ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- ...так уж повелось ab antiquo [исстари (лат.)]. В процессе манипулирования Кристаллом я понял, что необходим помощник, единомышленник, не предусматривает его структура управления в одиночку. И стал ждать. Тем более, что для завершения процесса еще не пришло время. И тут являешься ты, balafre [изувеченный в битвах (франц.)]. Орешь a bas, демон, a bas! [изыди (лат.)] А на все мои попытки поговорить с тобой по-человечески, отвечаешь лишь угрюмым агрессивным молчанием, так сказать danaos et dona ferentes [бойтесь данайцев, дары приносящих (лат.)]. Было от чего прийти в desperatio [отчаяние (лат.)]. Теперь-то ты хоть понимаешь, насколько предубежденным, закомплексованным ты сюда явился?

Айру и без того было стыдно. А тут он еще!

- Тан. Тебя не затруднит говорить на каком-нибудь одном языке? Очень тяжело следить за ходом мысли.

- Упрек принял, egimas [друг (венг.)], больше не повторится. Ватакуси-но хацуон-га варуй но-ва о-юруси кудасай [прости мое плохое произношение (япон.)]. Понимаешь, тут от тоски и одиночества развиваются, иногда, очень странные привычки. И способности. Постараюсь следить за собой, раз тебе это не нравится.

- Ну хорошо, Тан. Как? - я понял. Сам немного догадывался, друзья помогли. На Кристалл настроился. Да и ты кое-что уточнил. Но вот - зачем? - это я пока...

- Не торопись, Айр. Все в свое время. Нам с тобой еще беседовать и беседовать. Спорить, убеждать. Для первого же дня вполне достаточно. Согласен? Ты убедился, что на тебя здесь не кидаются со всеми чарами мира, не желают зла, по крайней мере, осознанно, милому твоему сердцу устройству миров. И что без тебя ничего нового не произойдет. Пока ты не захочешь, пока ты не убедишься в необходимости перемен - ничего не случится. Достаточное это вознаграждение для финала пути?

- Да уж...

- А когда придет время... Собственно, для нас - нет времени, сам понимаешь. Как только мы придем в то время, когда положено предпринимать действия, тогда, я надеюсь, ты будешь готов. И вот именно тогда и понадобятся в полной мере твои качества бойца. Ведь что делает бойца бойцом? Вовсе не умение мечом размахивать да из лазера палить. Нет. Боец это тот, кто умеет без колебания разделить на своих и чужих. На основании этого принять решение. И выполнить его. Такие дела... Согласен?

Айр так и не научился отвечать на риторические вопросы.

- И, кстати, научи меня играть в ту игру, которую ты мне так эффектно демонстрировал во время сражения. Я такого еще не видел...

- Ты разглядел гипноаналог?!

- А что, не должен был? Я ж тебе говорю, очень странные способности тут иногда развиваются... Научишь?

- Конечно, чего уж там...

- Вот и славно. Пошли-ка спать.

Уже пролетая над лестницей, ведущей на второй этаж - ходить было лень - Айр услышал, как Тан пробормотал ему в спину:

- Cosa fatta capo ha! [конец - делу венец! (итал.)]

Не удержался.

6. ДВА БОЙЦА

Такие перемены в себе и мире надо было осмыслить. Привыкнуть к ним. Чем Айр и занялся.

Привыкал к новым ощущениям в себе, к новым, проявляющимся с каждым днем способностям. К новым знаниям о мире, в котором прожил всю жизнь, к новому мировосприятию. И, одновременно, пропитывался Кристаллом, проникал в него все глубже, все уверенней манипулировал теми возможностями, что дарил он. Возникало непривычное ощущение оторванности от обыденности, своей исключительности, вознесенности над миром, над банальными людскими судьбами. Очень опасное ощущение, Айр и сам понимал это. Бороться с ним помогали воспоминания - ты ничуть не лучше всех остальных, говорили они, вспомни, как часто ты ошибался, попадал впросак, принимал окружающих не за тех, кем они являлись. И помогали разговоры. Разговоры с Анжелой, которую он призвал во дворец на следующий же день. И беседы с Таном. Тан, по-видимому, и сам прошел через эту стадию божественности, избранности, потому, что однажды, заметив происходящее с Айром, сказал ему:

- Ты знаешь, Айр... Я тут одно время от безделья стихи писал. Ну, не стихи, а так... Иногда - получалось. Вот послушай.

