ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Туннели пребывают в крайне опасном состоянии. Разрушаются и все такое прочее. Я ничем не могу вам помочь.

Мерфи уже собирался, было откланяться, но Исида решительно остановила его.

— Господин Омар, — начала она, подарив библиотекарю свою самую теплую улыбку. — Если вы сможете хоть чем-то нам помочь, мы почтем для себя великой честью внести определенный вклад в фонд реставрации вашей превосходной библиотеки.

Омар прищурился.

— Несколько дополнительных шкафов нам бы не помешали. И некоторая помощь с каталогами…

Исида продолжала улыбаться.

— И сколько вам потребуется?

Он сделал кислое лицо, словно для того, чтобы подчеркнуть, что обсуждать подобные вопросы ниже его достоинства.

— Ну, скажем, тысяча долларов…

— Пятьсот, — парировала Исида.

— Некоторые полки в опасном состоянии. Всего лишь на прошлой неделе одна из них обрушилась, и мы едва избежали трагических последствий. Восемьсот.

— Шестьсот.

— Семьсот пятьдесят.

— Согласны.

Не успел Мерфи освоиться с этим совершенно новым для него образом самоуверенно-напористой Исиды, как та уже сунула руку в рюкзак и отсчитала аккуратную стопку ассигнаций. Омар молча пересчитал деньги, затем встал и жестом пригласил визитеров следовать за ним. Протиснувшись в крошечную дверцу в противоположном конце комнаты, они оказались в пещере Аладдина, доверху заполненной сваленными в кучи вдоль стен книгами и рукописями. После нескольких минут бесплодных поисков Омар, наконец, предстал перед ними с интересной добычей. Он смахнул пыль с фолианта в сафьяновом переплете и протянул его им с неким подобием поклона.

— Настоящее сокровище. Издание 1844 года книги барона де Токвиля «Удивительная история Древней Аравии». Полагаю, вы найдете в ней великолепные иллюстрации с канализационными туннелями Тар-Казира, такими, какими они были в XIX столетии.

Мерфи внимательно наблюдал за тем, как Исида переворачивает плотные пожелтевшие листы. Казалось, она чувствует себя в истинном филологическом раю.

— Первое издание, — выдохнула доктор Макдоналд. — Я даже не могла предположить, что от него хоть что-то сохранилось. Мой отец многое бы…

Мерфи обнял Исиду за плечи и провел к двери, обеспокоенный тем, что если они останутся здесь еще на несколько минут, она уже просто не сможет оторваться от этой сказочной сокровищницы книжных раритетов.

— Спасибо за помощь, господин Омар. И удачи вам в восстановительных работах.

Омар кивнул.

— И вам большой удачи во всех ваших изысканиях, — произнес он торжественно.

Как только тяжелая парадная дверь за посетителями закрылась, Омар сел за стол, налил себе еще одну чашку чая и задумчиво принялся за неторопливое чаепитие. Какое-то время спустя в комнату из-за большого книжного шкафа бесшумно проскользнул молодой человек в белой галабийеnote 6. Он сразу же начал просматривать заметки на столе Омара.

— И вы позволили им пойти туда? — Омар пожал плечами:

— А что мне оставалось делать? Они производили впечатление очень решительных людей.

— Женщина очень красива. Никогда в жизни не видел такой бледной кожи. Как вы думаете, они вернутся?

Омар поставил свою чашку.

— Вы серьезно? Вы же знаете, что там, внизу. — Молодой человек вздохнул:

— Какая жалость! Она действительно была очень красива.

56

Коготь прошел под изысканной резной аркой в огромный зал и подумал: неужели здесь его ждет смерть? За те два года, в течение которых он работал на СЕМЕРЫХ, его крайне редко вызывали в замок. И всякий раз Когтя проводили в подземную комнату, где за широким столом из обсидиана сидели хозяева — семь безликих черных силуэтов. Их очертания искажались специальным освещением, чтобы сделать странные фигуры полностью неузнаваемыми.

