ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Что ж, — подумал Ланс, — может быть и так».

— А что думают Виктор и Фредерик? — спросил он.

Филипп тут же расхохотался.

— А кого их мнение интересует! — воскликнул Эдвин.

— Интересует, но советоваться с ними мы будем позже, — дипломатично сказал Леонард.

— Поня-атно, — задумчиво протянул Ланс и спросил:

— А эта история с их новым послом? Он и вправду наш родственник или это какой-то трюк?

Почему-то ответ прозвучал излишне торопливо.

— Здесь у нас нет единого мнения, — призналась Диана. — Кто-то считает это правдой, кто-то — очередной каверзой.

— Но, кажется, упоминались какие-то документы?

Сестра, видимо посчитав, что сказала все, проигнорировала вопрос, и с большой неохотой ответил Эдвин:

— Мы имеем поразительное сходство инициалов и некоторых дат известной нам хронологии Рода этого человека, плюс трактаты хронистов Империи. Но если он хочет в чем-то убедить меня, ему не обойтись одними бумажками.

— Что же делать?

— С этим-то у нас и проблема, — вздохнул Леонард. — Эдвин и Винс предлагают просто послать имперцев подальше, то есть дипломатично, но твердо прикрыть лавочку. Остальные хотят сделать это потоньше.

— Тогда это вопрос не стратегии, а тактики, — заявил Ланс. — Но проделать второе кажется более сложным. Соотношение сил — три к двум?

— Нет, — непреклонно отрезал Леонард. — Мы договаривались ничего не предпринимать, если нет всеобщего согласия.

После этих слов Ланс почувствовал злость.

— Мы много о чем договаривались, — неприятным тоном сказал он и тут же уловил осуждающий взгляд Винсента.

— Но, Ланс, — бодро обратился к нему Филипп, — просто прервать отношения было бы недальновидно, да и неинтересно. Почему бы ни предпринять что-нибудь еще?

— Я не против, но как? Пока они действуют более целеустремленно, чем мы.

— Все можно изменить.

— И вы специально ждали, пока появлюсь я и сделаю это? — насмешливо осведомился Ланс.

— Ты всегда был мастером таких дел.

Если Филипп хотел польстить, то у него получилось. Самолюбие Ланса было полностью удовлетворено, хотя он постарался не показать этого.

Он заметил, что все смотрят на него.

— Ну, хорошо, почему бы, например, не натравить на Порту кого-нибудь из соседей? Леонард, твои дикари с юга не захотят поучаствовать?

Брат серьезно кивнул:

— Я уже послал эмиссаров.

Ланс растерялся.

— Да? А другие соседи?

— Работа ведется со всеми.

— А что вы еще предприняли?

Тут вмешался Эдвин.

— Возможно, пока тебе не стоит знать? Ты свежий человек со свежим взглядом, и не хотелось бы как-то ограничивать тебя.

— Верно, — поддержал Филипп. — Ты сидишь и внимательно все слушаешь. Сразу после переговоров изложишь нам все соображения, что возникнут у тебя по ходу дела, а мы расскажем о своих начинаниях. И может быть, сообща что-нибудь да придумаем к следующему туру.

— К следующему туру? — переспросил Ланс. — Выходит, Эдвин и Винс проиграли?

— Пусть это будет компромиссом, — быстро сказал Винсент.

Эдвин помолчал.

— А что сообщают наши шпионы? — поинтересовался Ланс.

— Что сообщают наши — неизвестно, но мои ничего чрезвычайного пока не сообщают, — не удержался от колкости Леонард.

— Тогда, может быть, Эдвин с Винсом правы.

— Это безответственная позиция, — резко произнесла Диана. — Ты и сам должен понимать это, если…

— Если?

Диана прожгла его взглядом и демонстративно отвернулась.

— Начать войну никогда не поздно, — заявил Филипп. — Лишний месяц никакого значения не имеет.

— Почему же? — возразил Ланс. — После всех ваших «учений» мы имеем достаточное количество отмобилизованных сил и можем нанести упреждающий удар.

Ему возразил Винсент:

— Ничего не выйдет, брат. Я прикидывал и так и эдак, и, по любому, нам не хватит времени на то, чтоб взять под контроль все ключевые точки Империи. Дело даже не в силе их войск, просто уж очень велика Порта.

