ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Иранские тексты часто упоминают о "волках на двух ногах", т. е. о членах определенных Mannerbunde. В Denkart даже утверждается, что "волки на двух ногах вредоносней, чем волки на четырех". Другие тексты называют их "Keresa", воры, бродяги, промышляющие по ночам. Особенно подчеркивается тот факт, что они питаются трупами, при этом не исключается возможность настоящих каннибаличсских пиршеств. Однако в данном случае, похоже, речь идет о расхожем клише, используемом сторонниками Заратустры в полемике с членами этих Mannerbunde, которые в угоду своим церемониалам терроризировали села, и чей образ жизни полярно отличается от быта остальных иранских крестьян и пастухов. Во всяком случае, встречаются упоминания об этих экстатических оргиях, о некоем пьянящем напитке, облегчавшем превращение в зверя. Среди прародителей ахеменидов фигурировало семейство Saka haumavarka. Бартоломе и Викандер так интерпретируют это имя: "Те, кто превращаются в волков (varka), в момент экстаза, вызванного сомой (hauma)".

Вообще-то, вплоть до XIX века молодые люди приносили на свои пирушки украденные или отнятые продукты, особенно - горячительные напитки.

ДУБИНКИ И ЗНАМЕНА

Отличительными признаками этих иранских Mannerbunde служили "окровавленные дубинки" и знамена (drafsa). Как пишет Викандер, окровавленная дубинка служила в определенном ритуале для церемониального заклания быка. Дубинка стала символом иранских воинов-волков. Она образцовое орудие древнего разбойника. Как и в случае с другими древними инструментами, дубинка сохранила свое ритуальное назначение и после того, как ее боевая функция перешла к другим, более современным орудиям. Кроме того, дубинка продолжала использоваться в качестве орудия крестьянами и пастухами. Так, румынские крестьяне применяли ее на протяжении всего Средневековья вплоть до новых времен. Даже сегодня она используется в молодецких играх (calugarii), в которых заметны следы инициативных ритуалов.

Отметим еще одно пересечение между иранцами и даками. По традиции, переданной в Шах-наме, на персидском знамени было изображение волка. Настенное изображение в Туркестане воспроизводит флаг с изображением волка или дракона с волчьей головой. В партскую эпоху на северо-западе Ирана и в Армении привилегированные подразделения армии назывались "драконами" и носили знамена в форме дракона. Также известно, что на знамени даков было изображение волка с головой дракона. Вполне возможно, что изображение draco на знаменах римской армии времен поздней империи возникло под влиянием партов или даков.

Напомним, что дракон присутствует и на знаменах германцев. Кроме того, волк изображен на скипетре, обнаруженном на "shipburial" (кладбище кораблей) в Саттон Ху: он символизировал легендарного предка королевской фамилии. Добавим, что в германской ономастике очень распространена тема Wulf-Wolf. Если принять во внимание все

остальные контексты, в которых волк играет важную роль в германской мифологии и ритуалах (berserkir, Mannerbunde, вурдалаки и др.), можно заключить, что хотя этот религиозный комплекс и общего индоевропейского происхождения, прямые параллели прослеживаются между иранцами, траками и германцами. Добавим к этому, что знамена с изображением волчьей головы засвидетельствованы у Ту-Кью, ответвлении племен Хьонг-Ну. Они верили, что ведут свой род от мифической волчицы. Каждый год вождь племени Ту-Кью приносил жертву Волчице в пещере, где она, по преданию, разрешилась от бремени. Члены охраны правящего рода назывались "волками" и во время сражения носили знамя с позолоченным изображением волчицы. Как мы сказали, миф о происхождении рода от волчицы или волка был широко распространен у турецко-татарских народов. Этот факт важен для понимания единой основы различных религиозных концепций, рассмотренных в этой главе.

"ДАКИ" - ВОИНСКОЕ БРАТСТВО

Возвращаясь к дакам, можно предположить, что их этническое наименование происходит, в конечном счете, от ритуального эпитета одного из воинских братств. Этапы процесса, в результате которого ритуальное групповое имя стало именем целого народа, нам неизвестны. (Впрочем, мы так же мало знаем и о других европейских племенах, носивших имя волка). Однако мы можем предложить две гипотезы: 1) благодаря огваге и свирепости юношей, проходящих обряд инициации, их ритуальный эпитет - "волки" -был перенесен на все племя; 2) ритуальное имя группы молодых пришельцев-завоевателей было усвоено побежденными аборигенами. В последнем случае можно предположить, что эти завоеватели стали затем военной аристократией и ведущим классом. На настоящей стадии исследований трудно оказать предпочтение той или иной версии. Однако очевидно, что потребовалось значительное время, прежде чем ритуальное имя группы преобразовалось в имя народа. Если принять во внимание первую гипотезу, прозвище маленького племени могло распространиться и на соседние племена по мере того, как выкристаллизовывались более широкие политические организации. Во втором случае необходимо учитывать симбиоз победителей-пришельцев и покоренных местных жителей - процесс более или менее продолжительный, и завершившийся фатальной ассимиляцией пришельцев.