И прочел с какой-то извиняющейся интонацией.

Взирая свысока на мир,

Как хорошо судить спесивых.

Как хорошо судить счастливых,

Взирая свысока на пир.

Чем дальше от тебя судьба

Тем легче в ней не разбираться.

Тем проще будет все казаться,

Чем дальше от тебя борьба.

Побывши один день с врачом

Начнешь лечить всех, кто болеет.

Начнешь рубить всех не жалея,

Побывши один день с мечом.

Отвлекшись от своих забав,

Не примыкай к одной из сторон:

"Кто прав - ворона или ворон?"

Другой решит, что ты - не прав!

- ...такой вот стишок, - добавил он. - Как тебе?

Айр пробормотал что-то хвалебное, но намек понял - и был благодарен за него. После этого, размышляя над очередной новизной, возникшей вокруг (или внутри) себя, он часто замечал, что бормочет: "Взирая свысока на мир..." Очень своевременные стихи!

Одновременно они с Таном рассказывали друг другу разнообразные истории из своего прошлого - пытаясь пропитаться друг другом так же, как и Кристаллом, стараясь понять, что общего в их столь различном опыте, раз уж жизненный путь обоих привел сюда, к Ключу. И к необходимости решать судьбы мира. Участвовала в этих рассказах и Анжела. Выяснилось, что у нее тоже довольно бурное и разнообразное скворшачье прошлое. И, кроме того, оказалось, что на Кристалл могут настраиваться не только люди. Анжеле это удалось, казалось, даже еще легче, чем Айру. Она откомментировала это так:

- Я не понимаю, что вас удивляет. Я - сапиенс?

- Безусловно! - в один голос воскликнули люди.

- Антропоморфный гуманоид?

- Д-да, кажется...

- Без всяких "кажется"! Абориген?

- Ну, если в широком смысле...

- Все мы тут "в широком смысле".

- Конечно...

- Так что же мне может помешать настроиться на Кристалл? Что это за хомоцентризм такой, а?

Со времен этого сокрушительного разгрома она любила, под настроение, обзывать собеседников "хомоцентриками". Впрочем, в ее устах это звучало, скорее, ласкательно.

Любил Айр побродить по окрестностям. Правда, окрестности теперь понимались несколько шире, чем раньше. Это было не только живописное окружение дворца во Втором мире, но и не менее живописное окружение Кристалла в мире Магического Космоса. Под окрестностями здесь подразумевались сгустки энергии - люди, объекты, события - которые наиболее приблизились к истинному пониманию Ключа, к смыслу его существования, к способу манипулирования. К правильному пониманию устройства Вселенной. Сравнение разных путей, по которым люди приближались к Кристаллу, очень много добавляло к его собственному пониманию оного.

Ну и, как было обещано, Айр учил Тана игре го. Тан оказался на удивление способным учеником. И, вскоре, они играли уже без форы, на равных - и не всегда с предсказуемым результатом.

Однажды, во время одной из партий, когда они уже минут сорок пытались с наименьшими потерями выпутаться из изнурительной ко-борьбы, Тан вдруг сообщил:

- А ты знаешь, я сегодня ночью немного пофантазировал по поводу го. Очень интересная картина вырисовывается.

- Расскажи.

- Вот смотри. Мы и так знаем, что го - одна из наиболее абстрактных игр, больше чем другие, отражающая реальные механизмы функционирования мира, так сказать, игра uber alles [превыше всего (нем.)], извини, вырвалось...

- Ничего, я уже привык. Ну, знаем...

- Так вот. Мне пришло в голову ее немного усовершенствовать. Довести ее всеохватность до логического завершения. По-моему, неплохо получилось.

- Интересно, интересно, рассказывай, не тяни.

- Смотри! - Тан обратился к доске. - Ну, тут партия, считай, закончена. Согласен на ничью? - И сгреб все камни на стол. - Точка в самом центре поля - главная особая точка. Мысленно помещаем в нее Кристалл...

- Наш Кристалл?

9
{"b":"71843","o":1}