ЛитМир - Электронная Библиотека

В кухне я разлил кофе, и Джек присел к столу. Я остался у плиты.

– Хорошо, Джек, – сказал я, – но как? Что мы должны делать? Позвонить Эйзенхауэру, что ли? Вот так запросто вызвать Белый дом, а когда президент подойдет к телефону, рассказать ему, что здесь, в Санта-Мире, которая на последних выборах голосовала за республиканцев, мы нашли несколько тел, вернее не тел, а что-то, чему мы не знаем названия, но что нас пугает, так что, пожалуйста, немедленно высылайте морскую пехоту?

Джек нетерпеливо пожал плечами:

– Я не знаю! Но мы должны что-то сделать, мы обязаны найти способ связаться с людьми, которые могут действовать! Перестань валять дурака и придумай что-нибудь.

Я кивнул:

– Ладно. Пойдем по инстанциям.

– Что?

Прищурившись, я впился взглядом в Джека, внезапно пораженный, потому что это и был ответ.

– Слушай, ты знаком в Вашингтоне с кем-нибудь, кто знает, что ты не сумасшедший и твой рассказ можно принять на веру? Кто сможет протолкнуть это дело до уровня, на котором кто-нибудь в состоянии что-то сделать?

Помедлив, Джек покачал головой.

– Нет. Я не знаю ни одного человека в Вашингтоне. А ты?

– Нет. – Я прислонился к плите. – Даже ни одного демократа. «Пишите своему конгрессмену!» – И тут я вспомнил. Я все-таки знаю одного парня.

Единственный мой знакомый в Вашингтоне, который занимает официальный пост.

Бен Эйхлер – он был в старших классах, когда я пошел в школу. Он сейчас в армии, служит в Пентагоне. Но он всего лишь подполковник, а больше я никого не знаю.

– Подходит, – сказал Джек, – армия способна с этим справиться, а он в ней служит. В самом Пентагоне, да еще и в немалом звании; он, по крайней мере, может обратиться к генералу и не пойдет за это под трибунал.

– Хорошо, – кивнул я. – Во всяком случае, это не повредит. Я позвоню ему. – Я поднес чашку ко рту и отхлебнул кофе.

Джек наблюдал за мной мрачно, с растущим нетерпением, пока наконец не вспыхнул:

– Сейчас же! Черт побери, Майлз, сейчас же! Чего ты ждешь? – потом добавил: – Извини, Майлз, но мы должны действовать!

– О'кей. – Я оставил чашку на плите и направился в гостиную. Джек последовал за мной. В гостиной я снял трубку и позвонил на станцию.

– Пожалуйста, – начал я, когда телефонистка отозвалась; теперь я говорил медленно и четко, – я хочу позвонить в Вашингтон, округ Колумбия, личный разговор, к подполковнику Бенджамину Эйхлеру. Номера я не знаю, но он есть в справочнике.

Я обратился к Джеку:

– В моей спальне стоит параллельный аппарат. Иди тоже послушай.

В трубке слышались короткие высокие гудки, потом телефонистка сказала кому-то:

– Один-семнадцать вызывает Вашингтон, округ Колумбия.

После паузы другой девичий голос произнес целый ряд цифр и букв.

Некоторое время я прислушивался к еле слышным трескам, отдаленному жужжанию, случайной перекличке телефонисток в других городах, к обрывкам чьих-то далеких разговоров. Потом телефонистка в Вашингтоне запросила бюро информации, и ей дали номер подполковника Эйхлера. Наша телефонистка вежливо попросила меня записать его на будущее, и я пообещал это сделать.

Через полминуты в маленькой коробочке возле уха зазвучали сигналы вызова.

После третьего гудка трубку подняли, и я услышал четкий голос Бена:

– Алло?

– Бен? – я немного повысил голос, как это всегда делается при междугородном разговоре. – Это Майлз Беннелл, из Калифорнии.

– Привет, Майлз! – В голосе появились нотки радостного удивления. – Как ты там?

– Замечательно, Бен, просто роскошно. Я тебя не разбудил?

– Да чего там, Майлз, нет, черт побери. Здесь уже половина шестого. С чего бы это мне спать?

Я слегка усмехнулся.

– Извини, Бен, но тебе уже пора просыпаться. Мы, налогоплательщики, не для того даем вам такое жалованье, чтобы вы дрыхли целый день. Слушай, Бен, – я стал серьезным, – у тебя есть время? Примерно с полчаса, чтобы выслушать то, что я тебе расскажу? Это страшно важно, Бен, и я хочу разъяснить толком, сколько бы это ни заняло времени. Ты можешь меня внимательно выслушать?

– Конечно, подожди минутку. – Через некоторое время он добавил: – Взял сигареты. Валяй, Майлз, я готов.

Я начал:

– Бен, ты меня знаешь, знаешь достаточно хорошо. Сразу говорю тебе, что я не выпил; тебе известно, что я не сумасшедший и не разыгрываю идиотских шуток с друзьями среди ночи, да и в другое время. Я должен рассказать тебе такое, во что трудно поверить, но это правда, и я хочу, чтобы ты это понял, пока будешь слушать. Ладно?

– Да, Майлз. – Тон был спокойный, ожидающий.

– Примерно неделю назад, – начал я, – в четверг… – и затем, вдумчиво и неторопливо, я попытался рассказать ему все, начиная с первого визита Бекки, и закончил рассказ событиями этой ночи.

Это не простое дело – рассказывать по телефону долгую, запутанную историю, не видя лица собеседника. К тому же связь была плохой. Поначалу мы с Беном слышали друг друга так, будто находились в соседних комнатах.

Но когда я стал рассказывать о том, что произошло, связь ухудшилась, и Бену приходилось чуть ли не каждый раз переспрашивать меня; я должен был чуть ли не орать, чтобы он меня понял. Когда ты вынужден повторять почти каждую фразу, невозможно толком ни разговаривать, ни думать. Я постучал рычажком и попросил телефонистку отрегулировать связь. На некоторое время слышимость улучшилась, но едва я начал говорить, как в трубке что-то пронзительно завизжало, и мне пришлось снова повысить голос. Дважды связь прерывалась совсем, и у меня в ухе раздавался непрерывный сигнал. Под конец я разозлился и накричал на телефонистку. Разговор был крайне неудачным, и когда я в конце концов закончил рассказ, я понятия не имел, понял ли что-то Бен где-то там, на другом конце континента.

Он отозвался, когда я закончил.

– Понятно, – задумчиво проговорил он, затем на минуту замолчал, размышляя. – Чего же ты от меня хочешь? – медленно добавил он.

– Не знаю, Бен. – Слышимость теперь была едва ли не чудесной. – Но ты понимаешь, что надо что-то делать. Бен, раскрути это дело. Сейчас же. Сделай что-нибудь у себя в Вашингтоне, и пусть это дойдет до кого-то, кто может действовать.

29
{"b":"71804","o":1}