Каково бы ни было происхождение эпонима - ритуальный эпитет молодых воинов или прозвище группы завоевателей, - даки несомненно знали о взаимосвязи волка и войны: доказательством тому служит изображение на их знаменах. Поначалу имя "даки" относилось к одному из фракийских племен на северо-западе Дакии (Страбон). Имя же "геты" было более распространенным от Балкан до Днестра (где проживали тирогеты), в то время как имя "даки" чаще встречалось на северо-западе, западе и юге (Дакидава на северо-западе Дакии, даурсы в Далмации, даойи и диойи в Родопи и т. д.). Имя "даки", использованное латинскими авторами, чаще применялось в период Буребисты и Децебала, когда единство и политическая организация страны достигли апогея и когда, по словам Страбона, дакийская армия могла мобилизовать 200000 человек. Ритуальное военное прозвище окончательно закрепилось в момент максимальной политической и военной экспансии регата. Это был триумф молодых "полков". Юлий Цезарь хорошо понимал опасность, которую представляла эта новая военная сила, и незадолго до своей насильственной смерти, приступил к подготовке к войне против "волков" на Дунае.

Пырван полагал, что имя даков (как, впрочем, и гетов) было скифским; иными словами, оно перешло от иранских завоевателей к фракийскому населению Карпат. Версия скифского происхождения имени даков хотя и любопытна, однако, на наш взгляд, малодоказательна. Как мы показали, корень "dhau" - "душить" встречается во фригийском имени волка "daos". Топонимика Дакии сохранила ярко выраженный фракийский элемент даже в районах, заселенных скифами. Впрочем, характерная фракийско-фригийская ономастика на севере Черного моря, там, где скифы расселились в 8 веке, как нельзя лучше доказывает феномен сохранения аутохтонного элемента в условиях власти иранского военного меньшинства. Сегодня признается более скромная роль скифов в дакийской культуре. Даже в трансильванской зоне, где скифы продержались до 4 века, им не удалось изменить местную цивилизацию. Поскольку даки помнили, что их более старое имя daoi, не исключено, что у него киммерийское происхождение. И в самом деле, киммерийцы заселяли часть Дакии, в особенности зону Карпат. Киммерийцы были фракийско-фригийским племенем с определенными иранскими чертами. Если мы окажем предпочтение версии иранского происхождения имени даков, необходимо в первую очередь обратить внимание на архаический иранский элемент, проявившийся у киммерийцев, а не на более позднее влияние скифов.

МИФО-РИТУАЛЬНЫЕ СЦЕНАРИИ ВОЛКА

Как бы там ни было, архаичность религиозного комплекса волка не вызывает сомнения. Волк присутствует уже в неолитической цивилизации Винчи: были обнаружены не только статуэтки собак-волков, но и примитивные фигурки, изображавшие танцоров в волчьих масках. Что касается последних предметов то при условии правильности их трактовки, невозможно установить, представляют ли они ритуал воинской инициации (иранского или германского типа) или сезонную церемонию, во время которой молодежь надевала волчьи маски. Подобные церемонии до сих пор распространены на Балканах, в Румынии, особенно в 12-дневный период накануне Рождества. Изначально это были церемонии, связанные с периодическим возвращением мертвых, при этом использовались многочисленные маски: коня, козы, волка, медведя и др. Этот ритуальный сценарий не относится к религиозному комплексу, который мы исследуем, поэтому не будем на нем останавливаться. В равной мере мы не будем учитывать мифологию и ритуалы, связанные с образом волка на древнем Ближнем Востоке. Нет нужды и возможности подвергать анализу значительные исследования, уже проделанные Ф. Кретчмаром. Наша задача ограничивается лишь теми фактами, которые способны объяснить превращение воинского прозвища в этнический эпоним.

2
{"b":"71888","o":1}