ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Господи, да за что же!

Так они провалялись почти до полудня – полуодетые, в темноте, духоте и вонючей блевотине, периодически погружаясь в короткое, рваное забытье…

Казалось, об их существовании за все это время никто ни разу не вспомнил. Вполне возможно, что и капитан, и команда давным-давно покинули судно, оставив на произвол океана старушку «Альтону», а вместе с ней и двух бесполезных русских парней. Так что внезапное появление человека из экипажа не вызвало у Алексея никаких эмоций, кроме усталого удивления:

– Морген…

Боцман, маленький седой человечек с повадками старого алкоголика, молча встал посередине дверного проема. На фоне света, хлынувшего из коридора, его лица было не разглядеть, но во всей позе читалось глубокое, искреннее презрение профессионального моряка к сухопутным крысам, к сомнительному береговому народцу, невесть каким образом затесавшемуся на борт. Презрение это явно выражали расставленные на ширине плеч тяжелые, кованые башмаки, руки в карманах брезентовой робы, наклон головы… Постояв так примерно с минуту, ни разу не покачнувшись и не потеряв равновесия, старый боцман что-то сказал по-английски, не дожидаясь ответа, задраил дверь и потопал прочь в направлении мостика. В какой-то момент Алексею показалось даже, что сквозь переборку он слышит злобное бормотание – но, скорее всего, это было всего лишь плодом воспаленного воображения.

– Что ему надо?

– Приглашает позавтракать…

– Сволочь, – выдохнул Тайсон.

Для очередного, жуткого и мучительного, приступа тошноты обоим мужчинам хватило одной только мысли о пище…

Во второй половине дня они все-таки выбрались на палубу.

Вокруг мало что было видно – воздух, душный, перенасыщенный влагой, почти не пропускал солнечный свет. Плотные стены тропического дождя безнадежно скрывали границу, отделявшую небо от океана, и даже огни на мачте угадывались только потому, что Алексей заранее представлял их расположение. Удивляло отсутствие молний и грома. Зато яростные ураганные шквалы со свистом метались из стороны в сторону, то и дело швыряя на палубу брызги и пену.

– Чтобы я еще раз, когда-нибудь…

С того места за шлюпками, куда по молчаливому уговору забрели Тайсон и Алексей, океанские волны казались живыми, огромными и неторопливыми. Волны окружали «Альтону» со всех сторон, ни на секунду не оставляя в покое, – так, что судно то медленно карабкалось куда-то вверх, на самый гребень, то вдруг, внезапно, в момент, который ни разу не удавалось предугадать, летело вниз. В конце концов падение достигало своей крайней точки, нос «Альтоны» уходил глубоко под воду, выбивая форштевнем два мощных и шумных фонтана, а потом все опять повторялось сначала…

Через некоторое время приятели увидели кока, осторожно пробирающегося с кастрюлей вдоль палубы по каким-то своим, неотложным, делам. Тот их тоже заметил, вздохнул и сочувственно покачал головой: очевидно, вид у новоиспеченных морских волков был не самый лучший, а выражение бледных, сероватых лиц говорило само за себя.

– Давай, китаеза, проваливай… Чего уставился?

Судовой кок тотчас же выпал из поля зрения, но довольно скоро появился опять, прижимая к груди большой термос, салфетки и пластиковые стаканы. Алексею стало немного стыдно за грубое поведение Тайсона. Он извинился, поблагодарил по-английски и жестами показал, что больше ничего не нужно.

– Это зачем?

– Кажется, чай. Крепкий. С травами… – принюхался Алексей, отворачивая крышку.

– Не хочу.

– Надо, – вздохнул Алексей и, пересилив себя, сделал первый глоток:

– Хуже не будет. Наверное…

К вечеру Алексею заметно полегчало. Может быть, помогло азиатское снадобье, а может быть, натренированный организм и сам по себе, постепенно, приспособился к новым условиям существования – во всяком случае, от тяжелого приступа «морской болезни» остались только тупая головная боль и подташнивание.

Так что, когда за бортом наступила ночь и стемнело уже окончательно, они с Тайсоном даже нашли в себе силы спуститься вниз, чтобы навести порядок в загаженном кубрике…

* * *

Сигнал тревоги раздался на третий день после урагана.

