ЛитМир - Электронная Библиотека

31.08. 24$+190Y. В час ночи въезжаем в Щишуанбанну: проехали Менгжен с красивым восьмиугольным храмом, Менгхай (деревню айни), Йингонг — столицу Щишуанбанны, Менглун (там живет племя юнио) и добрались до Менглы к шести утра. В Менгле тоже много юнио. Они живут в длинных домах-бараках по 20-30 семей в каждом и красят зубы в черный цвет, как в древней Руси. Женщины ходят в черно-белых платьях и носят букеты цветов в огромных дырках растянутых мочек ушей.

Из Менглы ловлю «газик» в Менгхан. Это юго-восточный угол Щ., здесь вдоль лаосской границы полосой в 5-20 км шириной тянется заповедник для охраны бенгальского тигра. Завтракаю «древесными кабачками» (это папайя — позор, что сразу не вспомнил), выбираюсь из деревни и в 8 утра наконец-то вхожу в тропический лес. Об этом я мечтал двадцать лет — с тех пор, как научился читать.

Дождь кончился, хотя в это трудно поверить, появилось солнце. Моя простуда прошла, словно ее выключили, и даже пальцы почти не болят, хотя опухоль еще осталась. Из всех многочисленных описаний троп. леса, которые мне приходилось читать, самой близкой к истине оказалась версия Даррелла: исключительно красивое место, по которому очень приятно побродить. При этом там столько интересного, что бродить можно всю жизнь (чем я отчасти и собираюсь заняться).

Если полог леса не нарушен рубкой или ветровалом, то подлесок состоит в основном из мягких папоротников и тонкого бамбука, так что ходить можно без троп, хотя это несколько шумно. Но если где-то упало или срублено дерево, там вырастает пучок бамбука до 30 м высотой, окруженный гигантскими лопухами, бананами и колючками. В общем, лучше ходить по речкам. Еще можно найти дерево, оплетенное фикусом-душителем, по этой «сетке» влезть наверх и передвигаться по кронам. Но это очень сложно и утомительно: во-первых, яруса не сплошные и приходится все время менять высоту, во-вторых, рюкзак приходится оставлять внизу и потом за ним возвращаться. Зато фауна разных ярусов отличается больше, чем сибирская от канадской.

В самых высоких кронах, торчащих над лесом, живут те, для кого это удобная база для облета территории: орлы, летучие лисицы, хохлатые стрижи. Первый ярус (очень высокие деревья) — самый интересный, здесь жизнь просто кипит: попугаи, дронго, иволги; тут также больше всего бабочек, но за ними не очень-то побегаешь. Второй ярус (средние деревья) — самый густой. Тут обитают зеленые голуби, листовки, райские мухоловки, древесные змеи; в этом ярусе болье всего цветов, поэтому в нем держатся нектарницы и дневные бражники. В третьем ярусе (низкие деревья и бамбук) живут тупайи, квакши, медососы, агамы-калоты. В четвертом (кустарник, мелкий бамбук, высокие папоротники и маленькие пальмы) — дом для множества мелких, тусклоокрашенных птичек, тимелий, земляных белок. Пятый ярус (трава и поверхность почвы) населяют лесные куропатки, питты, мангусты, бесчисленные лягушки, большеголовые черепахи (они иногда и на деревья взбираются), змеи и крупные звери. В подстилке и почве прокладывают ходы слепозмейки, червяги и бамбуковые крысы. Я называю только тех, кого встретил в первый же день.

Поднимаясь вверх по речке, видишь совсем другой контингент: цапель, зимородков, выдр, всяких аквариумных рыбок типа гурами и бойцовых, а иногда — огромных варанов. Они уверенно плавают даже на участках с быстрым течением, обследуя берега в поисках чего-нибудь. Вараны производят впечатление очень сообразительных рептилий: например, они замечают человека, неподвижно сидящего в кроне высокого дерева над водой.

Ближе к водоразделу начались звериные тропы со всевозможными следами: тигр, гаур, олени, малайский медведь, барсуки (?), дикие кошки и еще черт знает кто.

Потом я заметил натянутую поперек тропы леску, которая вела к самострелу — длинному арбалету, заряженному толстой короткой стрелой из железа, наконечник которой был смочен какой-то дрянью. За пять метров до него с лаосской стороны была надломлена ветка. На тропе виднелись следы армейских ботинок — видать, тамошние пограничники промышляют в заповеднике сопредельной страны. Я перевесил арбалет немного ближе к Лаосу и кинул по обе стороны по кусочку старых носок, чтобы предупредить фауну. Любитель стимуляторов из тигровых усов скоро навсегда забудет о половых проблемах. Ничего не поделаешь, закон тайги суров. Вешать самострел на тропе, по которой часто ходят крестьяне, и при этом ставить маркировку только со своей стороны — последнее свинство.