Теперь же, впервые за все это время, слепой лакей, казалось, находивший дорогу с помощью какого-то особого органа чувств, отсутствующего у обычных смертных, указал Когтю на кресло в конце длинного дубового стола, за которым СЕМЕРО сидели при ярком дневном свете. Черты лица каждого были видны ясно и отчетливо. Совершенное равнодушие к тому, что Коготь может запомнить их внешность, могло означать одно из двух: либо они полностью доверяют ему, либо не хотят, чтобы он покидал замок живым. Если верно второе, то, как прекрасно понимал Коготь, не имело никакого смысла пытаться придумывать планы побега. И, тем не менее, ему было интересно, что сделают СЕМЕРО.

Он подозревал, что они выберут предельно рациональный способ, но при этом вряд ли смогут избежать определенной театральности. Им явно нравятся красочные зрелища. Кроме того, СЕМЕРО обладают очень тонким чувством истории. Они замыслят что-то в средневековом духе, в стиле всего здешнего окружения. Возможно, в эту самую минуту за спиной Когтя стоит тяжеловооруженный рыцарь в кольчуге, готовый в любой момент отсечь ему голову острой как бритва алебардой. А возможно, случится что-то в религиозном духе. Может, с него живьем сдерут кожу, как со святого Варфоломея, или колесуют, как святую Екатерину? Да, вот будет зрелище! Более того, по какой-то загадочной причине Коготь сам ждал его с нетерпением.

На противоположной стороне длинного стола седовласый мужчина с тяжелым взглядом и огромным, напоминающим топор носом с улыбкой всматривался в Когтя, так, словно читал его мысли.

— Добро пожаловать, Коготь. — Мужчина говорил не очень громко, но голос его обладал такой грандиозной силой, что заполнял все помещение. — Наверняка вы задаетесь вопросом, почему оказались здесь. Или, проще говоря, почему вам позволено видеть нас без… обычных технических ухищрений. Позвольте мне сразу же заверить вас, это произошло вовсе не потому, что мы решили отказаться от ваших услуг. Совсем наоборот. Вы сумели доказать, что являетесь в высшей степени эффективным и надежным сотрудником. В каком-то смысле просто незаменимым. — Все сидящие за столом энергично закивали. — Ваша деятельность полностью соответствует нашему стремлению к мировому господству. Естественно, все, что нами делается, делается исключительно в интересах мира во всем мире. Если ситуация будет развиваться в соответствии с планом, в будущем для вас найдется много работы. В том будущем, которое, как я полагаю, вы даже не можете себе вообразить. Но я обещаю, что вам это будущее понравится.

Коготь молчал. Не изменилось даже его обычное выражение лица — нейтральная маска полного равнодушия. Он не хотел, чтобы они заметили, что он совсем не равнодушен к смерти. Не хотел Коготь и того, чтобы СЕМЕРО разглядели в его глазах восторг по поводу предстоящих новых убийств. Хотя они решили открыться перед ним, сам Коготь считал, что пока не может им ответить тем же.

Коготь обратил внимание на полноватого человека в очках слева от говорящего. Казалось, он был как-то особенно взволнован.

— Полагаю, настало время взглянуть на то, что господин Коготь принес нам, как вы думаете, господа? — сказал очкарик.

Седовласый мужчина кивнул, и слепой лакей бесшумно приблизился к Когтю. Коготь вынул из внутреннего кармана куртки бумажный пакет и протянул его лакею. Держа пакет перед собой так, словно он был сделан из чрезвычайно хрупкого стекла, лакей медленно прошествовал к противоположному концу стола и положил его там.

Наступило мгновение гробовой тишины, во время которого глаза всех сидящих за столом были устремлены на пакет, и Коготь воспользовался этим моментом, чтобы внимательно рассмотреть присутствующих.

Ближе всего к нему сидел мужчина азиатской наружности в великолепном костюме. Он сидел прямо, как трость, и с совершенно непроницаемым лицом. Рядом с ним находилась женщина, довольно полная, германского типа, с гладко зачесанными светлыми волосами. Ее тоже, казалось, мало интересовал добытый Когтем предмет. Однако мужчина с испанской внешностью в костюме цвета электрик, с аккуратно подстриженными усиками, широко улыбаясь, наклонился над столом. Находившийся же во главе стола седовласый человек не сводил с Когтя холодного взгляда.

вернуться

Note6

Галабийя — просторное длинное одеяние. — Примеч. ред.

58
{"b":"7182","o":1}