ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"...при обмене мнений (на квартире тов. Бакаева) выяснилось, что делать дальше. Было положено в основу следующее: дальнейшие шаги направить (к тому, чтобы) законспирироваться, уйти в подполье, чтобы вести только индивидуальную обработку и главным образом сохранить кадр, который существует при наличии в данный момент, и привлекать по возможности постепенным порядком других". Это заявление сделал тов. Андреев в МКК 11 октября 1926 (см. стено

графический отчет объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП (б) с 23 по 26 октября 1926 года, с. 15).

Будучи в Ленинграде, я ознакомился с заявлением другого тов. А. Андреева от 21 января 1927 года в Орготдел Ленинградского губкома, в котором этот товарищ сообщает, что от тов. Линовского, "убежденного троцкиста", он узнал "о теперешних планах оппозиции" в таких, примерно, выражениях: "мы получили директиву нигде открыто не выступать, а вести подготовку к XV съезду ВКП (б) и притом так, чтобы это не было ни для кого заметным. Мы имеем директиву выдавать себя за стопроцентных сторонников большинства ЦК, с тем, чтобы, получив доверие, добиться мандатов на партсъезд, а там голосование покажет".

Кроме того, член партии тов. Федоров, один из бывших активных деятелей оппозиции (бывший член ЦК комсомола), 1 декабря 1926 года подал заявление в Ленинградскую губернскую контрольную комиссию, в котором сообщает о совещании оппозиции в Москве уже после заявления 16 октября 1926 года, на котором, будто бы, вожди оппозиции дали такую директиву: "сейчас необходимо прекратить фракционную работу по заводам, но не порывать связи с районными группами и под видом хождения в гости "пить чай", будет получаться вся информация о положении и что, возможно, в недалеком будущем нам придется вновь восстановить свою работу".

Все эти заявления дают мне как члену ЦКК право в моих выступлениях по поводу деятельности оппозиции предостеречь партию. Я нигде не делал заявления о том, что считаю эти и подобные листовки исходящими от Вас. На Ленинградской конференции я, оглашая эту листовку, сказал: "Тут, что ни строчка - то директива о том, как глубже законспирировать, как лучше скрыть эту работу, но для всех ясно, что это есть попытка продолжать ту же работу. Следовательно, заявление лидеров (я имел в виду заявление от 16 октября 1926), что никакой фракционной работы они вести не будут, мы должны понимать только в том смысле, что они сами обещают не вести фракционной работы, но в том, что будут делать их сторонники, они умывают руки, снимают с себя ответственность и так далее. Мы не можем снять с них всякую ответственность".

Таким образом, никакого "неправильного действия", в котором Вы упрекаете меня, я в своем выступлении не вижу и думаю, что я руководствовался вполне правильно в своих выступлениях интересами партии.

Ем. Ярославский

ТОВ. ПАВЛОВУ * По поводу примечаний 66 и 255

Оба примечания следовало бы, если возможно, еще несколько сократить, особенно в той части, где они излагают взгляды Троцкого, выражен

* Один из редакторов собрания сочинений. -- Л. Троцкий.

ные на III Конгрессе, или взгляды его на события 23 года" и прочее, так как соответственные работы имеются в самом томе. Кроме того, если можно, следовало бы ослабить полемичность тома примечаний. То, что, безусловно, нужно исключить, я отметил.

На странице 4-й сказано следующее: "к сожалению, это место не сохранилось в стенограмме Конгресса", этого не может быть. Я очень хорошо помню, что Владимир Ильич читал это место именно по стенограмме. "Левые" подняли тогда за кулисами крик, что я в замаскированном виде угрожал неподчинением съезду, от своего имени и от имени Владимира Ильича. Он затребовал стенограмму, прочитал соответственное место и нашел заявление вполне "лояльным". Может быть, в русском переводе не сохранилось это место. Но оно должно быть в немецкой стенограмме и, думаю, также в немецких протоколах съезда.

Л. Троцкий 15 февраля 1927 г.

ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП (б) ПРЕЗИДИУМУ ЦКК

Сов. секретно

На пленуме мы, оговорив свое несогласие с рядом положений мотивировочной части резолюции о ценах, голосовали за резолюцию в целом, заявив о полной готовности нашей содействовать устранению всех помех на пути борьбы за намеченное Центральным Комитетом снижение цен.

В передовой статье "Правды" от 15 февраля наше голосование за резолюцию ЦК называется "недостойной большевиков политической спекуляцией" и истолковывается, как стремление оппозиции "стать громче всех крикунов сторонниками понижения цен, после того, как вчера громче всех кричали за повышение цен". О том, что мы голосовали за предложенную Политбюро резолюцию; о заявлении нашем насчет необходимости провести опыт снижения цен с максимальным единодушием -- в передовой статье не сказано ни слова. Более того, всякий читатель передовицы должен из нее сделать тот вывод, будто мы требовали большего снижения цен, чем то, какое предложено было Политбюро и принято пленумом, то есть на 10% до июня. Между тем, мы в речах своих выражали сомнение, удастся ли такое крупное снижение довести целиком до потребителя. Такое же сомнение выражал и ряд других товарищей, не принадлежащих к оппозиции. Мы не предлагали, ни словом ни намеком, увеличить процент снижения. Таким образом, не доводя до сведения читателя, что мы голосовали за резолюцию ЦК, утверждая, будто мы требуем сейчас какого-то большего снижения, чем намеченное в резолюции, и обвиняя нас в какой-то спекуляции, -- "Правда" говорит прямую неправду.

Мы считали и считаем, что большая или меньшая успешность проведения намеченной кампании зависит в огромной степени, во-первых, от

действительной согласованности усилий в этом деле всех членов партии, всех органов и учреждений и широких трудящихся масс и, во-вторых, от всестороннего и принципиального делового обсуждения всех принимаемых мероприятий - без травли, без ожесточения, без отравления партийной атмосферы. Мы считаем, что только при этих условиях партия, независимо от того, какую часть намеченного снижения она доведет до потребителя, многому научится в процессе кампании. Именно поэтому мы, отстранив вопрос о явной экономической ошибочности ряда речей, произносившихся в защиту резолюции Политбюро, и даже о неправильностях в мотивировочной части резолюции, полиостью и целиком голосовали за основное и важнейшее решение последнего пленума: добиться снижения розничных промышленных цен на 10%.

Поскольку "Правда" считала необходимым подвергнуть критике это наше поведение, она обязана была, по крайней мере, сообщить читателям, как мы голосовали и что мы в объяснение своего голосования сказали. Своей передовицей от 15 февраля "Правда" дезинформирует партию и отравляет партийную атмосферу в таком деле, где можно и должно было бы, больше чем где бы то ни было, попытаться обеспечить полное единодушие в проведении намеченной кампании.

Мало того, заменяя изложение фактов инсинуациями и обиняками, "Правда" неизбежно должна у многочисленных читателей, особенно у тех, которые твердо помнят слова Ленина, что на слово верит только идиот, породить естественное желание уяснить себе, что же на самом деле сказала оппозиция на пленуме. Вот отсюда-то, из здоровой потребности в полной и добросовестной информации, и получаются, вследствие дезинформации со стороны ЦО, нездоровые и опасные тенденции получать информацию через заднюю дверь и передавать под видом секретных документов то, что в данном случае должно бы стать достоянием всех партийцев.

Мы решительно протестуем против инсинуаций "Правды", в корне противоречащих как нашим намерениям и шагам, так и интересам партии.

Л. Троцкий 16 февраля 1927 г.

ПО ПОВОДУ ПРИМЕЧАНИЙ

Примечание 2. О единой военной доктрине.

Мне неясно, зачем тут так подробно излагаются мои возражения против единой военной доктрины? Разве они не входят в том? Если входят, то предлагал бы соответственное место примечания сократить.

На стр. 4-й приведена очень неряшливая цитата. Прошу ее проверить.

59
{"b":"71844","o":1}