Вскоре тропа пошла вниз. Я двигался очень медленно, потому что здесь каждую муху, тлю или муравья стоит расмотреть, не говоря уже о жуках, клопах, пауках и кузнечиках, которые всем своим видом откровенно прикалываются. Пройдя километров двадцать, повстречал трех леопардов — черную самку и двух пятнистых котят уже почти с нее ростом. Разминулись по большому кругу. Еще метров через пятьсот лес вдруг перешел в бамбучник с посадками мака на полянках. Не знаю, зачем местные жители его сажают: все пустыри и обочины, даже в городах, заросли ядреной трехметровой Cannabis sativa. Вскоре впереди открылись кукурузные поля, сбегавшие уступами в широкую долину реки У, по ту сторону которой виднелся хребет Деньдинь, за ним — уже Вьетнам. Посмотрев издали на лаосские деревни, я развернулся и пошел обратно в Китай.

По пути вспугнул в бамбуке гаура — огромного квадратного черного быка, а затем, к моему удивлению, догнал тех же леопардов. Самке это не понравилось: она развернулась, перепрыгнула через своих недорослей и шипела на меня, пока они не утекли. Эх, вспышки нет!

В темноте незаметно перешел на другую тропинку, и пришлось идти все время с включенным фонарем из-за самострелов. Я никого не видел, пока не вернулся на китайскую сторону. Тут взошла луна, и за два часа мне повстречались олень-мунтжак, очередной красный волк и какая-то мелкая виверра. И это при том, что мои ботинки громко хлюпали, так как наполнились кровью из укусов пиявок.

Наземные пиявки похожи на гусениц пядениц и такие маленькие, что их почти не видно, а насасываются до размеров пистолетного патрона. Останавливаться через каждые десять метров, чтобы их снимать, быстро надоедает. По-моему, подмосковные комары куда хуже. В час ночи возвращаюсь в Менгхан.

01.09. 24$+190Y. Из-за полной луны на свет ничего не летит. и я зря сижу под фонарями вместе с совами, гекконами, пауками и богомолами. Поймал только китайского коридала — очень древнее насекомое, нечто вроде большого муравьиного льва или стрекозы, но с головой жука-оленя. На рассвете ловлю попутку в Менглонг, на юго-запад Щишуанбанны. Здесь, к сожалению, не осталось лесов, одни посадки гевеи и кукуруза, которая уже почти вся собрана. Есть, правда, ананасы и грейпфруты (?) величиной с арбуз, очень вкусные. Живет тут народ лаху. Женщины лаху бреются наголо и ходят в синих кепках времен Мао. В Менглонге стоит серебряная пагода XIII в., построенная над «следом ноги Будды» — метровой выемкой в скале. На плантациях гевеи водятся шарообразные узкоротые квакши с красивым узором на спине и огромные кузнечики, маскирующиеся под зеленый лист.

В пятнадцати километрах — деревня Менгщяохе с великолепной белой пагодой. В ней живут буланг — выходцы из Вьетнама, они до сих пор украшают одежду изображениями морской фауны. По дороге к пагоде попалось озерцо с изумительными темно-алыми кувшинками. Хотел их снять на обратном пути, но они уже закрылись.

Йингонг, столица Щишуанбанны — приличный город, окруженный деревеньками народа дай — северной ветви тай, основного населения Таиланда. Одна из них, с деревянной пагодой, была упомянута ненароком в путеводителе «Lonely Planet» и в результате за 8 лет превратилась в скопище кирпичных отелей в стиле «а-ля дай».

Остальные деревни еще имеют традиционный вид: свайные хижины, крытые соло-мой или тесом. Храмы выглядят почти так же, но коньки и ребра высоких крыш украшены великолепной резьбой, во дворах пасутся стаи свиней, а вокруг гоняют на великах мальчишки-монахи в ярко-оранжевых хитонах. В Китае перед статуями будды обычно кладут бумажки в 1 фен (0,01 Y), практически вышедшие из употребления из-за инфля-ции. В Йингонге для этого используют вещь еще более дешевую и никчемную:

14
{"b":"7186","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Пропащие души
Богатый папа, бедный папа
Morbus Dei. Зарождение
1356. Великая битва
Гнездо перелетного сфинкса
Невеста Смерти
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию
Странная погода
Позвоночник и долголетие: Научитесь жить без боли в спине