остался наедине с грустными размышлениями об обугленном фениксе.

А затем метрдотель таинственным шепотом пригласил меня на кухню и поинтересовался насчет партии контрабандного молока (все свое мороженое «Ледник» изготовляет сам), которую я ухитрился заполучить во время последнего путешествия на Землю (кстати, можно только удивляться, насколько мизерных успехов за последнее десятилетие там добились в разведении молочного скота, да и фермеры глупеют на глазах; обмануть Вермонтского бездельника оказалось до обидного просто). Но даже в прохладном полумраке маслобойни, прославившей «Ледник» я не сумел собраться с мыслями. И тонкая лесть метрдотеля, восхищавшегося Хладнокровным Королем Экспроприации (все с большой буквы) не вывела меня из задумчивости.

Выйдя, я уселся на широкую ступень перед входом в «Ледник» и отвечал глухим рычанием на каждую назойливую просьбу посетителей посторониться.

Примерно на семьдесят пятом рычании облаянный не шарахнулся, а остановился и воскликнул:

— Я так и знал, что стоит как следует постараться, и я вас найду!

Да-да, надо уметь искать!

Я взглянул на руку, хлопнувшую меня по плечу, потом на черный свитер и лысую голову с лицом, озаренным широкой улыбкой.

— Арти, — сказал я, — что вы...

Но он все продолжал похлопывать меня по плечу да посмеиваться с дремучим благодушием.

— Вы не поверите, каких трудов стоило раздобыть вашу фотографию, старина. Пришлось дать взятку кое-кому в Особом отделе Тритона. Ох уж мне эти ваши молниеносные переодевания! Гениально. Трюк просто гениальный! — Тот Ястреб сел рядом и положил руку мне на колено. — У вас чудесное заведение. Мне оно нравится, жутко нравится. — Мелкие косточки в окутанном набухшими венами тесте. — Но пока не настолько, чтобы думать о его покупке. Хотя вы уже делаете успехи. Я вижу, что вы делаете успехи. Когда-нибудь я смогу с гордостью сказать, что именно благодаря мне вы получили свой первый крупный шанс. — Он убрал руку и принялся разминать пальцы. — Если вы действительно намерены вести дело с размахом, следует как можно реже пытаться ссориться с законом. Главное — стать незаменимым для влиятельных людей. Всего лишь незаменимым! И в руках талантливого проходимца окажутся ключи от всех сокровищ системы. В этом, безусловно, ничего нового для вас нет.

— Арти, — сказал я, — неужели вы хотите, чтобы нас увидели вместе?..

Арти Ястреб протестующе махнул рукой.

— Никто нас не срисует. Кругом мои агенты. Без охраны я гулять не люблю. Да ведь и ваша охрана... (Он не ошибся) Прекрасная идея. Просто превосходная. Мне нравится, как вы взялись за дело.

— Благодарю. Арти, я сегодня что-то не в форме. Вышел вот подышать свежим воздухом...

Арти снова махнул рукой.

— Не тревожьтесь, я тут засвечиваться не намерен. Вы правы. Нас не должны видеть. Просто шел мимо и решил поздороваться. Вот и все. — Он стал спускаться по лестнице.

— Арти!

Он обернулся.

— Очень скоро вы придете опять. Причем с намерением купить мою долю акций «Ледника», потому что я стану чересчур крупной фигурой. А я не пожелаю ее продать, потому что буду считать себя достаточной фигурой, чтобы вести с вами игру. И на какое-то время мы станем врагами. Вы попытаетесь убить меня. Я попытаюсь убить вас, не так ли?

На его лице: сначала приподнятые в недоумении брови, потом снисходительная улыбка.

— А вам приглянулась идея голографической информации. Очень славно. Просто замечательно. Это единственный способ перехитрить Мод. Только смотрите, чтобы ваши данные имели отношение ко всей обстановке в целом. Это лучший способ переиграть заодно и меня. — Он ухмыльнулся, собрался было вновь повернуться, но, видимо, вспомнил что-то еще. — Если у вас хватит сил воевать со мной и при этом еще расширять дело, держите свою охрану в хорошей форме — раньше или позже настанет момент, когда нам обоим станет выгодно снова проработать вместе. Если вы только продержитесь, мы снова станем друзьями. Когда-нибудь. Только будьте начеку. Дождитесь.

10
{"b":"7177","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Хоумтерапия. Как перезагрузить жизнь, не выходя из дома
Назад к тебе
Манюня
Свежеотбывшие на тот свет
И ботаники делают бизнес 1+2. Удивительная история основателя «Додо Пиццы» Федора Овчинникова: от провала до миллиона
Августовские танки
Счастливая жена. Как вернуть в брак близость, страсть и гармонию
Рефлекс
Игра в возможности. Как переписать свою историю и найти путь к счастью