— Мы увязнем в этой стране, распылим силы, и они нас раздавят, — подытожил Леонард.

После этих слов в комнате воцарилась полная тишина.

— Об Эмилии никто ничего не слышал? — наконец решился ее нарушить Ланс.

— Нет, и лично меня это тревожит все больше, — ответил Эдвин.

— С каких это пор? — полюбопытствовал Филипп.

Самый старший принц легко проигнорировал колкость.

— Ваша Светлость, я пришел уведомить Вас, что делегация Порты прерывает переговоры и сегодня же возвращается на родину.

Недоуменный шепот прошелестел по залу, после чего воцарилась мертвая тишина. Лицо Леонарда побледнело, но голос его был ровен:

— Нам бы хотелось знать причины столь неожиданного решения.

— Вчера днем был убит новый посол Порты, лорд Холда.

— Как это может повлиять на ход переговоров?

Глаза гонца на миг полыхнули злыми огоньками, но голос его оставался учтив.

— Не знаю, Ваша Светлость. Я здесь только для того, чтоб сообщить об отказе нашей стороны от дальнейших переговоров.

— Вы не желаете разговаривать со мной?

— Я не уполномочен, Ваша Светлость.

— И все же, мне непонятен ваш тон. Это убийство тревожит и нас. Кто может более детально обговорить с нами случившееся?

— Я не знаю, Ваша Светлость.

Ланс видел, что этот человек борется с желанием покинуть зал, громко хлопнув дверью.

— Что-нибудь указывает на личность убийцы?

Ланс вздрогнул от тона, каким был задан этот вопрос. Леонард применил один из нехитрых, но весьма действенных способов подчинения воли. Посыльного проняло, лицо его посерело, а глаза бессмысленно уставились на близнеца. Но соврать он все же смог.

— Мне ничего об этом не известно.

— Хорошо, — рассеивая собственные чары, сказал Леонард. — Идите.

Гонец напряженно поклонился и вышел.

В полной тишине Леонард пересек помещение, оттолкнул сунувшегося было открывать ему дверь слугу, и, пнув ее ногой, вышел в коридор. Едва звук его шагов стих, все разом заговорили.

Ланс не стал присоединяться к встревоженным придворным и вышел вслед за близнецом. На улице он успел заметить Леонарда и генерала Лорэна. Первый что-то страстно говорил, подкрепляя свою речь короткими рубящими жестами, второй соглашался и часто кивал. Они скрылись за домом, и принц осмотрелся.

За исключением эскадрона почетного караула, на центральной площади никого не было. Он скользнул взглядом по чеканным лицам щеголеватых солдат, по фасадам домов, чьи обитатели казалось, вымерли. И только шторы предательски дрогнули в нескольких окнах.

Принц свернул на первую попавшуюся улочку и медленно пошел, не задумываясь о цели своего путешествия. Чем дальше он удалялся от центра, тем оживленнее становилось вокруг, но окружали его уже не толпы беспечных дворян. Улицы Эйялова Посада наводнили солдаты Короны.

Он и не заметил, как вышел за окраину городка. Вокруг не было ни души, и только вдали, оставляя за собой пылевой шлейф, город покидали несколько карет.

Принц устало сел в траву на склоне ближайшего холма и безучастно ткнулся лицом в раскрытые ладони.

В такой позе, спустя несколько часов, его и отыскал подъехавший во главе большого отряда Филипп.

— Ланс! — воскликнул двоюродный брат и, соскочив с лошади, подбежал к нему. — Я весь город объехал, разыскивая тебя. Сейчас же едем!

Он нехотя поднялся.

— Куда?

— Узнаешь по дороге.

Кузен сделал короткий жест, и им навстречу выехал солдат, ведя за собой оседланного коня.

— Я и Серого привел, — сообщил Филипп. — Поторопись же, брат!

Жеребец Ланса, почуяв хозяина, громко фыркнул и возбужденно переступил. Ланс успокаивающе провел ладонью по холке животного и привычным движением прыгнул в седло.

— Опля! — воскликнул кузен. — Вперед, марш!

И пустил коня галопом.

Ланс, а за ним и остальные, тронулись следом. Их отряд, сметая с пути пеших и конных, оглушительно гремя подковами по деревянной мостовой, пронесся по узким улочкам городка и вылетел на грунтовую дорогу, ведущую на восток.

42
{"b":"7178","o":1}