ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Что мы имеем уже медленную инфляцию, это видно лучше всего на вопросах экспорта. Доклад Микояна констатирует, что из всего нашего экспорта только 56,5% прибыльны, 29,6% убыточны и 13% находятся на грани безубыточности. Убыточными, по перечислению Микояна, являются: щетина, масло, яйца, мясопродукты и другие сельскохозяйственные продукты и железная руда, спички, лес, фарфоро-фаянсовые изделия, тряпье, ткани, консервы. Прибыльными остаются только хлеб, нефть и марганец. В то время как наши цены, даже по оптовому индексу Госплана, растут (с сентября 1925 года по май 1926 года наш индекс поднялся со 174 до 194, т. е. на 11 с лишним процентов, а затем, благодаря снижению цен на хлеб, несколько упал к июлю до 182) , мировой индекс дает за тот же период почти непрерывное понижение (со 148,2 в сентябре 1925 года до 133,4 в июле 1926 года -- т. е. на 6 с лишним процентов). Таким образом, если в сентябре 1925 года наш рубль на мировое золото составлял около 85 коп, то в июле он равняется всего 76 коп., а в апреле, до понижения цен на хлеб, доходил до 71 коп. (См. "Экономическая жизнь" от 5 марта, ст. Кауфмана "Снижение цен и экспорт".)

В связи с этим, чистым хвастовством звучит заявление Микояна, что в этом году произошел перелом в области нашего экспорта. Приводимое им превышение экспорта 1-го квартала этого года (212 млн. руб.) против прошлого (181 млн. руб.) происходило исключительно за счет хлебных культур. Наоборот, экспорт сельскохозяйственного сырья из года в год резко падает. На том же пленуме Каминский приводит следующие данные: в 1924-25 году экспорт этих культур составил 115 млн. руб., в 1925-26 году - 93 млн. руб., на 1926-27 год предполагается уже только в размерах 69 млн. рублей.

Таким образом, итоги политики цен ЦК сводятся к следующему:

Повышение всех промышленных цен - отпускных, оптовых и роз

ничных. В результате, стоимость жизни рабочего растет, а ЦК все время

упирается в повышение номинальной заработной платы, требуя, чтобы

рабочий подождал, когда будут снижены цены. Наряду с этим идет повы

шение себестоимости промышленной продукции.

Настолько сильное понижение качества промтоваров, что оно явля

ется на деле прямой фальсификацией продуктов и обманом потребителя.

Политика такого понижения является не политикой партии рабочего

класса, а торгашеской политикой -- написать одно, а продать другое,

чтобы выжать побольше из потребителя.

Рост цен на все почти продукты сельского хозяйства, за исключе

нием хлеба.

Рост хлебных запасов у кулацкой части деревни.

Растущая убыточность экспорта и сокращение экспорта специаль

ных сельскохозяйственных культур.

Расхождение между нашими и мировыми ценами.

Наличность медленной, но неуклонной инфляции.

Вожди оппозиции совершенно не попытались ни дать сколько-нибудь связную критику политики ЦК, ни развить свою положительную программу. Наоборот, свою позицию они постарались как можно больше замазать. Достигалось это довольно элементарным и довольно неловким способом: оппозиция заверяла, что она никогда не стояла за политику повышения цен, умалчивая о том, о каких именно ценах они говорят - об отпускных или розничных, и стараясь представить дело так, как будто бы никаких расхождений с ЦК в этом вопросе у нее нет. "Говорить при таком положении о чьем-либо желании или намерении держать курс на повышение цен, -- заявил тов. Троцкий, - значит бредить или стараться вызвать бред у других". На естественный вопрос, означает ли это отказ от той позиции, которую занимала в этом вопросе оппозиция 1923 года, Троцкий отмалчивался, оставив себе маленькую лазейку: он выразил сомнение, дойдет ли снижение отпускных цен до потребителя. "Но, -- продолжает он, - ВСНХ,НКТорг и кооперация (подумаешь, какие бесспорные авторитеты) в один голос говорят -- доведем. Давайте же проделаем этот огромной важности опыт". (Как будто этот опыт проделывается впервые и как будто вся нелепость этого опыта уже не выяснилась на практике.) Если у Троцкого здесь как будто только дипломатия, никого не обманывающая и недопустимая - то Зиновьев явно отмежевывается от позиций оппозиции 1923 года: "Я никогда не стоял за политику повышения цен, я всегда стоял за политику снижения цен" - это его заявление можно понять только так, что Зиновьев стоит на своей прежней позиции, на которой он боролся с оппозицией 1923 года. И когда Троцкий по этому поводу "дипломатично" молчит, то позволительно спросить, что это такое: переход на позицию Зиновьева или полная беспринципность? И есть ли здесь какая-нибудь единая позиция в этом важнейшем вопросе у сохранившей единство на почве "16 октября" оппозиции?

