ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Нет... ничего такого...

- Ну, тогда можете лететь, - служащий равнодушно кивнул нам.

В мгновение ока мы взобрались в ракету. Захлопнуни люк, магнитное поле выбросило нас в космическую пустоту.

- Наш Плоксис уже попадет на Землю, - засмеялся Краш, поглядывая на часы.

Поудобнее вытянувшись в кресле, я уже и думать забыл о Плоксисе. Через полчаса мы будем Дома, в настоящем земном доме...

Именно тогда обычно безмолвствующий громкоговоритель, служивший только для связи с космодромом в случае крайней необходимости, вдруг ожил, захрипев голосом начальника порта.

- Объявляю о закрытии ароварского космопорта. Всем ракетам надлежит направляться к космопорту в Нори...

Громкоговоритель умолк, а мы, миновав огромную белую тучу, вышли на ароварский космопорт. Подчиняясь радиосигналам, автопилот резко пошел вверх, сменил курс и повернул на Нори. Через несколько минут космодром пропал за горизонтом. Я ощущал в голове пустоту и страх. Мне хотелось спросить Краша, что он об этом думает, но достаточно было взглянуть на его лицо. Он знал то же, что и я. Проклятый Плоксис!

До Нори мы долетели, не перекинувшись ни единым словом. Нори расположен в Малой Азии, а как раз сегодня над Малой Азией светило солнце. Наша маленькая ракета сбросила скорость за несколько сотен метров до здания космического порта и заняла отведенный ей квадрат с вписанной в него многометровой величины цифрой. Как только мы выбрались из ракеты, она резко рванулась вверх, как кузнечик, и скрылась за вышкой контроля движения.

Мы направились к зданию порта. От бетонного покрытия космодрома, разогретого солнцем, отдавало жаром. Люди передвигались еле-еле - не то что автоматы, которые по контрасту выглядели необыкновенно подвижными. Через пару сотен шагов мы уже обливались потом. Однако здание оказалось намного ближе, и в нем были климатизация, прохладительные напитки и все то, чем наша цивилизация борется со зноем. Здание было обращено к нам огромной верандой, прячущейся под разукрашенным навесом, то натягивающимся, то опадающим - играющим роль опахала. На веранде сидели люди, дожидаясь прилетающих. Нас никто не ждал. Тем не менее когда мы прошли половину веранды, из-за столика поднялись четверо мужчин и в сопровождении четырех автоматов двинулись к нам.

Видимо, Краш сориентировался первым. Он остановился, огляделся по сторонам, словно выискивая возможность для побега между столиками, но быстро взял себя в руки и застыл на месте. Чуть позже, когда они уже были в нескольких шагах от нас, дошло и до меня. Они обступили нас, и один из них спросил меня:

- Ты Вор?

Я не стал отнекиваться. Вопрос был простой формальностью. Им было известно, кто я, а их автоматы знали обо мне больше, чем самые близкие друзья. Сведения, полученные ими в течение нескольких минут, по объему почти равнялись тем, которыми жизнь снабжала меня с рождения.

- Ты задержан по обвинению в космической контрабанде.

- Это была не моя вина, - пробормотал я.

- Мы это не определяем.

- Но так и есть.

- Следуй за нами. Вероятно, все скоро разъяснится.

- 3а что вы забираете его? - Краш, казалось, был возмущен.

- Ты сам все слышал.

- Но какие у вас доказательства?

- Видимо, доказательства имеются. Иначе мы бы вас вообще не задерживали.

- Однако я имею право знать...

- Против тебя нет никаких обвинений.

- Мне лучше знать об этом, но сейчас речь идет о нем.

- Если он невиновен, проверка покажет еще сегодня.

- Наверняка он ни в чем не замешан.

- Если так, договоритесь с ним о встрече сегодня вечером.

- Не вечером, а прямо сейчас. Я полечу с вами. Мне нужно только сообщить в институт о своем возвращении.

-- У нас нет времени ждать тебя. Ты найдешь здесь наш адрес-волновик. Можешь прилететь, когда тебе захочется.

Краш занес их волновик в свой ручной мнемотрон и почти бегом бросился к станции дальней видеотронной связи.