Погода снова была изумительная: теплое солнце над линией горизонта, синее небо с прозрачными перьями облаков, изумрудные волны… Хотелось все это сфотографировать, покрыть глянцем и перенести на обложку какого-нибудь журнала для женщин. Однако теперь Алексей твердо знал: он уже никогда не обманется тихой, ласковой красотой океана. Потому что тот, кто хоть раз испытал на себе нечеловеческую, неукротимую энергию водной стихии, до конца дней своих обречен относиться к ней с осторожной опаской и уважением.

Прошло уже больше суток с того раннего утра, когда изрядно потрепанная, еле живая старушка «Альтона» оставила справа по борту индонезийский Сабанг и вошла в зону действия международных пиратов – Малаккский пролив.

Судя по карте, вывешенной напротив кают-компании, судно теперь находилось примерно в сорока милях от легендарного порта Пхукет, излюбленного места отдыха «новых русских», и следовало на юг, вдоль побережья, медленно приближаясь к границе Малайзии и Королевства Таиланд.

– Еще не началось? – Несмотря на горький опыт, Алексей постоянно спешил, забывая про меры предосторожности, из-за чего то и дело задевал обо что-то или спотыкался. Вот и на этот раз, выбираясь из оружейного трюма, он довольно болезненно зацепил головой металлическую перекладину:

– Ох, да чтоб твою мать!

– Нагибаться надо, – ответил Тайсон. Сам-то он, несмотря на рост и комплекцию профессионального боксера-тяжеловеса, чувствовал себя в судовых лабиринтах «Альтоны» вполне уверенно.

– Шишка будет, – пожаловался Алексей, потирая лоб.

– Будет, – не стал спорить Тайсон. – Если доживешь.

– Типун тебе на язык… Ну, и где там гости дорогие?

– Посмотри. Вон туда… левее.

Алексей взял протянутый бинокль:

– Красиво идут… Точно они?

– А я знаю? – пожал плечами Тайсон. – Наше дело маленькое.

Оба приятеля не договариваясь одновременно посмотрели наверх, в направлении мостика, где сейчас вместе со старичком-капитаном должен был находиться сам Чиф.

– А где этот?

– Сейчас придет. Вооружается.

По боевому расписанию третьим на полубаке «Альтоны» должен был находиться некто Хорват, с ударением на первом слоге. Алексей так и не понял, имя это собственное или прозвище по национальности, – во всяком случае, поглядывал он на русских с необъяснимой, но плохо скрываемой неприязнью.

– Вон, шагает.

– Ладно тебе. Не заводись. Докладывай!

Пока Алексей условной фразой сообщал по рации, что у них все готово, Хорват оборудовал собственную огневую позицию на некотором удалении от Тайсона.

– Тихо! Приготовились…

Сначала послышался звук – монотонный и нарастающий, примерно такой же, как у процессии мотоциклистов, катящихся по автостраде. Затем сквозь специально прорезанное смотровое отверстие Алексей смог увидеть противника.

Пиратская флотилия была уже совсем близко.

Впереди, выдаваясь немного из общего строя, рассекал острым носом волну белоснежный, похожий на чайку прогулочный катер. Обычно такие дорогостоящие скоростные игрушки покупают себе дети западных миллионеров, футболисты или избалованные славой поп-звезды. Однако приблизившийся к «Альтоне» красавец отличался от своих мирных собратьев тяжелым спаренным пулеметом, в открытую установленным перед рубкой. При этом на палубе катера не было ни души, а происходящее внутри рубки надежно скрывалось от посторонних глаз матовым блеском тонированных стекол.

В отличие от великолепного флагмана, остальные боевые единицы пиратской флотилии выглядели вовсе не так впечатляюще. В сущности, они представляли собой всего-навсего переоборудованные для морского разбоя рыбацкие шхуны, так что Алексей с интересом и жалостью рассматривал через оптику маленьких желтолицых людей, выстроившихся вдоль бортов:

– Детский сад… Как тебе, Тайсон?

9
{"b":"71798","o":1}