Как и в вопросе о капитальных затратах, вожди решили прикинуться, что они стоят на позиции ЦК, и попытаться обстреливать его с этих позиций. Эта жалкая комедия и потерпела жалкий крах. Троцкий решил защищать крестьянство от политики ЦК -- и запутался: он привел совершенно фантастический расчет переплат крестьянства за промышленную продукцию в размере двух миллиардов рублей против довоенного, радикально разойдясь в этом с подсчетами своего ближайшего единомышленника Преображенского. Эта цифра получилась путем весьма простого приема: он определил сумму покупок крестьянством промышленной продукции в 4000 м. р. и, основываясь на том, что цены этой продукции в рублях повысились вдвое, половину отнес на переплату. Определив дальше выигрыш крестьянства от снижения налогов, аренды помещичьей земли и т, д. в 500 млн. руб., он определил общую сумму потерь крестьянства от революции в размере 1500 млн. рублей в год. Яковлеву

не стоило большого труда показать всю вздорность этого подсчета, который не принимает во внимание того, что цены продуктов сельского хозяйства и оплата заработка крестьян тоже выше довоенных и что если это принять во внимание, то баланс для крестьянства сводится с минусом только в 400 млн. руб. А от Микояна Троцкий получил нотацию, что восстановление промышленности нельзя вести за счет одних рабочих, что часть расходов должна пасть и на крестьян и что нельзя рассматривать крестьянство как единый класс и забывать о классовом расслоении внутри его. Попытка бить ЦК, заняв цекистскую позицию, кончилась тем, что цекисты недурно обстреляли Троцкого с оппозиционных позиций. Тактика слишком "хитрого обхода" обычно этим и кончается.

Завершением провала оппозиционных оппортунистов является выступление Троцкого по вопросу о перевыборах в Советы. В своем стремлении прикинуться благонамеренным, он так увлекся своей ролью, что невозможно разобрать, где кончается эта нелепая комедия и где начинается действительное сползание к Центральному Комитету. До дискуссии оппозиция правильно отстаивала то положение, что политика ЦК все больше бьет по рабочему. Теперь, увлекшись, очевидно, своей теорией о "непонимании" середняка, Троцкий утверждает, что виноват не ЦК, а... рабочий класс: "Пролетариат не всегда равен сам себе, --провозглашает он, -- есть одна активность, когда он центростремителен, когда он чувствует себя прежде всего как класс, когда цеховое, национальное, местное отступает на второй и третий план. Бывают, наоборот, периоды, когда выдвигаются больше цеховые, местные, провинциальные настроения и тенденции. Сейчас центробежные тенденции временно усиливаются и они, преломленные и смягченные, нашли свое выражение даже на этом пленуме. Усиление центробежных стремлений за счет центростремительных несомненно ослабляет революционную, классовую активность пролетариата. Это, конечно, временное снижение. Может быть, линия пролетарской активности под действием опасности справа уже начинает выправляться, если верно сказанное тов. Кировым о Ленинграде".

Что означает эта мудреная чепуха? Во-первых, что уклоны ЦК от пролетарской линии есть не результат давления на него мелкобуржуазных слоев, а "выражение центробежных стремлений рабочего класса". ЦК, оказывается, ведет, хотя и цеховую, но пролетарскую линию. Это, очевидно, означает, во-вторых, что все протесты рабочих против рационализации, против низких расценок и т. п., с точки зрения Троцкого являются "выражением центробежных тенденций", а не реакцией, пусть иногда в уродливых формах, против неправильной политики ЦК, сталкивающего лбом интересы рабочего с интересами развития производства. Недаром же он заявил, что этот конфликт есть неизбежный результат "амортизационного провала". Это уже прямое пособничество Сталину, который требует, чтобы за все противоречия политики ЦК расплачивался рабочий за счет его т. н. "цеховых интересов". Троцкий освящает своим авторитетом тот лозунг, которым Сталин пытается прикрыть свое сползание на мелкобуржуазные рельсы. Ничего нет удивительного после этого, что в конце своей речи Троцкий провозгласил прямое прекращение борьбы

73
{"b":"71844","o":1}