Меня повели в другую сторону - к пышущей жаром плите космодрома. Неподалеку стояла ракета. Прежде чем войти в нее, я остановился и посмотрел на небо, на голубовато-серое небо знойных земных дней со слепящим белым солнцем в зените. Вероятно, на Плутоне, куда отправляют приговоренных. Солнце - всего лишь одна из множества звезд черного неба, и в его свете скалы не отбрасывают тени.

ЕГО поместили в комнату, в которой вместо окон были экраны - на них время от времени появлялись люди, которым было что сказать об осужденном. Когда нужда в свидетелях отпадала, на экранах зажигались далекие звезды, затерянные в глубинах Космоса. Может быть, они должны были представлять вечность, а может быть, бренность человека... Не знаю. Наверное, намного осведомленней меня был видеотроник, программировавший все это. Ибо звезды на экранах тоже были частью ЕГО. Когда я вошел в комнату, я тотчас же увидел ЕГО в сером, исходящем отовсюду и ниоткуда свете. В первое мгновение мне показалось, что это человек, и я хотел подойти поближе и тогда увидел, что это ОН, черный, неподвижный обелиск в человеческий рост, ОН - огромный мозг, знающий все о человеке и его истории, о строении живой ткани и закономерностях течения потоков, пронизывающих человеческий мозг.

Собственно говоря, я находился внутри его, в громадном здании, содержащем в себе его узлы и системы обеспечения. Обелиск был всего лишь символом, с которым мог разговаривать осужденный. Если бы его убрали, человеку пришлось бы обращаться к голым стенам, не зная, слушают ли они его. А приговоренному важно знать, что его голос доходит до кого-то и что его соображения будут приняты во внимание.

Я стоял без движения в сером свете ночи, мои глаза привыкали к темноте, и тут на одном из экранов я заметил пылающую Вегу. В это же мгновение ОН заговорил:

- Ты Вор?

- Да.

- Я знаю о тебе. Знаю о твоем детстве и юности. Меня удивляет наша встреча,

- И для меня она оказалась полной неожиданностью.

- Ты признаешь свою вину?

- Нет.

После некоторого молчания ОН произнес:

- Сейчас я задам вопрос, на который тебе нужно ответить правдиво. Ты же знаешь, что меня нельзя обмануть. Я обнаружу в твоем ответе малейшую ложь. Она не принесет тебе пользы, ведь я для тебя и обвинитель, и защитник, и судья - самый беспристрастный судья, которого только могло придумать человечество.

- Я знаю об этом, - ответил я.

- Хорошо. Тогда ответь мне, сколько времени ты провел на Марсе?

- Полгода.

- Ты тосковал по Земле?

- Да... кажется, да.

-- Ты видел в видеотроне базу на Плутоне?

- Да.

- Тебе известно, кого туда отправляют на долгий срок?

- Да.

- Ладно. - Он сделал паузу. - Что в твоем багаже могло привлечь внимание?

- Может быть, Плоксис. Не знаю...

- Что такое Плоксис?

- Точно не представляю... Какое-то название...

- Название чего?

- Не знаю. Вероятно, его можно отыскать в накопителях информации.

- Нельзя.

- Ты пробовал? - теперь я задал вопрос.

- Да, но не нашел его.

- Не знаю, что это такое. Может быть, какой-то специальный термин?

- Откуда ты взял этот Плоксис?

- Я получил его от Борда.

- И что ты должен был с ним сделать?

- Передать Коверту.

- В своем багаже ты перевозил еще какой-то компот, так ведь?

- Да.

- Зачем?

-- Там-то и был Плоксис.

- У таможенников это вызвало подозрение. Они отправили автоматы проверить содержимое банок.

- И что?

- Как что, ты не знаешь? Ты же сам только что сказал, что в твоем багаже один Плоксис мог привлечь внимание.

- Да, наверное, только Плоксис,

- Но если ты догадывался... знал, какие могут быть последствия?..

- Если бы догадывался, не просил бы у служащего таможни разрешения на провоз Плоксиса.

- Да, ты просил, но, вероятно, тебе и в голову не пришло, что он заинтересуется Плоксисом?

- Я просил его посмотреть...

2
{"b":"71787","o":1}